Ярослава Осокина – Сказки неназываемых земель (страница 40)
Что-то в духе Ван Гога, если бы он вдруг жил позже и увлекался кубофутуризмом.
Потом ей потребовалось на несколько дней отправиться на
***
Как-то перед отъездом Ри еще спросила у членов Совета, которые собрались у нее в саду:
– А что это за Серые камни, и что там за Печать?
– Там проход в иной мир, не туда, откуда ты пришла, – с набитым ртом сказал Родеберт. – Он… ну, нестабильный.
Родеберт подтянул к себе блюдо с мясным пирогом и больше не отвечал. На круглом столе теснились угощения, и уставшие после рабочего дня чародеи больше налегали на еду, чем на разговоры.
Фаукет налил себе из кувшина вина и сказал:
– У нас много точек соприкосновения было, но мы все позакрывали. Раньше, во времена драконов, можно было ходить в другие миры по
– Так приперся сюда этот Альвиу, – хмуро сказал Грамдульв, – и зачаровал драконов. И ушел тоже по
Ри жадно слушала: про Альвиу Пеплорожденного она слыхала в сказках Селены, но вот ничего о тропах и пресветлых там не было.
– А что за пресветлые? Они здесь жили?
– Они из другого мира, по
– О вы, погрязшие во тьме! – передразнила кого-то Орели и, видимо, похоже, потому что остальные зафыркали. – О вы, сумеречные демоны! Отрекитесь от мрака в ваших сердцах, и, быть может, дарована вам будет душа!
Она замолчала, потом сказала хмурясь:
– Я вот всегда думала: а если я отрекусь, а душу мне не подарят? Что тогда?
– Тебя обратно мрак заберет, – меланхолично ответил Фаукет. – Как и нас всех. Кратко говоря, у пресветлых то ли правитель сменился, то ли революция какая-то случилась, но сначала они закрыли границы… это при твоем прадеде было… а потом стали выжигать окрестности.
– У них любопытная цивилизация, – сказал Йоро. – Некая разновидность магии, несовместимая с нашей, и очень высокий уровень технологий. Выше, чем у вас. Я в свое время читал наблюдения тех, кто в транзитных зонах бывал.
– Ну вот они и построили какую-то… технологию, – кивнул Фаукет. – Пей из своего кубка, Орели, поставь мой. Построили – и стали жечь соседей. Это уже было при жизни твоего отца, когда он еще в уме был и не правил.
– А что значит – жечь? – спросила Ри.
– Они превращали целые миры в белую-белую, очень красивую пустыню, – пояснил Йоро. – Мы с Родебертом побывали в одном. Потом вернулись, показали воспоминания остальным – и у нас закрыли проход к пресветлым навсегда. Отец Энио закрывал.
– А зачем? Нет, не закрыли зачем, а жгли?
– Потому что только в таком месте будет чисто и светло, – медленно сказал Йоро. – Там, где все грязное сожжено.
*
Лена при том разговоре не было.
Но следующим днем, зайдя в Южные террасы, он обнаружил недовольных Фаукета и Йоро, занятых обсуждением поездки к Печати. Родеберт слушал их, прислонившись к стене и хмурясь.
– А что будет? – спросил Лен. – Я раньше не слышал ни о каком запечатывании магии. Для чего нужен этот обряд?
Мужчины обменялись взглядами поверх его головы, но Фаукет, пересилив себя, все же сказал:
– Кровь королевы нужна для Печати. Боюсь, что мы только время много потратили, и кровь понадобится вся.
– К… какая печать? – спросил Лен. – Разве… разве вы не хотели, чтобы она… вернулась? Королевский род на престоле, и…
– Послушай, мальчик, – терпеливо сказал Йоро. – Ты же понимаешь, я тебе это объясняю сейчас только потому, что ты единственный из нас не приносил клятву верности королевскому роду. Ты неподвластен ее приказам. Давай, ты не будешь задавать дурацкие вопросы? Хотел ведь, чтобы она умерла? Думаю, так и произойдет. А вот если нет – тогда мы все сдохнем.
– Да, – медленно произнес Лен. – Да, я так и хотел, чтобы она умерла.
«Правда, я хотел убить ее сам, и не ударом в спину, притворившись ее другом. Но это желание в прошлом».
– А почему мы все сдохнем?
– А это уже тебя не касается, – отрубил Родеберт. – Ты воин или нет? Твое дело выполнять приказы.
– Так нельзя, – сказал Лен.
Сам удивился – слова вырвались помимо воли.
– Вы ее обманули. Так и собирались сделать с самого начала? Зачем тянули? Зачем?..
Родеберт шагнул к нему, нависая над щуплым Леном, как утес над деревцем.
– Хватит возить сопли, – с презрением процедил он. – Ты желал ее смерти. А мы сделали все, чтобы эта ее сказка осуществилась. Все по-честному. Мы – ей исполнение мечты, она нам спасет жизни. Да я думаю, она и рада будет.
Лен медленно вздернул подбородок, не отступая перед Родебертом. Медвежья шкура сузил глаза, на всякий случай присматривая за руками юноши.
Не стоило забывать, что Ленва, как и все остальные в его семье, был непредсказуемым бойцом.
– Вы просто свора гнилых безумцев. Прогнившие, уродливые твари, – сквозь зубы сказал Лен. – Что такого в вашей Печати?
– Там проход в мир пресветлых, – спокойно ответил Фаукет, издали наблюдая за их противостоянием. – Пока закрыт. Король-чародей обновил бы Печать, пусть и растратив львиную долю жизненной энергии, но его у нас нет. Наша королева не владеет магией.
Лен растерялся. Он слышал, что переход запечатан, но, как и многие, думал, что навсегда.
– Я… не знал. Но… неужели нельзя по-другому?
– Да мы думаем, как, – с досадой сказал Фаукет. – Конечно, попробуем сначала обычным способом, с помощью чар и крови. А если нет… ну так нет. У нас есть еще время.
– Ты, кажется, нашел что-то про свою Дараяну? – примирительно спросил Йоро. – Орели говорила, что вы что-то накопали. Ты еще успеешь съездить туда, до возвращения королевы.
Он провел рукой по волосам, задевая короткие рога.
– Ты ведь хочешь найти Дараяну?
Этот вопрос, который ему задавала и Ри, сейчас отозвался в Ленве чем-то неприятным. Неверным отзвуком. Но, как бы там ни было, первоочередной целью он поставил себе сейчас именно Дараяну.
Чуть позже он подумает о странных ощущениях. Если вообще имеет смысл анализировать подобные вещи.
Лен неохотно кивнул:
– Да, мы сегодня собирались туда съездить… то есть Орели меня переправит.
– Хорошо, – согласился Йоро. – Тогда тебе спешить надо, я Орели видел сегодня в торговом квартале, а она вполне может увлечься и забыть о тебе.
– Не такая она дура, – буркнул Фаукет, – обещания не забывает.
– Смотря какие, – фыркнул Йоро, глядя вслед удаляющемуся Ленве. – Она тебе не рассказывала, куда именно эти двое собираются?
***
Спустя всего час (большую часть которого Лен потратил на поиски девушки-тени) Орели и Ленва стояли на вершине пологого холма и оглядывали бескрайние неровности вокруг. Лен мог разглядеть несколько деревень в отдалении, две дороги – одну рядом, мощенную камнем и заросшую травой, и другую дальше, наискось от них, более широкую и езженую.
Холмы вокруг плавно перетекали друг в друга, кое-где увенчанные рощицами.
– Я что-то ничего не вижу, – пожала плечиками Орели. – Ты походи вокруг, вдруг почуешь чего-нибудь. Вообще, надо было взять кого-то, кто раньше был здесь, хоть место показали бы.
– Мне говорили, что чары такие, искажающие – даже если был раньше, не узнаешь место, – сказал Лен.
Орели посопела носом, раздумывая. Тут же отвлеклась: над ее плечом появился тускло сияющий шарик – магическое послание.
– Ну, ты походи все равно, – сказала Орели. – Я пока почитаю, что прислали.
Лен кивнул и спустился с холма.