Ярослава Осокина – Истории Джека. Цикл в 3 книгах (СИ) (страница 153)

– Это Джек, – сказала она. – Мой. Но что-то тут мешает, не могу пройти.

Алегаро боялся даже дышать, двигаться и просто стоял как столб, когда мужчины медленно обошли артефакт, разглядывая начерченные им знаки.

– Они замкнули балансир на этого парня, – ровно сказал один из невзрачных. – Его нельзя трогать сейчас, но как только насыщение завершится, запустим как планировали.

– Я ключ взяла, – торопливо подтвердила Саша и снова разулыбалась. – Все в порядке, Мартин. Ой, я так рада, что не надо запускать арфу смерти…

– Замолчите, – прервал ее Мартин.

Алегаро в это время в ужасе смотрел на Джека. Арфа смерти – еще один старинный боевой амулет. Мгновенная гибель всех незащищенных от него существ. Алегаро не почувствовал и отзвука от него – вот и специалист…

– Я не хочу, чтобы он пустой был, – протянула ведьма, и Алегаро, у которого от звука этого голоса волосы встали дыбом, вздрогнул.

– Госпожа Штефания, – успокаивающе сказал Мартин. – Мы же договаривались, что…

Он запнулся, закашлялся и согнулся пополам, раздираемый мучительным кашлем. Алегаро едва не стошнило, когда Мартин завыл, продолжая кашлять – уже багровыми сгустками, и кровь хлынула разом из носа и ушей. Саша всплеснула руками, но никто не двинулся ему на помощь. Видимо, с ведьмой связываться боялись все.

– Ты мне не нравишься, – равнодушно сказала ведьма.

Она засунула в рот пальцы и задумчиво грызла серые изломанные ногти, оглядывая оставшихся людей.

Потом насторожилась и бросилась к перегородке, заглядывая на арену. Джек застонал сквозь зубы.

– Сколько… еще осталось? – торопливо спросил он у Алегаро.

– Она там-там-там-там, – затараторила ведьма одновременно с Алегаро, который вскрикнул:

– Не трогайте меня, пожалуйста, только не трогайте меня!

Парень, который скомандовал убрать их, держал Алегаро за плечо и, скривившись, осматривал. Потом он толкнул беднягу к ведьме.

– Забирай его, Штефания, – сказал он. – Этот парень нарисовал штуку, которая мешает тебе забрать Джека.

Алегаро только захрипел, когда ведьма крепко обняла его и присосалась к губам.

– Оставь его, – сказал Джек. – Оставь, я сам… сам к тебе выйду.

Но ведьма спешила – отбросив тело Алегаро, она понеслась вниз, шатаясь и едва не падая. Рот ее был в крови, и она повторяла: «там-там-там».

– Пофиг, – проводив ее взглядом, сказал парень. – Саша, давай ключ. Еще немного, и балансир будет заряжен.

Джек хотел шагнуть в сторону – теперь, когда Алегаро лежал лицом вниз у рун, которые совсем недавно чертил, останавливать артефакт было некому. И заряжать, значит, незачем.

Ноги не сдвинулись с места. Второй невзрачный мужик шевельнул пальцами, усиливая останавливающее плетение – а Джек, как всегда, и не почувствовал, когда на него набросили чары.

На спине Алегаро темными пятнами проступала кровь – там, где ведьма вцепилась в него пальцами. Рука с посиневшими ногтями лежала прямо на поясе процарапанных рун. Джек бессильно смотрел на него… и о том, что сейчас будет на арене, боялся и думать.

Мужчина, которого наказала ведьма, затих, лежал скрючившись на полу, но никто не обращал на него внимание.

Голова кружилась. Все-таки, оказывается, Джек совсем не всесильный.

Надо же. А ведь почти поверил в свое безграничное могущество.

Вот дурак.

Энца была ветром, была вихрем, была режущей кромкой. Первый раз за долгое время она находилась там, где нужно, и делала то, что умела лучше всего.

Не нужно было думать о том, как она выглядит со стороны, следить за движениями – тело двигалось само, и жаль было только того, что нельзя расширить клинки так, чтобы они захватили все пространство…

Люди ощущались многоглазой пестрой массой где-то на краю сознания, и когда эта масса начала таять, стало легче. Саган пылал, стремительно перемещаясь, но он не мешал.

Он был такой же.

И некая часть внутри Энцы просила попробовать его на зуб, узнать, так ли быстро он сломается, как остальные.

Монстр-объекты ускорялись, начинали нападать сами, и ее кровь пела в жилах, дурманя голову. Они цепляли ее, умудрялись прорвать оборону, сбегали в сторону открытого прохода, куда ушли люди. Если бы Джек смотрел, он бы признал, что это, наконец, настоящий бой, где стороны равны.

Хотелось летать.

Правда, Энца не была уверена, что летать будет так же здорово.

Когда все закончилось, Энца просто из интереса порубила пластиковую ограду арены… и опомнилась.

На противоположном конце арены Саган заполошно бил руками по макушке – случайно подпалил волосы.

Энца кулем осела на разодранное, залитое кровью и слизью покрытие пола, разом теряя силы.

Осознание окружающего возвращалось толчками, постепенно. Подпаленные рукава куртки – несмотря на уверения Сагана, что пламя ее не тронет. Пахло гарью, едко, до слез, но сквозь этот запах пробивались другие: крови, пыли, пота.

Было тихо, только где-то впереди, на трибунах разговаривали.

Руки тряслись, но, кажется, удалось не уйти в минус.

Энца вдохнула поглубже и встала. Надо идти узнавать, как там Джек. Сагана тоже проверить, мало ли… что.

Саган уже стоял перед ней и кривовато улыбался. Как быстро добрался.

– Как ты? – спросил он.

Энца молча отступила назад.

– Ты ранена? – спросил он и схватил ее за правое плечо.

– Энца! Энца, отойди! Это не я!

Отчаянный крик Сагана не застал ее врасплох, а вот ведьма, что глядела ей прямо в глаза, вздрогнула и вонзила Энце в плечо когти. Ледяные пальцы прошли в мякоть мышц, и по руке стремительно побежали струйки крови.

Лицо Сагана, удивленное и совершенно обычное, расслаивалось, выцветало, протаивая местами как весенний лед, и в проталинах была видна темная потрескавшаяся кожа.

– Я знаю, – тихо ответила Энца, – ты попалась.

И взмахнула левой рукой снизу вверх, разрубая тело ведьмы наискось. Высохшее потрескавшееся лицо ведьмы исказилось в ярости, но Энца обратным движением клинка отсекла голову и резко оттолкнула части тела в разные стороны.

Судорожно выдрала окостеневшие пальцы ведьмы из своего плеча и разрубила остальное еще на несколько кусков.

В уме она уже проделывала это сотню раз. Последовательность действий для упокоения ведьмы они продумали еще неделю назад, перечитав всю информацию, которую им удалось найти самим, и то, что присылал Яков.

Саган, прихрамывая, бежал к ней, оскальзываясь на телах убитых чудовищ.

– Что… что это за баба? Я подумал, что это кто-то из посетителей заблудился, – задыхаясь, выпалил он. – А она – бац! И стала мной… я думал, что все, крыша поехала…

– Это ведьма, – коротко ответила Энца. – Погоди, я сейчас все сделаю как надо. Хорошо, что она тебя не убила.

– Ну да, – согласился Саган. – Другой бы кто спорил. По-моему, очень хорошо. А… ты как узнала, что это не я?

Энца молча вытянула из-за ворота амулет – прямоугольную лакированную рамку, с натянутой на нее паутиной ниток.

– «Кошкин горб»? – прищурился Саган, который был не очень силен в старинных амулетах.

– «Кошкина спина», – поправила Энца. – Чтобы ведьма глаза не могла отвести.

– Ну, здорово. Вы и вправду подготовились, да? Тебе помочь?

Энца внимательно посмотрела на него.

– А ты сможешь ее поджечь?

– Ну… наверно, – неуверенно сказал Саган. – Если ты снова подстрахуешь, чтобы я лишнего не выдал. А… она точно умерла?