Ярослава Кардакова – Мистические истории: "Скептик" (страница 4)
Волколак
Волколак – мифический персонаж славянской мифологии, человек-оборотень, способный на определённое время принимать образ волка.
Крики из кабинета Дарьи Филипповны были слышны по всему поместью. Верный управляющий Терентий стоял в кабинете и глох от возгласов хозяйки. Последний год Дарья Филипповна стала слаба глазами и теперь носила очки, которые постоянно сползали на кончик носа. Аристарх Варфоломеевич, несмотря на крики Дарьи Филипповны, продолжать гнуть свою линию. Ему позарез нужно было в Жиздринский уезд, в котором по газетным заметкам объявился вервольф, по-старославянски перевёртыш или волколак. Аристарх уже второй час уламывал матушку, что это поездка последняя. От нервного напряжения у него разболелась голова в левом виске. Верный компаньон в поездках управляющий Терентий уже напоил его каплями от головной боли.
Но Дарья Филипповна, как заученную молитву, повторяла, что через два месяца и одиннадцать дней вернется Егор Александрович, и Аристарх обязан быть в это время дома. Наконец, двери кабинета открылись и вошел младший сын хозяйки Никита Александрович. За почти пять лет он еще больше вытянулся в рост и раздался в плечах, но не имел излишней рыхлости фигуры, над его верхней губой пробивались жидкие усики. Никита почтительно поздоровался с Дарьей Филипповной и Аристархом Варфоломеевичем, Терентию он лишь слегка кивнул головой в знак приветствия. Затем подошел к маменьке и поцеловал ее в щеку, она лишь погладила его по руке, в знак беспредельной и бескрайней любви.
Никита поддержал идею Аристарха Варфоломеевича и заверил мать в том, что они вернутся ровно через два месяца и десять дней. В сопровождении Аристарха будет сам Никита Александрович и конечно же верный Терентий, которого никто не спрашивал хочет он или нет ехать в Жиздринский уезд. Дарья Филипповна еще раз напомнила про возвращение Егора. Тогда Никита сказал, что через несколько месяцев, а может лет поместье придется покинуть на пять лет и ему. А может быть необходимо будет покинуть привычный уклад жизни среднему брату Петру. А из-за этой вынужденной меры не стоит заключать в колодки амбиции Аристарха Варфоломеевича и его стремление к науке.
Дарья Филипповна наконец сдалась. Радостный Аристарх обнял мать, почти полностью скрыв ее в своем рыхлом теле. Затем покинул кабинет, лучась сиянием сапфировых глаз, следом за ним отправился долговязый младший сын Дарьи Филипповны Никита Александрович Брант. А вот Терентия Дарья Филипповна попросила задержаться, Ему она протянула шкатулку, вырезанную из кости одним китайским мастером. И наказала, чтобы он «если что» позаботился обо всем и помог Никите. Терентий вздохнул, он помнил каких трудов хозяйке стоило уговорить мастера, а особенно каких денег.
Терентий попрощался с женой Аглаей и сыном Тимофеем, в этот раз взять с собой супругу он не мог. Не то чтобы Аристарх Варфоломеевич был против, он всегда «за», к тому же Аглая придавала его виду видимость строгости и шарма. Никите Александровичу и Дарье Филипповне тоже было все равно, но Аглая была на сносях, она ждала второго ребеночка. И если верить трем лекциям по анатомии, что прочел Аристарх Варфоломеевич, в этот раз у Терентия будет дочка. Вообще, если Аристарх не занимался борьбой с крестьянской дремучестью, он читал и изучал что – нибудь новое. Как-то Терентий попытался понять на скольких языках может читать хозяин, но, когда зашел на второй десяток, ужаснулся. Каждому хобби Аристарх уделял по несколько часов в неделю, от этого у него был самый плотный график из всех жителей усадьбы Брант.
Дольше всех собирался юный Никита Александрович и его багаж менее соответствовал целям экспедиции. Поэтому Терентий взял на себя смелость пересобрать Никиту Александровича, тот не стал сопротивляться. Всё-таки почти пять лет опыта работы с Аристархом были довольно-таки весомым опытом для Терентия. Аристарх даже научил Терентия пользоваться дорогущей камерой с фотозатвором, которую выписал из-за границы. Еще Аристарх верил, что когда – нибудь у каждого будет свой паровоз, эта уверенность в нем повелась после того, как он узрел статью об локомобиле.
Из-за нестабильной обстановки в этот раз экспедиция была вооружена. Конечно, Жиздринский уезд был далеко от театра грядущей теоретической войны, но опасения всегда были. Поэтому несколько револьверов украсили поясные кобуры трех мужчин. Во время пути Аристарх Варфоломеевич по доброй традиции написал письмо своей невесте Аграфене, и передал его для отправки Терентию. Тот заботливо убрал письмо в свои вещи, чтобы потом передать Дарье Филипповне, которая заботливо складывала письма в шкатулку. Увы, адреса зазнобы Аристарха Варфоломеевича никто не знал, ну, из ныне живущих во всяком случае. В этот раз Аристарх предложил представиться сотрудниками Московского управления по изучению природы, так как оборотень всё-таки полузверь. Терентий больше любил, когда они представляются журналистами газет или представителями горнорудной компании, или на крайний случай, геологами.
Новичок в экспедиции Никита просто радовался тому, что может поучаствовать в данном приключении. Единственное за что он беспокоился, это за усилившиеся головные боль Аристарха Варфоломеевича. Боль всегда имела очаг в левом виске, раньше она была только когда тучный Аристарх нервничал, теперь она почти не покидала его. Но несмотря на боли начальника экспедиции, до села «Услада» они добрались без приключений. Правда Никиту удивило почему по приезду Терентий предложил спать в разных избах, причем для ночлега Аристарха Варфоломеевича Терентий искал самую глухую хозяйку избы.
Когда они расположились на ночлег, Терентий объяснил, что когда Аристарх отправляется в путешествие, у него начинаются еженочные кошмары. В дороге он просто тихо бормочет во сне, но по прибытии на место, начинает довольно громко разговаривать во сне, а бывает и кричать. Поэтому, если они хотят ночью отдыхать, а не слушать бесконечные монологи с неким Джеймсом, споры с Петром Алексеевичем, любовные беседы с Аграфеной и крики ужаса и боли от избиения Матвеем Петровичем. Лучше ночевать отдельно. Никита в первую же ночь самолично отправился под окна избы, где ночевал Аристарх и немного послушал часть монолога. Ему достался спор Аристарха с каким-то явно благочинным чиновником по имени Петр Алексеевич. Из монолога ясно было, что Аристарх явно робеет выражать свою точку зрения этому человеку. Но дальше слушать он не стал и отправился отдыхать, ведь утром им надо было заниматься исследованиями.
Аристарх как всегда мило беседовал с хозяйкой за столом и записывал ключевые моменты из сельских сплетен. Никита и Терентий пришли уже к концу трапезы, ибо они завтракали в своей избе, поэтому не слышали разговора полностью. Когда Аристарх Варфоломеевич доел и выпил микстуру от головной боли, которую Терентий давал ему три раза в день, они отправились на околицу села, где видели Волколака. Хотя лично Терентию нравился вариант: вервольф. Никита Александрович всё-таки не удержался и спросил, о чем именно беседовал Аристарх Варфоломеевич с хозяйкой избы.
Аристарх смерил Никиту Александровича своим сапфировым взглядом и улыбнулся, ему всегда нравилось делиться своими теориями. В селе «Услада» стали пропадать сельскохозяйственные животные не особо крупных размеров, в основном птица. Это длится уже около трех месяцев. Останки несчастной птицы в виде перьев и костей находят вокруг села где-то на третьи сутки после пропажи. Также пропало несколько дворовых собак, но именно дворовых, а не сторожевых, их тела тоже нашли на опушке леса. В одну из лунных ночей видели человекообразного монстра рядом с домами, откуда пропала домашняя птица. Монстра, видевшие его свидетели, нарекли Волколаком. Но это все уже было напечатано в газетах, которые зачитывал в дороге Аристарх.
Старушка – хозяйка дополнила сухие заметки именами и некоторыми фактами. Сейчас они шли к Лукерье Хомутовой, первой весомо пострадавшей от оборотня жительнице села. Именно в ее птичьем дворе были сорваны все засовы с птичника. Так же Лукерья, судя по ее рассказу, лично видела это существо. Но для начала Аристарх попросил Терентия отправиться на конец поля, к опушке. Там Терентий должен был прогуливаться не спеша и смотреть в сторону двора Лукерьи, пока Никита Александрович и Аристарх Варфоломеевич будут беседовать с птичницей. Беседовали они долго, Аристарх провел зарисовки поврежденного курятника, также зафиксировал место, где замки были сорваны при помощи фотоаппарата. Затем, распрощавшись с Лукерьей, Никита и Аристарх отправились в окружной путь к Терентию.
Терентий устал бродить по опушке и даже немного озяб, хотя на улице была довольно комфортная температура. Аристарх, подойдя к Терентию, спросил у Никиты, видел ли он Терентия на опушке. Никита Брант сказал, что видел, но плохо. Увы, расстояние очень велико. Аристарх подытожил, что он тоже видел, а вот госпожа Лукерья не видела и не могла видеть. Она была ниже на две головы Никиты Александровича и на пол головы Аристарха. Но она ни разу не обратила внимание на то, куда устремляются взгляды гостей. И это при ясной погоде. Как утверждает квартирная хозяйка, Лукерья видела монстра в темноте, при слабом свете полумесяца. Она так и не указала в какой стороне был монстр, лишь слабо махнула рукой в сторону околицы. Аристарх был буквально уверен, что женщина не могла увидеть кого – нибудь с этого расстояния, но на фоне ужаса, что испытало ее сознание, мозг создал образ жуткого монстра.