Ярослав Солонин – Кожа, которую необходимо сбросить (страница 1)
Кожа, которую необходимо сбросить
Ярослав Солонин
© Ярослав Солонин, 2025
ISBN 978-5-0068-8276-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
От « сигарет» – к « коже»
У этого сборника, этой хаотичной летописи нулевых и десятых сложная судьба. Эти рассказы писались и публиковались в разное время и в разных журналах, участвовали в каких-то там конкурсах, попадали в разные сборники. Но в то же время они стремились поселиться под одной крышей, жить в тесноте, но не в обиде. Не очень-то хотелось, чтобы они сиротами поодиночке разлетелись по сетевому миру, да по вымирающим толстым журналам, да так там и сгинули, чтобы быть откопанными лет через сто. Хотелось бы, чтобы их откопали хотя бы в таком «соборном» виде, чтобы они могли как-то друг друга защитить, апеллировать друг к другу, ссылаться друг на друга, возможно, объяснять друг друга. Так как они написаны в разных эмоциональных состояниях, в разных жизненных обстоятельствах и в разных настроениях. В 2023-м году, казалось бы, появилась возможность выделить им скромную хрущевку. Я вступил в переписку с руководителем издательства «Дикси-пресс» Леонидом Кузнецовым, и мы как-то быстро нашли общий язык. Как же я тогда обрадовался: в «Дикси-пресс» выходили книги моих коллег и друзей, людей, с кем я общаюсь, с кем у нас периодически возникают какие-то проекты и случаются взаимодействия. Не буду их перечислять. Хотя, допустим, имя Романа Богословского важно назвать. Он сыграл в моей литературной жизни важную роль. И вот присылаю я Леониду Кузнецову несколько рассказов, и он предлагает мне сделать сборник. Вау! Сборник – это круто. Я собрал некоторые ранние, но не самые ранние, затем добавил к ним что-то из написанного в 2023-м, это были разные мистические истории, и мы шлёпнули сборник «16 пачек сигарет». Проблема в том, что он так и остался в электронном виде, и перспектива бумажной книги так и зависла, похоже, навеки. Причин тому много: непростое время, мягко говоря, а также финансовые вопросы, что тоже связано с непростым временем. Потом я ушел с головой в другие проекты, в написание книги об Игоре Кущеве, гитаристе «Сектора Газа», потом долгий процесс выпуска книги. Наконец, в 2025-м она вышла. И до меня снова донеслись вопли и стенания рассказов, обреченных томиться в цифровом виде. А жизнь идёт, жизнь бежит, жизнь каждый день бросает новые вызовы, это кипучий процесс, совсем не живущий в гармонии с издательским делом. Я, как автор, уверен, что будет большим преступлением не дать этим рассказам выпуститься на бумаге, пусть и за свой счёт. Пусть их почитают друзья, соратники, быть может, случайные люди. У сборника появилось новое название и концепция. Теперь это «Кожа, которую необходимо сбросить». Если хочешь сделать что-то хорошо – сделай это сам. Не до жиру. Я бы сказал проще: если хочешь сделать что. А хорошо или плохо – не мне решать.
Сборник Ярослава Солонина «16 пачек сигарет» – это повесть «Серж и другие металлисты», а также четыре цикла рассказов («Танатос», «Эрос», «Старый добрый грязный реализм» и «Rockin’ in the ftee world»), часть из которых и вовсе киносценарии, хотя при этом, тем не менее, рассказы.
Если вам больше восемнадцати, и вы живете в реальном, а не выдуманном мире, тогда можно рискнуть и начать это читать. А если вас всё достало, вообще всё, то, смеем надеяться, эта книга вам понравится. Впрочем, без гарантий. Подобная литература в начале двухтысячных была очень востребована читателем. Нам показалось, что пришло время ее реанимировать.
Далее идут предисловия из прошлого сборника «16 пачек сигарет», которые я оставил из соображений целесообразности и преемственности.
Рок, портвейн, секс и 18+
Когда Александр Крахин (первый состав легендарной группы «Интеграл») начал писать об Алибасове в частности и рок-музыке в Ускамане (это на краю географии, а точнее – Восточный Казахстан) в целом, Сергей Миляев (автор рок-поэмы «Петушки-Манхэттен», лидер владимирской группы «Алгабас», наш общий друг) попенял Сане, что в его воспоминаниях маловато портвейна, девочек и мата. Этого всего в реале было много, тут Серж безусловно прав, ибо где рок, там свобода, секс и все такое. Но Саня был не только очень талантливым, но и очень культурным и интеллигентным, и никак не мог понять, чего от него хочет Миляев.
Жаловался мне: «Ну да, я не Буковски», – и продолжал писать на языке Булгакова и Паустовского. На языке Лимонова и Юза Алешковского он писать категорически не желал, хотя и ценил творчество как первого, так и второго.
Серж, бинго, вот тебе книга, в которой ровно так, как ты хотел. С горкой. Рок, портвейн, секс, наркотики и 18+. Всего вдосталь, с присыпочкой. Эти 18+, они прям реально настоящие, не фуфло в виде одиноко затесавшегося в текст вполне литературного слова на букву «б». Ну нафиг! Тут реальный язык.
Тут реальная жизнь, реальные люди и реальные страсти. Не потому что Воронеж, который «хрен догонишь». Потому что так устроено в этом лучшем из миров. Может, в сонном Владимире не так, или в респектабельной Москве?
Да так же. И всюду страсти роковые, и от судеб защиты нет.
Читайте.
Ну, если не нравится, тогда не надо. Тут я не волен. Потому что кому-то «зайдет», а кто-то будет плеваться. Но издать это надо было непременно. А вы там дальше уж как-нибудь сами.
Ну, то есть – приятного чтения!
Леонид КУЗНЕЦОВ
Сергей КАРДО (О сборнике «16 пачек сигарет»)
Вернулся в Москву к ночи и не спится – соседи сверху приехали с дачи (дожди). В полном составе – шавка (в правильном смысле слова), дочь с избыточным весом, хозяин, по ощущениям ходящий по паркету в сказочных железных веригах, мамка вечно скачущая галопом и сын с поступью шагающего экскаватора. Появились они в полпятого. Гром раздвигаемых диванов, падающие телефоны, звон рассыпаемой мелочи, шум воды – уж на что я глухой, но эти звуки по насмешке природы я слышу.
Проклинал я их всеми поносными словами, какие знаю, но это не помогло заснуть, и открыл я «16 пачек…»
Во-первых, шикарное вступление: моя тема! И сказано-то как! Не помню, чтобы несколько абзацев у меня лично такой интерес генерировали! Здорово, близко, понятно, азартно, возбуждающе. Еще раз перечитал и – вперед.
И вот уже не могу не улыбаться и не алкать дальнейшего чтения. Редкий симбиоз сюжета, лексики, понимания и доходчивости текста.
На мой взгляд, это читать будут все – и мужики и дамы самого широкого социального положения. Какие там Бегбедеры, Паланики и проч. бесчисленные сливки западных литераторов, коих в книжных магазинах завалы и навалы!
Скажу как барин – потрафил ты мне, дорогой издатель, потешил, успокоил – есть авторы! Это все-таки здорово. Жив наш мужик, жив!
Знал я одного Солонина, Марка, уважал за его книги, так теперь и второй хоть куда!
Вот честная литература без взглядов в зеркало – а как я выгляжу? А что про меня скажут?
Здорово мужик пишет, давно я такого прямого текста не видел, он как самогон, без всяких фабричных ужимок-добавок: настой пшеничных сухарей, янтарная кислота, сок яиц таежного марала, откормленного в Семипалатинске.
Читайте, и возрадуется душа ваша!
16 ПАЧЕК СИГАРЕТ
В семье подруги было принято так: если у тебя нет работы, на тебя смотрят как на прокажённого. Но поскольку с её родителями я виделся редко и старался в эти дни поскорее набраться, чтобы воспринимать их жизненный уклад через пьяную призму, мне долгое время было до лампочки. В её отсутствие я пытался писать роман, пил пиво, бродил по московским лесам. Лез в заначку, набирал пакет пива, сигарет, чипсов и шёл смотреть на белок и на уток. Но однажды по приколу отыскал вакансию бариста в аэропорту «Внуково» и откликнулся на неё. С одной стороны – надоело недоумение и скрытое презрение, с другой – мне казалось, что это довольно писательская профессия. Общаешься людьми, и всё такое. Я размечтался, как открою свою кофейню, получу лицензию на алкоголь, окружу свою забегаловку богемным антуражем и будет у меня собираться всякая богема. Буду ставить Сержа Генсбура, Тома Уэйтса и Чарли Паркера. Дым сигар, портреты Фолкнера, Достоевского и Камю на стене, молодые преступники, избравшие мою кофейню как место для обтяпывания делишек. Красота.
Стажировка проходила на станции «Третьяковская». Мне выдали стопку брошюр с рецептами кофе, санитарными требованиями и книжку стажировщика, а ещё стильную чёрную униформу. Стажировал меня казах Алмаз, шустрый паренёк. Объяснял он незатейливо: «Смотри, делаешь вот так, потом вот так, раз-раз-раз, и вуаля». Он очень гордился этим своим «вуаля» и напоминал ушлого алжирца из французского кино. У Алмаза была мечта накопить на квартиру и жениться на москвичке, и он уверенно шёл к цели.
Научиться делать эспрессо, основу всего, нетрудно: засыпал в здоровенную кофемолку, напоминающую блендер, треть килограммового пакета высококачественной «Арабики», смолол с запасом, набил холдер или рожок (или портофильтр) кофе, утрамбовал пестиком, присобачил его, этот пестик собачий к варочной группе, нажал кнопку и – вуаля. Порция чёрного как нефть душистого эспрессо «вырви глаз» готова. Американо (Caffè Americano) – это разбавленный кипятком эспрессо. Американо придумали янки, оккупировавшие Италию в 1945-м. Для англосаксов эспрессо был нестерпим, и они его разбавляли, за что получавшуюся на выходе бодягу итальяшки называли презрительно американо. Идеальный американо: две порции эспрессо, в которые добавляется от 30 до 470 миллилитров горячей воды.