Ярослав Питерский – ЗУБР и ГЕНСЕК (страница 1)
Ярослав Питерский
ЗУБР и ГЕНСЕК
Роман.
Все персонажи и события вымышленные – совпадения возможны лишь случайно, за что автор ответственности не несет.
Владимиру Александровичу Козлову – российскому иммунологу посвящается:
Есть много истин, правда лишь одна:
Штампованная, признанная правда.
Она готовится из грязного белья
под бдительным надзором государства.
Над горизонтом висел малиновый восход. Необычное, яркое зрелище зачаровывало. Всполохи временами гасли, и потом вновь бурлили в воздухе, словно пламя адского огня. Они, то носились, сбиваясь в кучу закрученными, как спираль облаками, то растворялись в тяжелом и густом апрельском небе. Восход был немного похож на малиновое варенье, которое пролилось на чистую свежую темно-голубую скатерть. Люди стояли и смотрели, замерев от жуткой реалистичности происходящего. Смотрели и понимали, совсем скоро этот малиновый восход начнет убивать, начнет преследовать их, выгонять из своих домов, и превратится в настоящий кошмар бытия, но это будет лишь в ближайшем будущем. А пока, пока это было так красиво, так адски красиво!
Часть I.
ПЕРВЫЕ ВСТРЕЧИ.
Российская Федерация. Красноярск.
2010 год.
Сквозняк. Неожиданный и какой-то тревожный.
Нет, не тревожный, а пугающий. Чувство неприятное.
Вдруг тебе становится немного прохладно. Просто прохладно и немного страшно от соприкосновения воздуха со щекой, с кожей.
Тихо и неопределенно от движения воздуха, от неизвестности. Неизвестность, она такая нежеланная, наверное, даже страшней самой неприятной и ужасной новости. Страшней тяжелой и мучительной определенности. Неизвестность – сама по себе уже есть мука.
Негромко хлопнула дверь, вернее она даже не хлопнула, а лишь тихонько скрипнула, словно пугаясь звуков. Пугаясь вообще нарушить что- либо: тишину, течение времени, но она скрипнула, скрипнула и застыла.
Мужчина невольно поднял глаза и оторвал взгляд от документов на столе. Он застыл в неудобной позе сидя за своим письменным столом. Как-то картинно приподняв локоть, словно замерев, в процессе детской игры. Ему двигаться не хотелось.
Вернее, он не спешил двигаться. Он замер на несколько секунд и даже не дышал. Перед ним на стуле сидел человек. Как он появился в кабинете – хозяин не мог себе даже мысленно представить. Гость, словно возник из ничего, именно его возникновение и
сопровождалось еле заметным сквозняком. Движением воздуха, которое тут же исчезло, растворилось в глубине кабинета.
Человек, сидящий за столом, постепенно пришел в себя от неожиданности. Он старался не показать незнакомцу напротив – своё смущение, свою растерянность, но у него это не получилось.
Сглотнув слюну, человек за столом с трудом выдавил из себя:
– Вы кто? Вы это что? Вы зачем тут?
Незнакомец на стуле – молчал. Он, положив ногу на ногу, пристально смотрел на хозяина кабинета. Смотрел странно: не злобно и не внимательно, не с жалостью или
удивлением, а как-то пристально-увлеченно, словно призывая человека за столом взглядом-рентгеном.
Но этот рентген был лишь исследовательский, безвредный.
– Вы кто? – повторил вопрос хозяин кабинета.
Его голос окреп. Вернулось самообладание. Мужчина немного расслабил галстук и расстегнул пуговицу на рубашке:
– Я сейчас охрану вызову. Я попрошу вас удалить, – не злобно, но внушительно уверенно, добавил хозяин кабинета.
Гость молчал.
Он даже не ухмыльнулся. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Эта уверенность вновь заставила волноваться человека за столом.
– Вы, что не понимаете?! Я ведь не шучу! Кто вы такой?! – окончательно разозлился хозяин.
Гость вновь выдержал паузу, которая уже точно была лишняя, потому как напряжение, опять всколыхнуло воздух в кабинете.
– А вы эмоциональный, как я себе и представлял. Эмоции это хорошо. Без эмоций невозможно сделать то, что ты хочешь искренне. И это нам пригодится, вернее – вам пригодится.
– Что пригодится?! – совсем обомлел мужчина за столом.
– Ну, нашему делу пригодится. Немного эмоций и немного интереса, и все, будет, так, как и должно быть.
– Какого интереса?! Вы, что тут говорите?! Вы про, что говорите?! Перестаньте! Поверьте, мне очень не хочется вызывать охрану. Вы человек пожилой. Но, вы, правда, меня пугаете! – хозяин кабинета говорил искренне.
Он встал из-за стола и подперев бока руками, тяжело вздохнул. Наконец-то хозяину кабинета удалось рассмотреть непрошеного посетителя.
Суховатый мужчина с жилистыми руками, небольшой головой и немного нелепо длинными ногами. Лицо совершенно, искусственное, какое-то немного карикатурное, правильное и чистое. Но «чистое», не «от излучаемой доброты», а чистое от эмоций и теней: белесое, ровное, как инкубаторское яичко, глаза глубоко посажены, серые и совершенно равнодушные. Казалось, в них нет мысли, в них нет искорки жизни, в них ничего нет. Просто правильные серые глаза. Ровные губы. Немного бледноватые. Обычный нос и слегка подрумяненные щеки. Если бы не морщинки, которые вились на переносице и возле глаз, то могло показаться, что это человек без возраста.
А так…
Так хозяин кабинета, навскидку, дал этому мужчине что-то в районе пятидесяти семи, пятидесяти восьми лет.
– Мне шестьдесят девять, – словно прочитав мысли, сказал незнакомец.
Хозяин кабинета вновь вздрогнул:
– Да какая мне разница сколько вам?!!! Я просто зову охрану… и все, – обиделся он. – Мне все равно, сколько вам лет.
– Нет, не все равно. Вы думаете, что я очередной городской сумасшедший и со мной опасно оставаться один на один, хотя я агрессии не излучаю. Напротив, на всякий случай нужно позвать еще кого-то в кабинет. – Так вам дал рекомендацию один из психологов с которыми вы сотрудничаете на проекте про экстрасенсов. И вы ему поверили?! И правильно сделали, это хороший психолог, его рекомендации правильные. С нездоровыми психически людьми, не стоит оставаться один на один. И дело даже не в том, что они могут на вас наброситься и нанести физическую травму, а дело в том, что, оставаясь один на один с психически ненормальным человеком, можно легко запутаться в сознании, и начать сомневаться. То есть начать следовать его логике и потом ловить себя на мысли, что в принципе он может говорить истину. И еще не понятно, кто из вас не нормальный, поэтому лучше оставаться с психически больным в кабинете еще с кем-то. Так по крайней мере вас будет большинство. Это основы, правильные основы вашей психической безопасности.
Хозяин кабинета вдруг поймал себя на мысли, что полностью соглашается с убедительными доводами незнакомца. Ведь тот говорил настолько веско и уверенно, что хотелось лишь кивать головой и поддакивать. А гость, меж тем, продолжал свою мини лекцию:
– И еще – вы боитесь, что я пришел высказывать вам претензии по поводу ваших репортажей, поэтому предпочитаете, что бы все претензии тоже звучали при свидетелях. Это правильно. И это разумно.
– Вы кто? – немного успокоился хозяин кабинета. – Экстрасенс, что ли очередной? Если да, давайте я правда позову редактора нашего проекта экстрасенсов. Она, правда, вам поможет. Более того, я сам хочу, что бы вам помогли, и может правда, вы поможете нам. Хороший экстрасенс на дороге не валяется, и он нам, ой, как нужен.
– Бросьте Петр Сергеевич, какой я экстрасенс?! Вы же видите, я на экстрасенса не похож.
Хозяин кабинета вновь задумался, он помассировал лоб и, сделав жест, что-то вроде: «добро пожаловать» – развел руки и тем самым, дав понять, что окончательно смирился с присутствием незнакомца:
– Чаю хотите, или кофе? – спросил хозяин и направился к тумбочке в углу.
На ней стоял красивый электрочайник. Рядом примостилась вазочка с сахаром и пару чашек.
– Кофе у вас нет. Растворимый я не пью – это гадость, шелуха пережаренная, а от чая не откажусь. Налейте, если можно, покрепче черного чая и без сахара, – бросил ему в спину незнакомец.
– Как скажите?! И все-таки вам, наверное, жарко, а вы в пальто сидите. И потом, сверток этот, ваш в руках, меня тоже немного волнует – пробубнил Петр Сергеевич, разливая чай по чашкам.
– Мне не жарко. И вообще у меня нет привычки снимать верхнюю одежду в чужом кабинете. Это вне моих правил. Вы не об этом беспокоитесь, – Петр Сергеевич спиной чувствовал, что непрошенный гость, рассматривает каждое его движение.
– Ну, как знаете, мое дело предложить, – хозяин кабинета, поднес две чашки с чаем и поставил их на свой стол.
Он медленно пододвинул стул, что стоял у стенки и присел рядом с незнакомцем, словно посетитель в кафе. И лишь сейчас он позволил своему любопытству внимательно рассмотреть сверток в руках мужчины. Это был не сверток, скорее большой конверт из плотной серо-желтой канцелярской бумаги. Просто конверт похожий на письмо из далекого прошлого.
– Кстати, предлагать буду я. И я буду предлагать вам такое, от чего будет зависеть не только ваше нервное напряжение и равновесие, но и ваш успех, – ровным голосом сказал незнакомец – отпив чай. – Ваш личный творческий успех. А это ведь очень важно для творческой личности, такой как вы, Петр Сергеевич. Порой важней материальных благ и спорить не надо, я это знаю точно.
Хозяин кабинета усмехнулся:
– Может все-таки, давайте познакомимся? – робко спросил Петр Сергеевич.
– Давайте. Я про вас в принципе все знаю, – незнакомец вновь пристально посмотрел в глаза собеседнику. Он медленно отодвинул от себя чашку и вздохнув кивнул головой: