Ярослав Питерский – Месть сладка! (страница 2)

Жора, увидев Пупеева, радостно воскликнул, при этом изо рта у него выпал стручок зеленого лука, которым он закусывал.

О! Олег! Проходи! Может, вмажешь, с нами соточку?

Пупеев поставил телегу в угол и ответил.

Не Жора, спасибо, ты же знаешь, на работе н6е пью. Опосля можно. А сутра я и вам бы не рекомендовал.

Не знаю, как ты с этими тварями трезвый работать можешь? спросил Застойный.

Он имел в виду торговцев. Пупеев догадался, что этим вопросом – Жора его провоцирует. Застойный, очень любил слушать агитацию Пупеева о насилие иностранцев, над русской нацией. Прозвище – «Застойный», у Жоры появилось после того, как он провел страстную ночь с одной из вьетнамок торгующей на рынке. Бедная женщина, потом шарахалась от Жоры, почему то крутя у виска пальцем и повторяя всего одно русское слово «застой». Что имела в виду азиатка, было не понятно, но это прозвище к Жоре приклеилось. А когда его называли Застойным друзья, то имели в виду времена правления коммунистов, а вовсе не ночь любви Жоры и вьетнамки.

Не дождешься Жора, не дождешься. Кстати, сегодня на моем участке новенькая появилась, молодая, красивая девка. Что ее сюда, наверное, совсем судьба приперла. А этот козел Муса, смотрю, на девку – уже глаз положил, сволочь! Надо будет присмотреть за ней. Пупеев присел к столу ящику и, взяв огурец, откусил:

Смотри, не смотри, а это животное ее – точно трахнет. Причем только – за жратву и, возможность, у него ишачить. Его зверки и он сам специальный контейнер на углу рынка имеют. Они, там – местных шлюх, по дешевки, за выпивку, жратву и недорогие шмутки, всегда имеют. Так, что – если девка, в контейнер попадет и, не устоит от соблазна, значит – будет этих зверьков обслуживать. А вечером, точно – в общагу к себе заберут, а там по кругу пустят, если она не местная. обрисовал печальную перспективу Жора новой перебиральщице.

Пупееву стало жаль девушку:

Так, что теперь этим тварям на съедение наших баб отдавать? вспылил он.

Да не заводись ты опять Олег! Успокойся! уговаривал его Витя Чесноков, худощавый почти лысый грузчик. Ничего ты не сделаешь! У них деньги, у них возможность крутится! А наши бабы сами под них ложатся, за пайку хавки!

Так не должно так быть! Мы в своей стране живем! Почему мы должны позволять это делать? не унимался Пупеев.

А ты это нашему правительству скажи, вернее спроси. пояснил Олегу Жора и засунул очередной стручок лука. Жуя зеленую массу, он добавил сквозь зубы. Только они тебе не хрена говорить не будут и отвечать! Плевали они на тебя Олежка! Хэ, Хэ, Хэ! зареготал Застойный.

Да так не должно быть, на хрен нужно такое правительство и государство?

Вот, мы и тоже, думаем – на хрен? сказал с сарказмом Виктор, разливая в стаканы водку.

Да пошли вы! Вы бы только могли – эту водяру жрать! А, как дело – до вашей чести и совести доходит, так шутите все! разгневанно бросил Пупеев.

Да успокойся! Олежка! Это же шутка, все равно ничего ты этими речами не изменишь! Как жили в дерьме, так и будем жить! Судьба такая! Ну, хочешь, мы для тебя пару чурок изобьем? Хочешь? предложил Жора и залпом влил в свое огромное нутро дозу спиртного.

У вас только на это ума и хватает, но ладно, хоть на этом спасибо. Если, что поможете. Пупеев, подхватив тележку – вышел из помещения.

Олег сделал еще пару рейсов, отвезя ящики с яблоками и виноградом в свой сектор. Он, хотел, было вернуться и, поставив каталку, сходить на обед в рядом стоящее, дешевое по ценам в прейскуранте – кафе, но передумал. Резко повернув тележку – Пупеев покатил ее в сторону прилавков Мусы.

Слова Жоры о новенькой перебиральщице не давали Олегу покоя. Подойдя к ящикам с помидорами, Мусу, он не увидел. Вместо него, стоял молодой азербайджанец, которого Пупеев не знал. На земле на низких ящичках сидели три пенсионерки и перебирали полу гнилые помидоры. Мухи роем летали возле отбросов. Новенькой среди женщин, не было. Ее место пустовало.

Где Муса? спросил Пупеев у торговца стоящего за прилавком.

По деламь пошель ответил парень.

Одна из пенсионерок подняла голову и сказала:

Он, куда-то – молодую, нашу повел, а куда не знаем, наверное, покормить обещал!

Пупееву все стало ясно. Предсказание Жоры Застойного сбывалось. Олег оставил телегу и на ходу бросил женщинам:

Посмотрите за транспортом, я сейчас! стал проталкиваться сквозь толпу покупателей и торговцев к углу рынка.

Там стоял контейнер Мусы. Рядом торговали коврами. Разноцветные шерстяные прямоугольники, словно заплатки – висели на соседнем заборе. Ржавый двадцатитонник, со стандартной надписью на боку «Морфлот СССР» после закрытия рынка, служил складом для этой продукции. Протолкавшись к железному кубу, Пупеев увидел, что у входа стоит младший брат Мусы Саид. Олег, подойдя к азербайджанцу, спросил:

Где Муса?

А тебе что надо? Занят он. Саид в отличие от брата говорил по русскому, почти без акцента.

Я спрашиваю, где Муса? уже более грозно повторил вопрос Олег.

Слушай, не лезь! Занят он, проблемы решает, кое какие!

Где там? Пупеев кивнул на контейнер.

Ну, хотя бы и там, тебе то что?! Саид договорить не успел.

Пупеев сильным ударом в ухо – сшиб кавказца с ног. Когда тот попытался встать, Олег, пнул, его по лицу. Саид охнул и отключился на грязном заплеванном асфальте рынка. Одним рывком, Пупеев открыл створку контейнера. Та скрипнула и застыла как бы в нерешительности. В полутемном помещении в углу на куче ковров – полулежала девушка перебиральщица. В ее глазах застыл страх. Рядом с ней сжав кулаки, стоял Муса.

Что тут такое, а Муса?

Азербайджанец недовольно обернулся. Он никак не ожидал увидеть в контейнере Пупеева. Смутившись, он все же нашел в себе силы ответить.

Да, воть видишь, не хочеть платить за еду!!! Муса кивнул на пластмассовую тарелку, валяющуюся в углу.

Девушка громко всхлипывала. С надеждой и страхом она смотрела на Пупеева.

А как ты хочешь, что бы она с тобой рассчиталась?

Какь, какь, какь говориль, она говориль, что сосать будеть!

Неправда! Неправда!!! Я ничего не говорила!!! Аааа!!! ревела девица.

А ну животное, отпусти девчонку! Пупеев двинулся с кулаками на Мусу.

Тот попятился и запричитал.

Ну, лядно, лядно, хочешь, самь давай, я не жадный человекь!

Мразь ты чурекская, а не человек! А ты, какого хрена сюда зашла?! Думала он тебя тут мантами кормить будет?! прикрикнул он на девушку. Живо от сюда!

В это время на улице послышались крики на азербайджанском языке. Пупеев понял – поверженный, им Саид, поднял тревогу. Девушка, испуганно вскочила с ковра и, подбежав – схватилась за рукав Олега. Тот, бросив взгляд на Мусу, понял – что лучше из контейнера выйти, иначе у них шансов не будет.

Пупеев схватил девушку за руку и потянул к выходу. На улице уже стояло пять азербайджанцев. Двое из них, держали Саида – у того текла кровь из носа и разбитых распухших губ.

Кавказцы бросились на Пупеева без подготовки. Он краем глаза успел увидеть, что девушка отскочила в сторону. Олег получил несколько ударов в лицо и ухо, но на ногах устоял, при этом – даже успев пнуть, одного из нападавших в пах. Второго, Олег свалил мощным ударом в челюсть. Но четвертый азербайджанец, пнув Пупеева в спину, повалил на землю. Упав, Олег ощутил на своем теле несколько ударов. Он закрыл лицо руками.

Но в это время, сквозь шум драки, Олег услышал крики, визг и отборный мат. В резких мужских ругательствах он узнал голос Жоры Застоойного. Рыжий гигант крушил на право и на лево – щуплые кавказские тела. Ему помогал Витя Чесноков. Худой грузчик – орудовал здоровенной дубинкой. Пупеев постарался подняться с земли, но тут же получил мощный удар ногой. После этого Олег отключился.

Пришел, он в себя, оттого, что, кто-то, ему протирал лицо платком. В мутных очертаниях, он, узнал девушку, из-за которой, устроил побоище. Когда зрение полностью восстановилось, и он поднялся на ноги, то увидел вокруг себя трех милиционеров патрульной службы. Не вдалеке стоял УАЗик из которого сыпались маты Жоры Застойного.

Мужик, ты в порядке? спросил его молодой сержант.

В порядке, в порядке!

Тогда, сейчас, с нами в отдел поедешь – заяву написать надо!

Заяву?! На кого?!

На азеров этих, что тебя отдубасили!

Не буду, я на них заяву писать! И сам не поеду! запротестовал Пупеев.

Мужик, лучше тебе поехать. По – хорошему! А то силой увезем! Они то писать на тебя и твоих друганов точно будут! милиционер похлопал по плечу Олега. Девушка, а вы ему жена? Тоже поехали, лучше будет!

Пупеев тяжело вздохнул и поплелся в сторону милицейской машины. За ним – двинулись патрульные и новая знакомая Олега.

Антон Викторович Сусик – мужчина лет пятидесяти, сидел в своем кабинете и в нетерпении ерзал ягодицами – по свиной, кожи кресла. Сусик ждал важного звонка. Вообще Антон Викторович – был очень важным человеком, по крайней мере – таковым он себя считал. Но, многие окружающие Сусика люди, считали важным – лишь его должность. А занимал Антон Викторович очень высокий пост. Он работал председателем городской думы. Его избрали несколько месяцев назад. Антон Викторович был человек слабовольный, поэтому его превращение в спикера городского парламента – стало для всех полной неожиданностью.

Сусик – мужчина невысокого роста, (как утверждают некоторые психологи), страдал комплексом «маленького человека». Поэтому ему все время хотелось казаться очень важным себе и окружающим. Он все время хмурил брови и вытягивал полные губы, стараясь придать своему лицу грозное выражение. Но актер он был бездарный, и это плохо получалось, а со стороны выглядело довольно смешно.