Йара Тёмная – Дневник Маргарет (страница 3)

Перед самым выходом лорд Дарнелл остановился у входа. Он взял меня за руку, смотрел долго, не мигая.

– Маргарет… – сказал он тихо. – Ты должна понять. Ты – всё, что у меня есть. Моя бомба замедленного действия. Мы с тобой сможем добиться всего. И я помогу тебе. Я всегда помогу тебе.

Он прижал ладонь к моей шее. Не нежно – крепко. Пальцы сомкнулись плотно. Ровно настолько, чтобы не оставить следов.

– Но если ты меня предашь, – прошептал он мне на ухо, – я тебя убью. Запомни это. Ты – инструмент. И инструментом управляют.

Он отпустил. Я потерла кожу под подбородком, будто могла стереть то, что он только что вложил в меня.

Когда он распахнул дверь, карета уже ждала нас. Белая. С бантом, как у праздничной коробки. Даже кони были в серебряных шорах. Всё в этом кричало: «Это – дар». Не женщина. Не человек. Дар.

Мы сели внутрь. Я устроилась на бархатном сиденье и смотрела в окно.

Шёл снег. Он ложился на стекло кружевом. Дорога была белой и хрустящей, а небо – ясным, с полной луной. Казалось, сама ночь решила стать красивее ради этого момента.

Карета замедлила ход. Колёса заскрипели по камню, словно скрежетали зубами. Мы подъехали к главным воротам замка короля. Снег не прекращался – он ложился на крыши, на карнизы, на капюшоны стражников, превращая мир в безмолвную могилу.

Лорд Дарнелл не сказал ни слова. Он лишь вышел первым, протянул мне руку, как положено спутнику. Я вложила в его ладонь свою – чужую, ледяную, неподвижную, как у куклы.

Нас уже ждали.

Слуги в цветных ливреях молча склонились, один подхватил подол моего платья, другой взял фонарь, освещая путь. Мы прошли под каменными арками, в которых звенел ветер. Ступеньки вели вверх, и с каждым шагом всё казалось громче. Наконец, двери бального зала открылись.

Тяжело. Медленно. Почти с ленивым рычанием – как пасть зверя, не спящего, но пока не голодного.

Внутри было светло, как на солнечном дворе, хотя солнце давно спряталось. Тысячи свечей отражались в золоте и стекле. Люстры свисали с потолка, как цветы – переплетённые, сияющие, угрожающие. Стены были увешаны зелёными и красными драпировками – цветами королевского Рождества. И чёрный – бархат, чёрный как ночь, обнимал колонны. Цвета силы, крови и яда.

И тут я поняла.

Цвет вечера был выбран заранее. Красный. Чёрный. Зелёный. И только я – стояла посреди всего этого великолепия в белом.

Платье казалось ещё ярче. Оно не сливалось с толпой – оно пело. Горело. Взрывалось светом в глазах всех, кто обернулся. Я стала пятном света в этой роскоши теней. Я стала вызовом. Я стала фокусом, от которого не отвести взгляда.

Нас представили.

– Лорд Дарнелл и его спутница.

Без имени. Именно так он и задумал.

Я чувствовала взгляды. Они стекали по мне, как капли яда по лезвию. Женщины сжимали веера и криво улыбались. Мужчины следили за линией моих ключиц, за игрой камней на платье. Я шла медленно. Я плыла. Я не споткнулась ни разу, хотя сердце билось так, будто хотело выломать рёбра.

И тогда я увидела его.

Король. Генрих VIII.

Он сидел на троне – не просто скучая, а как лев, которого кормят овощами, но он хочет мяса. На его лице – усталость, скука. Рука лежала на подлокотнике, пальцы теребили кольцо. Его глаза – ледяные, колючие, беспощадные – поднялись на нас. На меня.

И в эту секунду я увидела, как он оживает.

Малейшее движение. Бровь приподнялась. Уголок губ дрогнул. Его интерес проснулся. Он не знал, кто я. Но он захотел узнать.

Платье – белое, как снег за окнами. Золото – как кровь богов. Я шла по красному ковру и знала: я выгляжу неуместно. Я выгляжу вызывающе. Я выгляжу, как нож, воткнутый в ягодный пирог.

И в этом была моя сила.

Я подошла к ступеням, остановилась и поклонилась. Не слишком низко. Не слишком покорно. Я наклонила голову, как цветок, что не гнётся от ветра – он танцует с ним. А мои глаза остались открыты. Я смотрела на короля. Не в пол. Не в стену. На него. И он – смотрел в ответ.

Тишина вокруг вытягивалась, как струна. Люди перешёптывались, веера шуршали, перья качались, но звук стоял вязкий и глухой, будто весь зал задержал дыхание.

Король встал.

Генрих VIII был внушителен – не только размерами, но и самой своей походкой. Медленно, с чувством властной неторопливости он сошёл с возвышения, подошёл к лорду Дарнеллу, и, почти по-дружески, пожал ему руку. Тяжёлая ладонь легла на плечо моего лорда, как кандалы из золота.

– Я рад видеть тебя, мой друг, – произнёс король, и голос его был глубоким, густым, как вино. – Как ты?

Дарнелл склонил голову, сохраняя в голосе уважение, но без раболепия:

– Я как всегда на вашей стороне, Ваше Величество.

Король кивнул и скосил глаза в мою сторону.

– А кто твоя спутница на этот раз? – с легким оттенком иронии, как охотник, узнавший в гостях новый трофей. – Неужели ты наконец решил жениться?

Дарнелл усмехнулся, как человек, играющий ва-банк.

– Нет, Ваше Величество. Это – мой подарок вам.

В зале будто прошёл ветер.

Король резко повернулся ко мне. Его взгляд стал совсем другим. Не просто оценивающим. Хищным. Это был взгляд охотника, которому подсунули необычную дичь – и теперь он решал, убить ли её сразу, или поиграть сначала.

Я не отвела глаз. И – я улыбнулась. Мягко. Чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы это было вызовом и обещанием. Не дерзостью, а вкусом. Как намёк на яд в бокале с вином.

Король приподнял бровь, на губах его заиграла тень интереса. Он обернулся, подозвал жестом слугу. Шепнул ему что-то на ухо. Слуга склонился, кивнул, вышел из-за спины монарха и направился ко мне.

Я не двинулась с места. Лишь смотрела, как он приближается.

– Госпожа, – сказал он с поклоном. – Его Величество желает, чтобы вы были его партнёршей в первом танце этого вечера.

Я почувствовала, как кровь стучит в ушах.

Всё. Игра началась.

Слуга протянул мне руку. Я вложила в неё свою – так, будто отдавала клинок.

Вокруг снова послышались шёпоты. Молнии взглядов. Некоторые женщины смотрели на меня, как на предательство. Некоторые – как на угрозу.

Музыканты начали настройку. Скрипки заплакали нежно, затаённо, как будто воздух загустел.

Я шла к королю. И в каждом моем шаге звенели камни. Платье скользило за мной, как светлая тень. Я знала – он будет вести. Но я также знала: иногда, если танцуешь достаточно искусно, даже король забывает, кто ведёт.

Глава 4: Танец

Король взял меня за руку и за талию. Его ладони были тёплыми, уверенными, немного грубыми. Он сразу потянул меня в танец – уверенно, по-королевски, без права на промедление. В его движении чувствовалась сила, отточенная властью.

Он склонился чуть ближе к моему уху, и голос его зазвучал – бархатный, тяжёлый, с ленивой насмешкой:

– Ты же понимаешь, – начал он, – таких, как ты, у меня было, пожалуй, штук сто. И это только за этот год.

Он усмехнулся. Его кольцо холодно скользнуло по моему запястью.

– Мы потанцуем. Выпьем. Проведём прекрасный вечер. Твой лорд получит своё – своё золото, своё влияние, своё «спасибо». А ты уедешь обратно туда, откуда он тебя привёз.

Он говорил это с усталой нежностью, как актёр, разыгрывающий сцену, которую знает наизусть.

Я слушала и улыбалась. Мягко. Почтительно.

Когда он замолк, я подняла глаза.

– Ваше Королевское Высочество, – произнесла я спокойно, чуть понизив голос, чтобы пришлось наклониться ближе, – я не одна из тех, кто приходит на одну ночь.

Он удивился.

– Я не хочу кусок пирога с вашего стола, – продолжила я. – Лорды, маркизы, герцоги – все они тянут руки, как дети. А я… я хочу быть столом. Тем, с которого вы подаёте пироги, тем, кого вы ставите в центр – и говорите, кому есть, а кому голодать.

Я подмигнула. Лёгко. Дерзко. И – смело. Это был вызов, завернутый в бархат.

Король чуть дернул бровью, и губы его растянулись в улыбке – искренней, удивлённой.