Яр Кремень – Эхо Велеса. «Арка первая — ВОР ЭХА» (страница 6)

Приложил ладони к металлу. Пальцы нагрелись, искры скользнули по трещине. Я сплавлял края, пока двигатель не заворчал ровнее.

— Заряна! Обереги на паруса!

Она кивнула, бросилась к мачтам.

Третий снаряд ударил в борт. Доски разлетелись в щепки. Меня отбросило к переборке, затылок встретился с деревом — звон в ушах, искры из глаз. Эри вцепился когтями в палубу, жалобно мяукнул.

— Снижаемся! — заорал Кость. — Падаем!

Шатёр клюнул носом. Земля приближалась — скалы, ущелье, камни. Люди падали, катились по полу. Ящики с инструментами посыпались вниз.

Я успел схватить Заряну за руку, прижал к себе. Эри вцепился в воротник.

Удар. Темнота.

Шатёр рухнул на дно ущелья. Меня бросило вперёд, грудью о штурвал. Рёбра хрустнули. В глазах потемнело.

*ЗДОРОВЬЕ: 42/400 — критическое*

Тишина. Только шипение пара из разорванных трубок и стоны раненых.

Я открыл глаза. Лежал на боку, придавленный обломком доски. Заряна рядом — жива, шевелится. Эри вылез из-под обломка, отряхнулся.

Я встал, шатаясь. Двигатель дымился, из радиатора текла эфирная жидкость. Правое крыло разорвано, левое погнуто. Ткань парусов свисает лохмотьями.

Внутри шатра — тишина. Я обошёл, посчитал людей.

Трое убитых. Повар Лика с тёмным пятном на фартуке. Старый Хмырь, добрый, трясущийся — застыл с руками на груди. И Кость.

Я увидел его у обломков двигателя. Он лежал на спине, глаза открыты, смотрят в небо. Рядом — ребёнок, живой, плачет. Кость закрыл его собой от горящей балки.

Я опустился на колени, закрыл Косте глаза. Руки дрожали.

— Прощай, старик.

Заряна подошла, положила руку на плечо. Я не обернулся. Встал, вытер лицо.

— Двигатель не запустить, — сказал я глухо. — Контур пробит, запаски нет.

— Значит, пойдём пешком, — ответила Заряна.

Я кивнул.

Собрал выживших.

— Слушайте. Шатёр не поднять. Орден вернётся скоро. Раненых уносим на себе. Остальное бросаем.

Женщина с ребёнком спросила, заикаясь:

— Куда мы пойдём?

— За перевал. В эфирные бури. Орден туда не сунется.

Заряна сжала мою руку.

— Я с тобой.

— Кость… — я запнулся. — Кость погиб. Теперь я веду.

Мы двинулись в ущелье. Раненых несли на носилках из досок и верёвок. Я замыкал колонну, положив руку на кинжал. Эри бежал рядом.

Пыль скрипела на зубах. Ветер гнал песок в лицо.

— Сколько нам идти? — спросил кто-то.

— До перевала — день.

Сзади послышался топот копыт. Я обернулся — из-за скалы выехали трое всадников на мутировавших лошадях. Чёрные плащи. Орден.

— Бегом!

Первый выстрелил из арбалета. Стрела вжикнула мимо, ударила в камень. Я выпустил искру — попала в грудь лошади. Животное рухнуло, подмяв всадника.

Второй натягивал арбалет. Я не дал ему выстрелить — когтистые пальцы сжались на горле. Хрустнули позвонки.

Третий развернулся и ускакал.

— Быстрее! Он приведёт остальных!

Мы побежали. Раненые застонали, носилки закачались. Я схватил один край, потащил на себе.

Впереди показалась расселина — узкий проход между скалами. Я направил колонну туда.

За спиной топот приближался. Мы вбежали в расселину. Камни сомкнулись за нами.

Я остановился, перевёл дыхание. Посмотрел назад — орденцы спешились, но лезть не рискнули.

— Передохнём пять минут.

Люди попадали на землю. Заряна раздала воду. Я отошёл в сторону, прислонился к скале.

Вдруг из расселины выскочил разведчик — наш цирковой, молодой парень. Лицо в крови, левая рука висит плетью. Он упал на колени.

— Они идут… ещё отряд… с юга обходят… — прохрипел он. — Часа два, может, три.

Заряна подбежала, начала шептать, прижимая ладони к его груди.

Я не успел ничего сказать. Сзади — свист стрелы. Я обернулся, но было поздно. Двое орденцев выскочили из-за камней, схватили Заряну. Она вскрикнула, выронила травы. Её поволокли назад.

— Заряна! — крикнул я.

Рванул к ней, выпустил искру — но мимо. Орденец ударил меня рукоятью меча в лицо. Кровь брызнула из разбитой губы. Я упал на колени.

Сверху, с летучего шатра, который бесшумно подлетел к расселине, спустился Глава. Здоровенный мужик с эфирным топором. Он посмотрел на меня сверху вниз.

— Ищи её в лагере, если посмеешь, — сказал он.

Заряну подняли на борт. Она крикнула что-то, но ветер унёс слова. Шатёр взмыл вверх, развернулся и ушёл на север.

Я смотрел, как он тает в сером небе. Эри жалобно мяукал, тёрся о ноги.

*ЗДОРОВЬЕ: 28/400*

Встал, опираясь на кинжал. Люди смотрели на меня. Ждали.

— Уходим, — сказал я. — За перевал. Я вернусь за ней. Но сначала — спрятать вас.

Мы двинулись дальше. Ущелье петляло, поднималось в горы. Я шёл последним, сжимая кинжал. Эри бежал рядом, иногда оглядывался.

Через час показался перевал. Я взобрался на гребень, оглядел долину внизу. Там, на старой дороге, клубилось эфирное марево. Серое, живое, переливалось красными и зелёными сполохами.

— Туда, — сказал я. — Орден не сунется. А я… я вернусь.

Заряна была там, на севере. В лагере ордена. Я найду её. Или умру.

Люди начали спуск. Я остался на гребне, глядя на север. Эри сел рядом, положил голову мне на колено.

— Мы вернёмся за ней, маленький.