Яна Ветрова – Птичья Песня (страница 69)

Каждый день приходил Робин, качал головой и говорил, что в доме чище, чем в королевских покоях, а я ворчала, что он опять не вытер ноги у входа. Погода испортилась: небо обрушивало на город водопады воды, лишь на несколько часов давая передышку в виде моросящего дождика. В эти перерывы я бегала на рынок, чтобы Робин не отвлекался от работы. Люди бросали на меня косые взгляды, но ничего не говорили, и я списала это на свою возросшую тревожность.

Спустя неделю я не находила себе места. Наведя порядок в доме и в саду, я принялась за свою магию. Пыталась включать свет, воду, даже попробовала ускорить вишню, чтобы она быстрее поспела. Ничего не выходило. Я не смогла придумать, как использовать зеркала против дождя. Получалось, что моя магия не была предназначена для бытовых задач, и оставалось только продолжать пользоваться записками. Их запас уже пора было пополнить, но я не хотела уходить далеко от дома и не горела желанием идти в центр города, опасаясь, что это только оживит неприятные воспоминания.

Второй день светило солнце. Я отмывала и без того сияющих львов, как вдруг мое левое плечо пронзила резкая боль. Я подскочила и бросилась в дом, по пути ругаясь на Звездочку, что не обязательно было настолько буквально воспринимать слово «клюнуть». Я ворвалась в спальню, запоздало сообразив, что нужно было постучать, и остановилась на пороге. Джей лежал, одной рукой поглаживая отросшую щетину, а второй прикрыв глаза.

– Пить.

Я бросилась к столику, по пути споткнувшись об угол ковра, и протянула Джею стакан, умудрившись не пролить ни капли. Колдун приподнялся на локте и медленно пил, а я украдкой рассматривала его лицо. Робин уверил меня, что от дракона ничего не осталось, но вдруг?..

Джей вернул стакан и смотрел так сосредоточенно, как будто на лбу у меня была напечатана сегодняшняя газета. Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не отвести взгляд. В углу левого глаза оставалась краснота, но больше ничто не напоминало о том, как Джей выглядел раньше.

– Сколько времени прошло?

– Чуть больше недели.

Он снова потер щетину. Кажется, она ему не нравилась. И правда – ведь я почти ни разу не видела его небритым с тех пор, как он вышел из зеркала.

– Мне нужно поесть.

– Не вставай, я принесу! – выкрикнула я уже от двери.

Робин говорил, что человеку, долго пробывшему без еды, нужно сначала есть что-то легкое. Что у нас есть легкого? Овсянка? Я включила плиту, насыпала в воду хлопья. Часть всплыла, часть утонула. Я помешивала жидкость, нервно постукивая рукой по столешнице. Да что же так долго! Может, добавить туда муку? Щедрой рукой я отправила в кастрюлю сахар и корицу. Жижа побулькивала, образуя на серой поверхности плотные лопающиеся пузыри, а я выстраивала зеркала, чтобы позвать Робина. К тому времени, как я справилась с этой задачей, овсянка угрожающе плевалась, а судя по запаху, уже начала прижариваться ко дну кастрюли. Я перелила кулинарный эксперимент в миску и побежала наверх.

Джей осторожно помешал кашу ложкой, зачерпнул немного и, помедлив, сунул в рот.

– Какая гадость, – выдохнул колдун.

Я улыбнулась – дракон бы не привередничал. Это было хорошим знаком.

Глава 14. Домой

На следующий же день в доме появилась служанка, немолодая женщина по имени Мэг, молчаливая и услужливая. Она мягко вытеснила меня с кухни, завладела кладовкой и одержала победу над грязью даже в самых дальних уголках комнат. Я не сдалась без боя и отвоевала право чистить львов и самостоятельно варить себе кофе.

Между мной и Джеем образовалась стена неловкости. Мы сталкивались в коридоре или на кухне, здоровались и спешили разойтись, как будто вспомнив о срочном деле. Мне казалось, что вот-вот он позовет меня, чтобы поговорить обо всем, что произошло, но он лишь однажды задержался рядом, только чтобы пообещать, что вернет меня домой через пару месяцев, когда уляжется шумиха и Совет обратит свое внимание на другие вопросы.

Робин заглянул пару раз и ненадолго – он был занят поиском Сета и его сообщников, но похоже, почти все они успели сбежать из этого мира. Однако часть не смогла скрыться. К моему удивлению, среди них была и Тео.

– Но почему Сет не взял ее с собой?

– Может, потому что она умнее, – пожал плечами Робин.

Наверное, так и есть, размышляла я, намыливая щетку. Достоевский гордо глядел на редких прохожих, которые кивали мне, как старой знакомой. Тео умнее, но у Тун больше способностей к магии. Даже если Тео знает, куда скрылся Сет, она будет молчать, беспокоясь за судьбу сестры. Впрочем, уже не важно. Робин уверил меня, что в моем мире с угасшей магией этой компании делать нечего, поэтому не стоит об этом беспокоиться.

Я вышла из кладовки, куда убирала щетки и тряпки, и чуть не столкнулась с Джеем. Я хотела привычно уже поприветствовать его и скрыться в своей комнате, но он вдруг заговорил.

– Ты можешь это больше не делать.

– Что? – не поняла я.

– Не надо больше ничего делать, – как ребенку, медленно объяснил Джей. – Выбери какую-нибудь книжку с картинками из библиотеки, возьми деньги, сядь в городе с чашечкой чая или погуляй у реки – просто отдыхай. Мне ничего от тебя не нужно.

Меня начали душить слезы.

– Я уже наотдыхалась, – прошептала я.

– Только не надо!.. – воскликнул Джей, но было поздно.

– Прости.

Я вытирала слезы, а они лились и не хотели прекращаться. Я быстро заговорила, пока он не ушел и пока я сама не успела передумать:

– Прости, я все делаю не так, прости, что попросила львов пустить Сета в дом, что вообще согласилась на это, что не слушала Робина, что украла деньги, что…

Джей подошел и нерешительно, как будто подражая своему другу, дотронулся до моей руки.

Хоть я и обещала себе думать, прежде чем действовать, но иногда нужно следовать порыву. Я сделала шаг навстречу и уткнулась в его плечо – это было не очень удобно, ведь колдун был ненамного выше.

Я была готова к тому, что он оттолкнет меня. Но он замер, а потом положил руки мне на спину и просто ждал. Его рубашка пахла первым весенним дождем, бризом с далекого моря и листьями подснежников, но даже через эту магию проникал запах зеркальной пыли, въевшийся в его кожу.

– Не думай, что я хуже, чем я есть, – всхлипывая, говорила я. – Я делаю, не успев подумать, но я не со зла, я просто так хотела домой, что… А теперь я больше не хочу!.. Не отправляй меня обратно, пожалуйста! Я там пропаду…

От его рук по спине распространялось тепло. Не наколдовал ли он чего-то успокаивающего? Я устала плакать и просто стояла, прижавшись лицом к промокшей рубашке. Наконец, он заговорил, медленно, с трудом вынимая из себя нужные слова.

– Я тебя ни в чем не виню. Ты тоже… не думай, что я хуже, чем я есть. Но я должен вернуть тебя домой. Оставлять тебя здесь безответственно.

Я хотела было запротестовать, но из моего рта вырвался только горестный вздох.

– Я во всем виноват – притащил тебя сюда, ничего не объяснил, а сам не видел дальше своего носа. Вел себя как последний мерзавец… Я не знал, что делать – у меня не было других учителей, кроме Тина. А ты из другого мира, я не должен был ничего от тебя ожидать. Я сделаю, что обещал, но и ты не жди от меня большего.

Я отстранилась, и он поспешил убрать руки.

– Хорошо.

Я вытерла лицо, а Джей кивнул и поспешил скрыться в библиотеке.

С того дня мы стали еще больше избегать друг друга. Джей теперь сам выходил в город, и через ослабевшую связь я все же чувствовала, как он рад оказаться вне стен дома. Теперь я знала, как он любит город на Чернильной реке и как тяжело ему было запереть себя в доме. Робин объяснил, что любая вспышка магии, а то и просто короткий разговор с прохожим могли спровоцировать драконий коготь. К тому же, хоть Джей и знал городские улицы, но за тринадцать лет многое изменилось – а чем меньше дракон знал, тем больше ему времени понадобилось бы, чтобы сориентироваться. А для Робина каждая секунда была бы на вес золота.

Когда Джей оставался дома, я убегала в город и бродила вдоль реки, бесцельно блуждала по кривым улочкам старого города, подолгу сидела у фонтанчиков в тени деревьев. Я даже сунулась в Дом всех богов в поисках утешения. Внутри было уныло, несмотря на необычную красоту этого места – солнце проникало в темный зал сквозь цветные стеклышки, образуя множество радужных световых столбов, в которых плясали пылинки. Стояла тишина, разбавленная шепотом молитв и шорохом одежды. Немногочисленные прихожане старались держать дистанцию, садились кто на пол, кто на скамейки и тихо говорили каждый со своим богом. В центре высилась колонна, покрытая маленькими мозаичными изображениями людей, птиц, зверей, среди которых затесались и солнце, сурово сдвинувшее брови, и два антропоморфных тигра с переплетенными хвостами, и еще много странных существ.

Люди кидали на меня любопытные взгляды, и я поспешила покинуть Дом всех богов – здесь все равно не было того, что я искала. Я продолжала свои прогулки, чувствуя себя очень странно. У меня внутри как будто был комок ваты. Синтетической, скрипящей и никак не впитывающей кислоту, которая разлилась в груди. Раньше кислота хранилась в стеклянном сосуде и иногда выплескивалась и жгла, если неправильно держать его. А теперь я споткнулась и выронила сосуд, кислота разлилась, и в сердце впились осколки.