Яна Мелевич – Опасных дел чаровница (страница 18)
– Умом тронулся?
– Нет.
– Маркус, ты же не серьезно.
– Почему?
Он и правда не понимал, почему кузен так разволновался. Несмотря ни на что, мисс Обернат все еще женщина, к тому же аристократка и родственница графини. В меру раздражающая и не в меру забавная.
Нет, она, конечно, та еще головная боль, но приятная и на ощупь, и внешне. А деньги… С деньгами ему поможет Линден или отправится следом за остальными управляющими, теми, кого Маркус случайно проклял. И пока любитель приложиться к бутылке не покажет свою состоятельность, он не собирался защищать его от таинственного убийцы.
Если таковой вообще существовал.
– Это так не работает, – развел руками в стороны Уильям. – Нельзя просто взять и свободно жениться, имея герцогский титул.
– Он ничего не стоит без денег.
Толпа взревела, казнь закончилась.
– Маркус, ты не понимаешь…
– Нет, – он мотнул головой, и кузен со стоном закатил глаза. – Мне нравится мисс Обернат. И я всегда получаю то, что меня интересует. Либо твой двор, полный снобов и идиотов, мирится с моим выбором, либо так и сдохнет в недовольстве. Ни один из кучки этих доморощенных дворняжек не протянул руку помощи Бенедикту, когда тот в ней нуждался. Вот и пусть засунут свое мнение в задницу епископа, когда в очередное воскресенье пойдут отмаливать грехи в церкви.
– Твоему брату не помогли бы даже лучшие лекари Урарты. Он пил все, что плохо закрыто пробкой, – печально протянул Уильям.
– Ты тоже пьешь всякую дрянь, но на тот свет пока не отправился.
– Моя благородная миссия состоит в наставлении и спасении тебя от безумных поступков. Например, женитьбе на нищей девице с сомнительным происхождением. Подумай, что скажет леди Друзилла.
– Первым делом она поставит свечку за здоровье моей будущей супруги.
– Ой, все.
Карету тряхнуло, и мужчины повернули головы. Благодаря удачно выбранному месту стоянки никто из галдящей массы не видел, как в салон затолкали человека. Едва дверца с правой стороны захлопнулась, Тень сорвал с головы их нового пассажира плотный мешок.
– Браслет, – Уильям протянул помощнику Маркуса заранее заготовленное украшение, чтобы тот защелкнул его на запястье ошарашенного мужчины. – Добро пожаловать в Дэрилию, мистер! Прошу прощения за весь этот спектакль. У нас в стране очень суровые законы насчет заблудших… людей. А мне, знаете ли, не с руки потом оправдываться перед праотцом за такое количество бессмысленных казней.
Маркус закатил глаза и скрестил руки на груди.
– Его величество тебя убьет, – предупредил кузена, но тот только пожал плечами.
– От парочки спасенных попаданцев наш мир не треснет на части.
– Сомнительно.
– Уйди и не мешай мне наслаждаться подвигом. Лучше придумай аргументы, которые приведешь моему папеньке, когда он узнает про твое желание связать себя узами брака с мисс Обернат. В конце концов, герцоги в нашей стране на дороге не валяются.
– Герцог? Его величество? – спасенный подал наконец голос и прекратил сжиматься от любого звука. – Где я вообще?! Что за дурдом здесь творится?! Выпустите меня немедленно! – заорал и кинулся к дверце, но Тень ловко перехватил его и не позволил выскочить наружу.
Маркус вновь перевел взгляд на озадаченного кузена и с удовольствием протянул:
– А я говорил. Слышишь? Говорил.
– Лучше купи себе томик изящной словесности для общения с дамами! – прошипел в ответ обиженный Уильям.
Глава 21. Мы все умрем
Из газетных заметок Брайтон Таймс
К моменту моего возвращения баронесса Фонтик стала спокойной, как крейсер «Аврора», покачивающийся на волнах Невы. Она больше не обмахивалась платочком, не требовала принести ей нюхательную соль, не умирала в ближайшем кресле.
О нет! Подруга леди Инес деловито расхаживала по той же розовой гостиной и хмурила рыжие брови.
– Значит, Питер сейчас в отъезде, – протянула она и покосилась на замершую в пороге меня. – Давно?
– Почти год с момента появления Полины в доме, – откликнулась моя покровительница.
Я бочком пробралась к любимой софе. Мне тут же вручили новую вазочку с пряниками и поставили передо мной чашку с ароматным чаем. Судя по запаху, кто-то из слуг налил туда горячительного.
– Целый год…
– Да.
– Инес, что ты сделаешь, когда он приедет? Не будет же Питер вечность раскапывать своих драконов? А если кто-то узнает? Или слуги проговорятся? Ты понимаешь, как рискуешь? Дом, репутация, жизнь – у тебя отберут все! И хорошо, если потом не казнят.
Дрожащей рукой я поднесла чашку к губам и сделала щедрый глоток, после чего поморщилась.
Соотношение слуги явно выбирали исходя из сложившейся ситуации: примерно двадцать процентов чая и восемьдесят – горячительного. Во всяком случае, мой разум тут же поплыл, а настроение немного подскочило вверх. Пришлось отставить «лекарственный напиток» в сторону и вернуться к пряникам.
– Успокойся, дорогая. Я не в первый раз имею дело с попаданцами. Как только суматоха уляжется, мы поможем Полине устроиться. Графство моего покойного мужа идеально подойдет: там много маленьких деревень и городков, где легко затеряться. Мы подыщем нашей девочке хорошую работу в милом доме у приятной супружеской пары.
– Инес, – баронесса Фонтик остановилась, затем посмотрела сначала на меня, потом на подругу, – это безумный план.
– Другого у нас нет.
Я молчала, пока дамы сверлили друг друга взглядами.
Тот факт, что баронесса Фонтик с криками не побежала к жандармам, – невероятная удача. О причинах ее спокойного отношения к попаданцам и моим переодеваниям я старалась не думать. Любой другой на ее месте сдал бы меня с потрохами, несмотря на многолетнее общение с леди Инес. Так работала система.
А люди, как известно, не любят, когда она ломается.
Вздохнув, я невольно потерла пальцы друг о друга. Кожа до сих пор горела от прикосновения к шраму герцога Веллингтона, а в ушах гремело его извинение. Такой человек и попросил прощения у дамы не самого благородного происхождения.
Немыслимо! Ни один известный мне аристократ его бы не понял. В этой стране мужчины либо никогда не извинялись перед дамами, либо извинялись по особым случаям. Неудачный комплимент к таким явно не относился.
Его поведение сбивало с толку, поэтому я засунула подальше все размышления подобного рода. Иначе докатилась бы до мысли, что герцог Веллингтон – приятный человек, что явно не так. И лучше бы держаться от него подальше.
По возможности.
На всякий случай.
– Герцог ничего не должен заподозрить.
Я очнулась и удивленно распахнула глаза, после чего не удержалась от вопроса:
– А он подозревает?
Баронесса Фонтик посмотрела на меня с жалостью. Как мать, которая уже час пытается вразумить глупое дитя, а то все не дается. Даже страшно от ее заботы, если честно. Не женщина, а овчарка в платье из муслина.
– Прюденс, – она закатила глаза и рухнула на софу подле меня, – мужчины хоть и наивны местами, но у них все в порядке со складыванием фактов воедино. Когда нужно, они отключают эмоции, в отличие от дам, и начинают анализировать проблему. Понимаешь?
– Не совсем.
– Вера в собственную исключительность слепит мужчин, но не превращает в круглых дураков. Они прекрасно разбираются и в интригах, и в тайнах. Иной раз лучше, чем любая женщина, которая на этом добилась высот.
Заметив, что до меня по-прежнему не доходит, баронесса Фонтик тяжело вздохнула.
– Тебе придется поддерживать легенду до тех пор, пока герцог не перестанет нуждаться в услугах Питера. Ты должна появляться в качестве племянника и протеже леди Инес на любых вечерах, чтобы никто ничего не заподозрил.
На сей раз я не удержалась от вскрика:
– Но это невозможно! Нельзя быть в двух местах одновременно!