Яна Лоск – Железная птица и драконий трон (страница 9)
Письмо императору уходит через три дня.
Генерал Ли Му пишет его долго, тщательно подбирая слова. Он не просит - он предлагает. Союз между троном и домом Ли. Помолвка наследника с дочерью генерала, которая будет завершена, когда девочке исполнится шестнадцать.
Ответ приходит через месяц. Император, уставший от интриг императрицы Ким, видит в этом предложении шанс усилить позиции Вона - и, соответственно, ослабить влияние жены. Он соглашается.
Когда я узнаю об этом, я ищу Со Ён. Она на тренировочном дворе, отрабатывает удары ногами.
- Он согласился, - говорю я. - Ты будешь моей невестой.
Она опускает ногу, поворачивается ко мне.
- Ты рад? - спрашивает она.
- Да.
- Я боюсь, - тихо говорит она.
- Чего?
- Того, что ты меня разлюбишь. Или я тебя. Или что нас убьют раньше, чем мы успеем понять, что такое любовь.
Я подхожу, беру её за плечи.
- Тогда сделаем так, чтобы никто из нас не успел ошибиться.
Она смотрит на меня долгим взглядом. Потом кивает.
- Договорились.
***
В ту ночь я долго не сплю.
Я лежу на циновке, смотрю в потолок и думаю о ней. О её глазах, в которых живёт древняя мудрость. О её руках, которые сильнее, чем кажутся. О её словах: «Я не умею любить».
Я тоже не умею. Меня не учили. Мать умерла, когда я был маленьким. Отец отдалился. Императрица Ким научила меня только ненавидеть.
Но, может быть, вместе мы научимся.
Я закрываю глаза и представляю наше будущее. Не то, которое распланировали советники - с церемониями и ритуалами. А другое. Где мы стоим на стене дворца, смотрим на закат, и я держу её за руку.
Это глупо. Я принц, наследник трона. Я не должен мечтать о таких простых вещах. Я должен думать о власти, о войне, о том, как свергнуть императрицу Ким.
Но сегодня - только сегодня - я позволяю себе помечтать.
О ней. О нас. О том, что, возможно, всё будет хорошо.
За окном ухает сова. Где-то далеко лает собака.
Я засыпаю с улыбкой на губах - впервые за много лет.
***
На следующее утро я просыпаюсь затемно и бегу на тренировку.
Со Ён уже там. Она стоит в центре двора, закрыв глаза, и дышит.
- Ты рано, - говорит она, не открывая глаз.
- Я хочу стать сильнее, - отвечаю я. - Ради тебя. Ради нас.
Она открывает глаза, смотрит на меня.
- Тогда не останавливайся, - говорит она. - Никогда.
Я киваю.
И начинаю бежать.
Пятнадцать кругов вокруг крепости. Потом удары. Потом растяжка.
Потом - новый день. Новая жизнь. Новая надежда.
Я ненавижу свою жизнь - ту, в которой меня сослали, унизили, отняли мать. Но эту жизнь - ту, где есть Со Ён - я, кажется, начинаю любить.
Глава 1.3. Первый договор
После того дня, когда я бросила Канa на землю, всё изменилось.
Принц Вон больше не смотрел на меня как на мебель. Он наблюдал. Изучал. Подмечал. Я чувствовала его взгляд на себе постоянно - на тренировках, за едой, даже когда просто шла через двор. Сначала это раздражало. Я привыкла быть незаметной, сливаться с тенью, не привлекать внимания. Но Вон смотрел так, будто пытался прочитать что-то, написанное у меня на лбу.
«Что ты такое?» - спрашивали его глаза.
Я не отвечала. Не могла. Не хотела.
Но он не отступал.
***
Первые недели я избегала его.
Не потому, что боялась. Я вообще мало чего боялась после того, как умерла в больничной палате. Просто он был... неудобным. Слишком близким. Слишком настойчивым. Каждый раз, когда я оказывалась с ним рядом, во мне просыпалось что-то, чего я не понимала.
Тепло в груди. Лёгкое головокружение. Желание улыбнуться - просто так, без причины.
Я не хотела этого. Я пришла в этот мир не для того, чтобы влюбляться. Я пришла сражаться. Выживать. Мстить. Всё остальное было лишним, опасным, ненужным.
Но Вон, кажется, не собирался спрашивать моего разрешения.
***
Однажды я увидела, как он сидит на крыше склада и смотрит на звёзды.
Было поздно - далеко за полночь. Я не спала, как обычно. Сны из прошлой жизни часто мучили меня по ночам: белые стены больницы, капельницы, запах лекарств. Я выходила на воздух, чтобы проветрить голову, и наткнулась на него.
- Ты тоже не спишь? - спросила я, останавливаясь у лестницы.
- А ты всегда задаёшь глупые вопросы? - Он повернул голову, и в лунном свете его лицо казалось бледным, почти прозрачным. - Иди сюда. Места много.
Я колебалась секунду. Потом полезла наверх.
Крыша была холодной, доски скользкими от ночной росы. Я села на некотором расстоянии от него, обхватив колени руками.
- Что ты здесь делаешь? - спросила я.
- Дышу, - ответил он. - Во дворце я задыхался. Здесь, по крайней мере, есть воздух.
- Во дворце тоже есть воздух.
- Не такой. Там он пахнет ложью.
Я промолчала. Я знала, о чём он говорит. Я чувствовала ложь - может быть, потому что сама была живой ложью, спрятанной в детском теле.
- Расскажи мне о своём мире, - попросил он.
- Каком мире?
- О том, из снов.