Яна Лари – Попалась! или Замуж за хулигана (страница 30)
— Так ведь зима, под платье поддувает, — на ходу сочиняет она. Ага, прямо гений отмазок. — Отвернись. Мне нужно переодеться.
Держи карман шире. Может, я такое сочетание скромности и вопиющей придури впервые в жизни вижу. Морально лишаюсь девственности, можно сказать.
— На вот накинь, — рявкаю, снимая с себя рубашку.
Моя восхитительная мерзавка мажет по протянутой вещи гневным взглядом, но послушно ныряет руками в рукава и даже частично застёгивает пуговицы, прежде чем уставиться на меня дикими глазами.
— А брюки зачем, Амиль? Брюки не надо.
— А брюки за компанию, — мстительно переступаю через штанину и предстаю пред супругой почти в чём мать родила, потому что ткань боксеров от натяжения уже давно ничего не скрывает. — Мы же теперь семья. Значит, должны быть на равных.
Гадать, завизжит она или свалит, приходится недолго. Супруга снова меня удивляет, хватает с кучи подарков белую тряпку и кидает мне в лицо. В принципе логично. Шуметь воспитанная Аля не станет, а бежать к моему громадному удовольствию некуда.
— На вот накинь, — передразнивает запальчиво.
— «Королева кухни», — возмущённо зачитываю надпись на фартуке. — Я это не надену. Лучше ты снимай назад рубашку.
— А вот это видел? — Она хватается за торчащую из пакета деревянную ручку и выуживает дизайнерскую скалку с угрожающей надписью: «Семейное счастье». — Не беси меня, Ахметов. И вообще, ты хочешь быть прав или счастлив?
— Мало ли чего я хочу, — огрызаюсь, напяливая позорную тряпку. — Ну-ка, кто это такой умный мне свинью подложил? — бормочу, разглядывая подпись на пакете.
Макс и Марьям, кто ж ещё! Ну, конечно. Мой чокнутый шурин не мог не отличиться. Хотя…
— Да тут у нас целый комплект! — с торжествующим гиканьем достаю оранжевую каску и нахлобучиваю себе на голову. — Теперь мы оба в головных уборах. Ха-ха… — Закатываю глаза. — Киса, тут такого добра полная коробка. Может, продолжим завтра?
— Я больше не Кисова, утром сменила фамилию, — хрипло поправляет Аля. И почему-то краснеет.
— Повезло тебе с мужем, — усмехаюсь, поняв, что смутил её красноречивый бугор под фартуком чуть ниже моего, надеюсь, временного титула. — Хочешь проверить?
С надеждой подаюсь вперёд, но болезненно сглатываю, когда мне в кадык упирается проклятущая скалка.
Эх, зря я не «потерял» эту коробку где-нибудь по дороге.
— Знаешь что, красавчик в чепчике? Мне не принципиально бить по башке. Понял?
Я моргаю, давая понять, что да.
— И давно ты считаешь меня красавчиком? — иду в наступление, едва она убирает орудие пыток.
Аля с плохо сыгранным энтузиазмом принимается выуживать очередной пакет.
— С самого начала. Я же не слепая. А вот ты почему так внезапно прозрел? Когда нам вдруг стало по пути?
Настаёт мой черёд с преувеличенным вниманием заглядывать в коробку.
Потому что — не стало…
Она всё та же умница, а я не самый законопослушный парень. Но думать об этом сейчас смерти подобно.
— Копилка — огонь, — цепляюсь за возможность сменить тему разговора. Вещица и правда необычная. Прозрачный корпус поделен на две части: для жены и для мужа. По задумке деньги, куда их не опусти, должны попадать только на женскую сторону. — Дай угадаю, сестра подарила?
— Она, — вздыхает Аля, показывая карточку с именем.
— Бесполезная штука. Я для тебя без копилки последние трусы сниму.
— Тебе только дай повод.
Её многозначительная легкая полуулыбка прозрачно поясняет, куда конкретно мне стоит засунуть своё добро вместе с таким предложением…
— Ладно, с поцелуем вчера погорячился, — неохотно признаю свой косяк. Уж с нелегким характером и упрямством супруги придётся считаться. — И все равно, не вижу повода дуться. Тебе же понравилось.
— Нет.
— Н-да? — С иронией выгибаю бровь.
— Ого, это что такое тяжелое? От Игоря, — зачитывает Аля, съезжая с темы.
С психом отодвигаю её в сторону и вытягиваю из коробки увесистый мешочек с надписью «пуд соли».
— Годовой запас. — Усмехнувшись, качаю головой. — Я так понимаю, чтобы жизнь мёдом не казалась.
— Вот когда его прикончим, тогда можно будет решать, как далеко зайдут наши отношения.
Украдкой окидываю Алю раздевающим взглядом. Засматриваюсь на опущенные подрагивающие ресницы и приоткрытые губы. Ах, какие это сладкие губы!.. Даже мысли не хочу допускать, что она обламывает меня всерьёз, а не из вредности. Аля и год воздержания. Пять минут воздержания и Аля. Вот как с этим прикажете мириться? Как устоять?
Невольно провожу пальцами по шелковистой коже девичьей шеи.
Моя жена. Даже не собирался и на тебе — жена! То ли подарок судьбы, то ли наказание…
Аля вздрагивает и незамедлительно поправляет воротник рубашки. Сердце бахает где-то у горла, разливая по венам концентрат слабоумия. А я, наивный, верил, что оставил эти вспышки гормонов в далёком пубертате. Ну или просто рядом с ней вновь становлюсь несдержанным подростком.
— А где твоя крыса? — шепчет она ни с того, ни с сего, отстраняясь так неожиданно, что я едва не теряю равновесие.
Смотрелось бы не очень. Не стоит при первой проверке нервов на прочность, съезжать под каблук своей ненаглядной. Пусть женщины это всячески поощряют, но уважают-то в итоге равенство.
— Кто? — переспрашиваю отрешённо, вдруг потеряв нить разговора, потому что снова позволил себе увлечься попытками её прочитать.
Если есть хоть сотая вероятности, что Аля не против большей настойчивости, я обязан об этом знать. Но тут велик риск принять желаемое за действительность и снова передавить, особенно когда ведёт так конкретно.
— Я спрашиваю, где на этот раз затаилась твоя диверсантка хвостатая? Не хочу остаться заикой, если она вдруг свалится мне на голову.
— Чили в клетке. Вы обе в полной безопасности, так сказать. Учти, если позволишь ей свободно шастать по квартире, то она «заглянет» своим любопытным носом во все укромные уголки, а все заинтересовавшие её предметы попробует на зуб. Поэтому, сразу привыкай прятать в ящик зарядные устройства. И да, не оставляй свои вещи рядом с клеткой.
На губах Али появляется лёгкая по-детски милая улыбка, всего на долю секунды, а потом острые зубки прихватывают припухшую от наших далеко недетских поцелуев кожу, и этот мимолётный коктейль контрастов бьёт в переносицу боксёрским ударом.
В горле пересыхает, а в голове стремятся растаять последние зачатки интеллекта, уносясь в совсем уж развратные дали. Я медленно и глубоко вдыхаю, прижимая Алю спиной к своей груди. Плавно опускаю руки на округлые бёдра, сжимаю несильно, но продолжительно, выжидая реакцию.
На этот раз Аля стоит как вкопанная, напряжённая, но уже не шарахается. Какой никакой прогресс.
Осмелев, то поглаживаю впалый живот, то поднимаю ладони выше, то возвращаюсь пальцами к бедрам, постепенно усиливая нажим. Понемногу знакомлю её с той ураганной силой, что рвёт мне крышу уже не первый день.
Наше дыхание сбивается. Зрение начинает плыть, уступая осязанию. И такой это кайф… Такой бешеный адреналин от вероятности её спугнуть. Каждая миллисекунда согласия, каждый покорённый миллиметр тела приближает нас либо к неловкости, либо…
Полуосознанно делаю пробный шаг в сторону кровати. Аля не сразу, но цепенеет.
Ясно. Поторопился. Нас незамедлительно откидывает к исходному.
— Принеси крысу, — просит она хрипло. — В прошлый раз ты нас так и не познакомил.
— Постарайся не кричать и не делать резких движений, — прошу, отгоняя в сторону неповоротливые и какие-то пьяные мысли.
Аля просто молча кивает, прикипев взглядом к полу.
Иду на лоджию, слегка пошатываясь и совсем даже не слегка нуждаясь в холодном душе, а в голове ещё звучит эхо её тихого вздоха, который радует и злит одновременно. Позволила минутку себя пообнимать и я уже уплыл за горизонт. Молодец.
Прежде чем забрать заметавшуюся по клетке любимицу, пару секунд остываю. Позволяю Чили самой вскарабкаться по руке на плечо.
— Ну что, красавица, соскучилась по мне? Помнишь Алю? Она теперь тоже твоя хозяйка. Прошу любить и не жаловаться, — говорю одновременно обеим своим девочкам. Шею невыносимо щекочут упругие усищи. — А кто тут у нас бесится? Кто учуял на мне чужой запах? Ахметова, а ты так умеешь?
— Не советую проверять.
Аля скромно сидит на краю кровати, прямая как струна, и особого желания дотрагиваться до Чили не выказывает. Я не собираюсь настаивать. Цель в любом случае достигнута — обстановка разрядилась, насколько это в принципе возможно.
— Она тебе понравится, — произношу с уверенностью, ну и, потому что вдруг чувствую, что мне важно, чтобы Аля постепенно прониклась моими слабостями. Никогда такой потребности не было и это несколько напрягает, ведь я точно знаю, что некоторые мои интересы правильная Аля воспримет в штыки.
Долго загоняться на этой теме не получается. Знакомство у девочек благодаря любознательности Чили проходит активно.
— В душ? — спрашиваю, забирая норовящую вскарабкаться по девичьей руке непоседу. Всему своё время.