Яна Лари – Их (не)порочный ангел (страница 10)

— Знаю…

Имел уже возможность убедиться. Вероника если ныряет в омут, то с головой. Эгоистично. Без оглядки. С концами. Урок она, мне кажется, усвоила. Но дело ведь даже не в ней, а в нас.

— Ром, я люблю тебя, — перебивает она. С отчаяньем заглядывает мне в глаза, не позволяя и слова вставить. — Если этого когда-нибудь станет мало, вычеркнуть меня так просто не мечтай.

Ну, зашибись.

Сегодня, сука, просто день откровений.

Первое желание: закрыть ей рот ладонью и не отнимать руку пока не даст мне высказаться. Но именно в этот момент Нику перебивает звонок моего телефона.

Вовремя, чтоб его. Моим закипающим мозгам необходима перезагрузка.

Я возвращаюсь в спальню, заторможено смотрю на дисплей. Удивление закручивает в сознании безумные вихри предположений. Не в характере Кати названивать так поздно. Тем более с учётом последних событий.

— Рома, прошу тебя…

У Кати рвётся голос, без того смазанный рёвом моторов. У меня рвутся натянутые до предела нервы.

— Что случилось?

— Ро-о-ома! Ромочка… Он же сейчас убьётся! Приезжай, пожалуйста.

— Где вы?

— Заброшенная школа.

Чёрт…

— Отвлеки его.

— Но как?! Он меня не слушает!

— Не знаю. Придумай что-нибудь, ты справишься, — рублю коротко, пока её окончательно не накрыла истерика.

Как жопой чувствовал, нельзя их оставлять без присмотра. Брата сам чёрт с вилами не удержит, куда там Кате с её кротким характером.

В темнеющем небе над клёнами догорает багровый закат. Если бы не шумная компания, решившая скоротать пятничный вечер на окраине города, я бы сейчас спокойно наблюдала, как зажигаются звёзды. Но шило в заднице Макса не оставляет простора для лирики.

Это первый раз, когда он предложил мне развеяться вместе. Отказать сводному брату, проехавшему сотню километров, только чтобы провести вдвоём выходные, не представлялось возможным. Он как умеет пытается меня поддержать.

Поначалу всё шло очень даже неплохо. Летние сумерки, музыка, заразительный смех. Я даже успела шепнуть ему «спасибо», где-то между поползновениями знойной брюнетки в сторону его ширинки и полушуткой Макса про то, что он, увы, остепенился.

Потом кто-то достал из багажника ящик энергетиков. И понеслось.

По рукам разошлись пластиковые стаканчики. Энергетик щедро разбавила водка. Всеобщее веселье перешло в колышущийся хаос пьющих, дымящих, целующихся. Разумеется, Максу, который за пару часов уже влил в себя — мама не горюй, захотелось драйва. Ну а кому другому могло прийти в голову устроить мото-паркур по зданию заброшенной школы?

Эта затея вгоняет меня в ужас.

— Макс, не надо. Пожалуйста… — Пальцев не чувствую, так отчаянно сжимаю его футболку. — Пожалуйста!

Он тараном идёт к мотоциклу, заставляя меня пятиться.

— Не паникуй, Катюша. Заезд до спортзала и обратно я покорил ещё школьником.

— Спортзал на третьем этаже!

— И?

Холодею, не уловив в беспечном тоне даже крупицы сомнений.

— Ты еле на ногах стоишь!

— Так, родная, стоп. — Он упирается лбом в мой лоб. Давит так, что ещё чуть-чуть и шишка появится. — Хватит мрак нагонять. Я же буду не пешком, а на колёсах.

От Макса слишком сильно разит спиртным. Ещё больше — предвкушением.

— Что я должна сделать, чтобы ты передумал, Макс?

Вырубить — читаю по его полубезумной усмешке.

Теперь я, кажется, начинаю понимать, почему у него отбоя от девушек нет, но ни с одной не доходит до отношений. Он одновременно притягателен и пугает до чёртиков. Примерно как хищник за прутьями клетки: хочется погладить, да не знаешь, чего ждать.

— Я туда поеду. Просто смирись.

Короткий поцелуй в кончик носа, очевидно, призван подсластить пилюлю. Только я не пила и пока в состоянии адекватно оценить мизерные шансы на то, что он не расшибётся, навернувшись на своей тяжеленной махине с какой-нибудь особо крутой лестницы. Но взывать к его разуму бессмысленно.

— Макс, почему ты такой придурок? — Пару секунд неотрывно смотрю в его глаза, пытаясь обнаружить хоть крупицу раздумья. — Я здесь свихнусь от страха. Неужели моя просьба для тебя пустой звук?

Макс вдруг начинает громко хохотать.

— Ну Рома!.. Прошаренный, глазастый чёрт…

Вздыхаю, отчаявшись найти в потоке его пьяного сознания логику.

— При чём здесь Рома?

— Неважно. — Слегка покачиваясь, он стискивает меня в медвежьих объятьях. — Молодец, Катюша!.. Совсем большой девочкой стала. Верёвки с пацанов вить учишься. Скоро зубки отрастишь, да?

— Это значит, что ты передумал? — уточняю с надеждой.

Макс хитро прищуривает правый глаз.

— Это значит, что я сначала объеду первый этаж. И ты убедишься, что бояться нечего.

Вот же дубина стоеросовая!

В каком-то предобморочном состоянии смотрю, как он заводит мотор. Адский рёв из глушителя вызывает желание помолиться, но заученные строчки напрочь забываются с резким рывком мотоцикла к высокому порогу.

Переднее колесо почти сразу теряет сцепление со ступенькой. Время замедляется, смазываются звуки. Макс каким-то чудом укрощает начавшую заваливаться набок махину. Чёрный хром зловеще бликует синевой во вспышках снимающих это восхождение мобильников. Наконец, полыхнув алым, задние фары мотоцикла скрываются в проёме главного входа.

Я отворачиваюсь. Не могу это выдержать. Не хочу это видеть.

Торопливо набираю номер Ромы, стараясь не думать, как буду смотреть ему в глаза после того поцелуя. Сейчас не до этого. Мне сильно не по себе то ли от страха, то ли от того, что навязываюсь снова, поэтому телефонный разговор проходит мимо моего сознания. В голове задерживается только короткая команда — отвлечь.

Боже, да как я его отвлеку?!

Под колёса брошусь?

Рёв мотора приближается, переходит на утробное урчание: мотоцикл возвращается к месту старта. Я проталкиваюсь через собравшуюся внизу порога молодёжь. Апеллировать к его совести бесполезно, остаётся пригрозить чем-то. Но Максу нельзя ставить ультиматумы, вообще нельзя. Что делать-то, чёрт побери. Что делать?!

— Макс!

Так шумно, что он даже без шлема вряд ли меня услышит. Дёргаю его за рукав куртки и жестом показываю — нужно поговорить.

Вокруг собралось слишком много любопытных глаз и ушей. От неловкости начинает печь щёки.

Макс с неохотой снимает шлем, поворачивается… Смотрит жёстко, грозя испепелить меня взглядом. А я понимаю, что стесняюсь огласить свой экспромт при всех. Шаркаю ножкой, расшатывая и без того хлипкие остовы его терпения. Неловкость давит тяжестью грозовой тучи, и моё промедление только подогревает всеобщий интерес.

Тяжело вздохнув, склоняюсь к его уху.

На такие темы я с братьями ещё не говорила…

Эх, была не была.

Глава 7

Сжав губы в полоску и с трудом подавив смущение, отрывисто дышу Максу в ухо, приготовившись вызывающе и отчаянно врать. По правде, я не имею ни малейшего желания разговаривать с ним. Во-первых, меня душит обида за испорченный вечер, а во-вторых, с момента звонка его брату внутри поселилась предательская дрожь. Единственное, чего мне сейчас действительно хочется — это накрыться с головой одеялом и знать, что утром всё будет хорошо. Ну ещё не впасть в ступор, когда явится Рома, на чьи губы я так неосмотрительно покусилась.