Яна Ланская – Она Моя. Арабская невеста (страница 8)
Трэвис, дремавший в своей лежанке, подскакивает и смотрит на меня с недоумением. Но хвостом уже виляет, слово «бабушка» он знает. Там разнообразно кормят.
Я ношусь по квартире как угорелая: миски, поводок, любимая резиновая курица-пищалка, которую мама терпеть не может. Лежанка. Засовываю всё в огромный бумажный пакет, хватаю Трэвиса на руки, вызываю такси и лечу к маме.
Мама открывает дверь в шёлковом халате и в бигудях.
— Томуль? — удивляется она. — А чего без звонка? Что случилось?
— Мамуль, я улетаю рано утром, — выпаливаю я, вручая ей в руки пса вместе с пакетом. — Трэвиса тебе привезла.
— Куда? — глаза у мамы становятся круглыми.
— На шоппинг, — вру я на ходу. — В Дубай.
— А к чему такая срочность? — не унимается она.
— Похудела! — Я показываю на свои свободно сидящие брюки. — Носить нечего. Сарина летит, и я с ней.
Мама смотрит на меня с прищуром. Кажется, не верит. Но спорить не лезет.
— Ладно, — вздыхает она, прижимая к себе довольно повизгивающего Трэвиса. — Лети. Но чтоб каждый день звонила!
— Каждый день! — кричу я уже из лифта.
— И я пришлю список того, что мне нужно, — кидает вдогонку.
Двери закрываются, и я прижимаюсь спиной к холодной стене.
Девять часов. Через девять часов я увижу его.
И мне срочно нужно найти хоть что-то, в чём не стыдно будет предстать перед арабами.
Вылетаю из маминого подъезда и сразу набираю приятельницу, дагестанку Илону. У неё свой бутик-ателье со скромной одеждой. Если кто и спасёт меня поздним вечером, то только она.
— Илончик! — ору я в трубку, путаясь в словах от скорости. — Хорошая моя! Выручай! Я лечу в Саудовскую Аравию. Мне нужны аутфиты. Срочно!
— Томачка! — её голос, как тёплый мёд. — Привет, моя радость! Ой, я отшила недавно новую коллекцию! Пришлю тебе на днях, скинь свой адрес, милая.
— Илончик, — перебиваю её, — я вылетаю в шесть утра. Мне надо прямо сейчас!
Она смеётся.
— Томачка, милая, у меня магазин закрывается через полчаса.
— Илон, адрес! — умоляю я.
— Кутузовский, 43. — В её голосе уже улыбка.
— Супер! Я недалеко! — я почти прыгаю от радости. — Пожалуйста, попроси своих девочек подождать меня. Я буду в течение получаса.
— Ну как я могу тебе отказать? — мурлыкает она в своей кавказской манере. — Тебя будут ждать.
Прошу таксиста ускориться, и уже через двадцать минут машина тормозит у нужного дома.
Влетаю в магазин запыхавшаяся, растрёпанная, но счастливая.
Девочки-консультанты уже ждут с охапками вещей.
— Тамара? — уточняет одна из них. — Добрый вечер! Илона нас предупредила, мы кое-что уже отобрали. Смотрите, вот наша новая коллекция. Можно не мерить, всё единого размера.
Они разворачивают передо мной шифоновые и шёлковые платья — струящиеся, невесомые, с длинными рукавами и закрытым воротом. А сверху — точно такие же накидки. Сразу обращаю внимание на детали. Где-то деликатная расшивка, где-то нарядная канва, но всё минималистично и даже стильно. Швы аккуратные. Щупаю ткань, можно было бы и лучше, но сейчас выбора нет.
— Беру! — выдыхаю я. — Всё беру! А платки есть? В тон?
— Они в комплекте идут, — поясняет девушка.
— Идеально! А вы мне не подскажете, где ещё можно приобрести что-то подобное?
— Подскажем, конечно. — Улыбается мне вторая девушка, пока первая пробивает мне покупки. — У Razario есть коллекция «Рамадан». В ЦУМе должна быть.
— Спасибо! Вы мои феи!
Расплачиваюсь картой, хватаю огромные пакеты и вылетаю на улицу. Час до закрытия ЦУМа. Успеваю.
Влетаю в ЦУМ как ураган. Консультанты на входе шарахаются.
— Лечу в Саудовскую Аравию, — выпаливаю я первой попавшейся девушке, — Мне нужен Razario, коллекция «Рамадан» и всё в этом духе. Мерить не буду!
Три консультанта срываются с мест. За пять минут до закрытия я стою у кассы, и они пробивают одну вещь за другой и упаковывают ворох вещей.
Счастливая и удовлетворённая сажусь в такси и чувствую, что начинаю вырубаться, как только голова касается подголовника.
Просыпаюсь от того, что таксист осторожно трогает меня за плечо и из открытой двери меня обдаёт холодом.
— Приехали, девушка, — вкрадчиво говорит он.
Вылезаю из машины, нагруженная пакетами, как мул. Еле доползаю до лифта, затаскиваю всё в квартиру, сваливаю горой в прихожей.
Телефон пиликает.
Mr. Asad: «Чем занимается моя детка?»
Улыбка до ушей.
Я: «Готовится к пустыне. Но сейчас лягу спать».
Смотрю на себя в зеркало в прихожей и ужасаюсь. Синяки под глазами такие, будто я не шесть недель, а год не спала. Мешки, морщины, кожа серая. Действительно немолодая женщина. Он испугается и улетит обратно…
Надо спать. Реально спать. Шесть недель нормального сна не было. Дремала урывками, читала целыми днями, переосмысляла. Переживала. Следила за новостями из Палестины и Йемена.
Ставлю будильник на четыре утра. Падаю на кровать и вырубаюсь.
Просыпаюсь за пять минут до будильника.
Бодрая. Счастливая. Впервые за шесть недель так беззаботно спала. Ни снов, ни кошмаров, ни постоянных пробуждений, просто провал и тишина.
Вскакиваю, бегу в ванну. Быстро принимаю душ, мою голову, наношу на лицо маску, клею патчи под глаза. Заматываю волосы в тюрбан и бегу собирать чемодан.
Аккуратно укладываю новые шелка и подбираю к своим образам обувь и сумочки.
Проверяю телефон и замираю.
Mr. Asad: 1 новое сообщение.
Открываю с улыбкой.
Фото.
Его длинные вытянутые ноги в салоне того роскошного джета. Он снова в своих странных трикотажных штанах с запахом. Только теперь белых. Мои глаза совершенно независимо от моей воли впиваются в конкретный такой бугор, скрытый тонким трикотажем. Кажется, ОН тоже скучал. Ну или просто в приподнятом настроении от скорой встречи.
В руках у Халида банка с мятным джелато, а прямо по курсу мой любимый лакированный буфет. На котором...
Я ржу в голос. Он специально? Или просто так совпало? Провокатор арабский.
Сообщение под фото:
Mr. Asad: «Львёночек ждёт не дождётся свою кисоньку».