Яна Дин – Пируэт. Аплодисменты тьмы (страница 3)

А потом меня силой содрали с остатков тела крепкие руки дедушки.

– Алекс! – кричал он, но я не разбирал слов.

Я продолжал кричать, выбираясь из хватки и бросаясь на отца снова и снова. Дадео выволок меня из комнаты. Он крепко сжал мое лицо и заставил смотреть на себя.

Я увидел маму. Она забежала в комнату к Аде, глаза ее были широко раскрыты от ужаса, руки дрожали, а губы тряслись. Она пыталась сказать что-то, но слова застряли в горле, только взгляд кричал о сожалении и страхе. Тело отца лежало на полу. Все в крови, как и я.

– Посмотри на меня, Алекс, – шептал Дадео, едва дыша.

Я нашел его глаза. Темно-зеленые, впервые наполненные ужасом.

– Алекс, – продолжал Дадео, – всё прошло, я рядом, – его голос возвращал меня в реальность. – Дадео рядом. – он всеми силами пытался удержать меня от того, чтобы я не смотрел в сторону мертвого отца. Крепко обнял и прижал к груди.

Я испачкал его кровью. Я весь был в этом ужасе. С ног до светлых волос. И тогда закричал ещё громче.

Дадео крепко прижал меня к себе, когда я начал вырывать свои волосы.

– Прости…прости меня, внук, – ломался его голос. – Прости, Алекс.

Я видел маму через дымку страха и слез. Она сжимала Аду так, будто могла защитить ее всем телом. Она была рядом и одновременно казалась такой беспомощной.

Дальше я не слышал ничего. Связь со всем миром оборвалась.

Тот день стал концом моего детства. Я больше не помнил Алекса, который когда-то пытался не думать о смерти.

Двадцать восемь ножевых ранений.

Я убил его.

Собственного отца.

28.

Двадцать восемь ножевых ранений.

Двадцать восемь ударов до моего безумия.

Запись I Глава 1

Часть первая

1Septem dies ad insaniam

Запись I

Тик-так.

Так-так.

Тик-так.

Так раздражает.

Я хочу выбраться из этой комнаты. Хочу показаться миру, но тогда он узнает обо мне. Тогда…тогда…тогда мне конец. Моему плану конец. Я не смогу отомстить.

Я должен сохранить это в тайне ото всех.

Она моя тайна. Она.

Хочу попробовать ее.

Ее запах. Какой он?

А какого оттенка ее кровь? Какой у ее крови вкус?

Ох, мне хочется, чтобы она была моей.

Моя? Хах, звучит как вызов.

Странно.

Она заставляет думать меня о побеге с этого гребаного места.Зачем же она появилась здесь? Зачем вступила на мою территорию?

Она сама виновата. Сама.

Ты заставила меня, Il mio dolce caos.2*

Глава 1

Алекс Каллахан

Моя жизнь всегда была шахматной доской. Полем боя, где одна заминка, и ты уже выбыл из игры. Здесь не прощают промахов, не дают второго шанса. Просто объявляют шах.

Мы жили среди фигур, что двигались по нашим правилам. Когда-то я различал черное и белое, но с годами цвета смешались в сплошное серое. Теперь я просто играю, зная, что финал один. Мат, поставленный самой жизнью.

Шахматы никогда не были просто игрой.

Каждый человек как фигура в наших руках: пешка, которую можно пожертвовать, офицер, которому доверяют чуть больше, или ферзь. Та, кто решает исход.

У нас с Дадео3* одна логика. Просчитывать ходы наперед и бить там, где не ждут.

Он прищурился, двигая ладью, и его голос прозвучал спокойно:

– Никогда не ставь короля под угрозу ради красивого хода.

Я улыбнулся. Мы оба знали, что иногда именно красивый ход выигрывает войну.

– Каждый ход – выбор. – немного улыбнулся и кинул взгляд на бескрайние воды впереди.

Мы с Дадео часто забирались на склон над Хоутом. Тот самый, где ветер пахнет солью и гул моря слышен даже сквозь мысли. Земля там принадлежала нашей семье, и дед любил говорить, что это наш личный кусочек неба над Дублином. Мы ставили шахматную доску прямо на камень, и фигуры то и дело пытался сбить ветер. Но Дадео только усмехался: «Пусть, Алекс, ветер тоже делает свой ход».

– Каждая фигура ведь часть твоей жизни, Алекс – продолжил Дадео, – Иногда, чтобы выиграть…

– …нужно пожертвовать тем, кого любишь, – закончил я.

Эти слова я слышал на протяжении десяти лет каждую партию. С тех самых дней, когда Дадео забрал меня из того проклятого дома.

Я сделал вид, что задумался.

Пальцы коснулись ферзя, тяжелого, холодного, будто из свинца. Фигура скрипела под моими кожаными перчатками. Дадео внимательно следил, не отрывая взгляд.

Этот ход я вынашивал с самого начала партии. Если рискну, дед попадется. Если нет, просто стану очередной пешкой, как все остальные в его жизни.

Но, в конце концов я сделал свой ход.

– Ты опять торопишься, – произнес Дадео, не поднимая глаз от доски. Его пальцы неспешно скользнули по деревянным фигурам. – В жизни и в игре одно и то же: поспешишь, останешься без защиты.

– Иногда атака лучшая защита, – ответил я, передвигая ферзя на f6. – Hoc me docuisti4*.

Он слегка усмехнулся, но карие глаза оставались холодными.

– Я учил тебя считывать, Алекс, а не надеяться на удачу.

– Это не удача, – наклонился вперед, глядя прямо на него.

Волны ударялись о скалы. Наши телохранители стояли поодаль, тоже наблюдали за игрой. Это был наш обычный ритуал с Дугласом Каллаханом. В конце концов, у нас были только мы.

Я, он и Лиам. Вся наша семья.