Яна Белова – Верховный Магистр (страница 5)

– У меня нет выбора.

Эйдарад вдруг понял, что господин Ноюрсет вовсе не жаждет причинить кому-то из них вред. Вероятно, его цель была принципиально иной. Он готов простить Зораха за все эти жуткие преступления, которые он совершил, они все совершали.

Вновь накатила тоска. Его отец точно бы такого никогда не простил, ни отец, ни дядя, а им, в отличие от господина Ноюрсета, нечего было терять, для них репутация не имела такого значения.

– Объясни, – потребовал Ноюрсет.

Зорах тяжело вздохнул.

– Ты предал меня, у меня нет больше отца и нет дома. Ничего нет. Мне двадцать, я маг с потенциалом 900 лет, а ты отправил меня не в Калантак учиться, ладно, не в Намариэ, но и не в Отанак, не в Крамбль, не в какую-то провинциальную школу полезных навыков, нет. Ты засунул меня в полосу магнитного разлома, где магии нет вовсе, в школу, которая вообще не школа, а тренировочный лагерь охранников от пиратов или, точнее, самих пиратов! – запальчиво заговорил он, – Теперь у меня перебито запястье, я не могу применять «белый огонь» и прочие сложные заклинания. Я научился жить как таф и ощущать себя последним дерьмом. Просто забудь обо мне или убей, все равно это не та жизнь, которой можно дорожить, а я не тот сын, которым можно гордиться, – последние слова он буквально прокричал.

– Я не собирался оставлять тебя там надолго, – несколько оторопело проговорил Ноюрсет, – Ты должен был доверять моим решениям. Ты поступил бы в Отанак этим летом, если бы не сбежал или если бы я раньше нашел тебя. Я так и планировал. Чтобы ты посмотрел на разные стороны жизни. Да, я хотел выбить из тебя твою аркельдскую привычку относиться к благам жизни как к чему-то само собой разумеющемуся, и чтобы ты хоть немного овладел оружием, раз сам я не смог тебя научить…

– Ты просто убрал меня с глаз долой, чтобы я не мешал тебе быть счастливым в новом браке, который ты рано или поздно заключишь с другой представительницей клана Тея…

– Ой, дурак… – с чувством протянул Ноюрсет, проигнорировав факт, что с ним разговаривают крайне непочтительно и мало того, перебивают.

Аримар молчал, видимо, в шоке от всего происходящего. Эйдарад не мог уже просто взять и уйти. Он должен понять, как все сложится и что ему делать дальше. Зорах, вопреки его представлениям, был куда в лучшей ситуации, чем он сам. Каким бы суровым и жестоким не казался со стороны Ноюрсет, он был магом. Отец много раз повторял, что маги другие. Они иначе думают и чувствуют, чем немаги или слабые маги, их действия сложно предсказать. «Я сам маг» – вздохнул про себя парень», – «Отцу и меня было сложно понять и, наверное, любить тоже».

– Я не вернусь домой – повторил Зорах – не могу и не хочу. Если у меня не будет необходимости скрываться я найду себе приличный не стыдный заработок. Я не собирался жить как таф больше 5 лет.

– Что с твоим запястьем? – перебил его отец.

– Тебя не касается, справлюсь как-нибудь, заклинания без пассов я по-прежнему могу использовать. Может когда-нибудь разбогатею настолько, чтобы вылечить.

– Хорошо, если ты решил так, будь, по-твоему. Ты сделал свой выбор, – раздраженно фыркнул Ноюрсет, – тебе 20, и я позволяю тебе жить самостоятельно. Ты больше не можешь рассчитывать на свой клан. Выбрал путь, иди по нему, вся ответственность теперь только на тебе. Я снимаю с себя родительские обязательства в отношении тебя.

– А со мной что? – осторожно спросил Аримар.

– Просто иди домой. Я больше, чем уверен, что твой отец не собирался избавляться от тебя, отдав в эту школу. Просто он не все знал.

– Все он знал, – хмыкнул Аримар, – я из дома Тридъяра, шардские Юкра маги. Просто я его главное разочарование в жизни.

– Тогда он не станет тебя искать. А другим до тебя дела нет. Тебе незачем скрываться. Живи в Тарда или где угодно, но честным трудом и просто молчи, что ты Юкра, – посоветовал ему Ноюрсет, – Вы идиоты! Никому до вас нет дела, кроме ваших семей. Ни один Юкра или Ири, не связанный с вами близкородственными связями, не стал бы возиться, возвращая вас в школу или ваши дома. Тупые! Тупые якулы! Да живите вы, как угодно, соблюдая три закона этого мира. Но нет, вы умудрились нарушить один из них, хорошо, хоть крови на ваших руках еще нет. Иначе точно бы пропали. Все, разговоры окончены. Хорошего вечера, господа…

Эйдарад не успел сориентироваться и нырнуть в тень, выходящий на тропинку в город господин Ноюрсет, практически налетел на него, сбив с ног.

– О, все-таки нет среди вас умных, – буркнул он, – Все слышал?

Эйдарад кивнул.

– Иди жить к матери. В твоем случае, твоему дяде совершенно точно нет дела, где ты и что с тобой, а отец не может покинуть магнитный разлом. Твой дядя не знает, что ты пропал и не узнает, если не поедет на Шард, а он не поедет. Он не жаждет контактировать с тамошними родственниками. Иди к матери жить, – вновь повторил он и, раздраженно передернув плечами, ушел прочь.

Эйдарад встал, отряхнулся и, подняв ветку, вошел внутрь зеленого амфитеатра. Оба приятеля встретили его хмурыми понимающими взглядами. Они прекрасно слышали все сказанное господином Ноюрсетом минуту назад.

– Как поступишь? – вздохнул Аримар.

– Гордор а Монире? – уточнил Эйдарад у Зораха, – Твой отец явно не знает о нем.

– Да он дома, с его ногой далеко не убежать. Ты не пойдешь к матери жить? – без всякого выражения спросил Зорах. Он казался усталым и разбитым. Даже странно было думать, что совсем недавно он так дерзко говорил с собственным отцом.

– Она счастлива, у них троих семья и прекрасные отношения, я все испорчу, если появлюсь в их жизни вновь. Если нам не нужно скрываться, то все очень просто. Найду работу в порту и все.

– Тебе семнадцать, – скептически хмыкнул Аримар, – мне хотя бы девятнадцать скоро.

– Через четыре месяца, – усмехнулся Эйдарад.

– Полетели домой, потом решим – постановил Зорах, тяжело поднимаясь с земли, на которой сидел.

– Он вас в магическую сеть поймал?

– Я даже не понял, как. Вроде стоял и вдруг очнулся на земле… – кивнул Аримар, также поднимаясь и растирая затекшую спину.

Спустя час они долетели до Монира. Всю дорогу Эйдарад размышлял об услышанном. А еще о том, как ошибался в своих представлениях о происходящем.

Господин Ноюрсет был самым уважаемым и влиятельным ведьмаком в Штара. Эйдарад знал его как сурового и сдержанного старейшину, которого откровенно боялись многие. Зорах мог казаться таким же, у них у обоих были ледяные прозрачно-зеленые глаза, но Зорах казался изящнее. На него плохо нарастала мышечная масса, возможно, потому он был не слишком заинтересован в физических тренировках. В школе он был худшим во всех видах боевых искусств, но это его ничуть не сломило. Он всегда смотрел свысока на их преподавателей немагов, чем выводил их из себя. Эйдарад оказался в школе в месяце Абрэ, Зорах на месяц раньше, а Аримар и Гордор провели там по полтора года. В первый день летнего месяца Тиа они сбежали. Именно Зорах организовал этот побег. Он был старше, умнее и сильнее несмотря на свою внешнюю несолидность. Аримар и Гордор были шире в плечах и лучше владели всеми видами оружия, хоть и были младше Зораха, при этом они его опасались ровно так же, как немаги Штара его отца.

Господин Ноюрсет сегодня показался совсем другим. Эйдарад вдруг подумал, что, если бы его отец повел себя так, как Ноюрсет сегодня, он забыл бы обо всем и немедленно вернулся бы домой. Он был бы счастлив иметь такого отца. Зорах и Ноюрсет были очень похожи. Видимо, поэтому они лучше знали друг друга и понимали ситуацию совсем иначе.

Аримар в их четверке имел имидж оболтуса: уверенный в себе, безалаберный, шумный, неосторожный, с глазами цвета штормового моря и, в отличие от других слабых магов, очень непростой. Он скрывал за своим весельем и грубоватой простотой речи немалые знания о мире и глубокое понимание сути явлений. Но о чистокровном мире он знал лишь то, что все в нем сложно и трудно, если ты немаг.

Гордор тоже был весьма посредственным магом, мог прожить 350 лет, не больше. Он был прост и понятен, как все те, среди кого прошло детство Эйдарада. Он знал правила и не задавался вопросами, почему они таковы. Его в школу тоже отправил опекун, «к отцу», чтобы снять с себя груз ненужных обязательств. До встречи с Зорахом Гордор не представлял, что можно жить иначе, чем по правилам чистокровного мира. Он сбежал из-за любопытства и желания посмотреть мир. И в отличие от остальных, не так уж тяготился жизнью, которую они вели. Говорил, что никогда не чувствовал себя так хорошо. И не вернулся бы назад, даже, если ему пришлось бы убивать ради этого. Неделю назад он ограбил очередного тафа. Это было бы очень смешно, если бы таф не укусил его за ногу в районе щиколотки, перед тем как дать деру. Теперь Гордор фактически прыгал на одной ноге. Рана заживала плохо, возможно, были повреждены связки.

Эйдарад был самым младшим в их четверке. Маг средних способностей, не слишком силен, не слишком умен, «посредственность, много возомнившая о себе» – так охарактеризовал его учитель. Эйдарад хотел уйти из чистокровного мира всегда, сколько себя помнил. Брату это фактически удалось ценой смертельно опасного недуга. Эйдарад не отказался бы даже от такой цены. В далеком детстве он побывал в Калантаке – в огромном прекрасном городе с семьей сестры матери и ее детьми аркельдами. Именно в тот день он понял, что настоящая жизнь у аркельдов. Именно они живут, пусть часто недолго, но зато счастливо каждый день.