Ян Иванов – Хранитель Новограда (страница 3)

— Гильдий? — переспросил я.

— Ага, — Винс отхлебнул из кружки. — Их четыре, если официально. Первая — Гильдия Техномантов: заправляет имплантами, оружием, дронами, всей техникой. Вторая — Гильдия магов: изучает старые артефакты, магичит, ищет знания в руинах. Третья — Гильдия Алхимиков: зелья, яды, амулеты, лечение. А четвёртая — Гильдия Сталкеров. Она, по сути, профсоюз для таких, как я, но я в ней не состою: взносы высокие, а толку чуть. Теоретически они отстаивают наши права перед корпорациями, но на деле каждый выживает сам. А на самом верху, на Верхнем ярусе, сидят мегакорпорации. «Мифрил-Дракон» — крупнейшая, они владеют всем, что связано с магическими разработками. Есть ещё «Вольтрон Индастриз» — тяжёлое машиностроение, оружие, дроиды. И «Эгида» — частная военная компания, охрана, наёмники. Эти три кита держат город в кулаке. Ну и ещё «Прометей» — энергетика, топливо для спидеров и генераторов, но они редко лезут в политику.

— Кстати, о драконах, — сказал я. — Когда я очнулся, видел одного. Здоровый, с металлическими крыльями и пропеллером на хвосте. Я так и не понял: он живой или нет?

Винс усмехнулся.

— Не живой. Вообще никакой. Настоящих драконов в Новограде не видели уже несколько веков, со времён Последней войны. Всё, что летает сейчас, — либо корпоративные машины, либо рекламные голограммы, либо модифицированные ящеры, собранные гномами-инженерами. Живых, крылатых и огнедышащих только в легендах и осталось.

— Последняя война? — уцепился я за незнакомое слово.

— Ядерная, — коротко бросил Винс. — Случилась несколько веков назад. Тогда всё горело. Ядерные удары, магические катаклизмы, старые страны развалились за неделю. А потом из пепла выжившие построили города-полисы. Новоград — один из них. Никаких президентов, никаких государств. Только советы директоров корпораций, маги и мы, простые смертные, внизу. Так что привыкай.

Он отставил кружку и вновь перешёл к делу.

— Теперь о катакомбах. Это те, что под городом. Старая канализация, заброшенные цеха «Мифрил-Дракон». Там несколько ярусов. На верхнем ещё можно ходить, а внизу — зона отчуждения. Вода радиоактивная, техно-зомби бродят. Но там растут лунные кристаллы. Знаешь, сколько они стоят? — он понизил голос. — Один камушек размером с ноготь — пятьдесят кредов. Найдём пяток — и нам обоим на неделю хватит. А если крупный попадётся, можно и за сотню загнать.

Я прикинул. Пятьсот кредов, что у меня были, — это, конечно, неплохо, но они быстро кончатся. А если я хочу не просто выживать, а жить, нужен постоянный доход. И, кажется, Винс предлагает именно это.

— А что такое «лунные кристаллы»? — спросил я. — И почему они так ценятся?

Винс оживился — видимо, ему редко выпадала возможность блеснуть знаниями.

— Лунные кристаллы — это магические образования. Они растут там, где магическая энергия из земли смешивается с техногенными отходами. В лунном свете они не нуждаются, название дурацкое. Ценятся у ювелиров, техномантов и магов. Техноманты их в стабилизаторы для имплантов вставляют, маги — в амулеты. В общем, ходовой товар. Мой кулон вибрирует, когда я приближаюсь к скоплению энергии. Я уже был в катакомбах пару раз, нашёл пару мелких кристаллов, но каждый раз сбегал, чуть заслышав шум. А с напарником было бы спокойнее. — Он посмотрел на меня с надеждой. — У тебя вон имплант новый. Может, увидишь засаду или скрытый проход. И глаз у тебя горит — в хорошем смысле. Ну что, составишь компанию?

Я задумался. С одной стороны, лезть в подземелья, кишащие зомби и сектантами, — безумие. С другой — сидеть на месте и ждать, пока кончатся деньги, ещё большее безумие. К тому же Винс производил впечатление парня, который знает, что делает. По крайней мере, больше моего.

— Замётано, — сказал я. — Но сначала мне нужно выспаться в нормальной постели и высушить штаны. Встретимся здесь завтра утром. Идёт?

Винс улыбнулся — на этот раз почти тепло.

— Идёт. До завтра, напарник. Я покажу тебе, что тут и как. Ты не пожалеешь.

Я снял комнату наверху — крошечную, но чистую, с узкой койкой и окном, забранным решёткой, через которую пробивался неоновый свет. Принял душ, вода была едва тёплой, но после улицы — блаженство, вытерся грубым полотенцем и рухнул на койку.

Засыпая, я смотрел на разноцветные блики на потолке и думал о том, что завтра меня ждёт первый настоящий шаг в этот безумный мир. Катакомбы, кристаллы, зомби… Страшно? Да. Но и захватывающе. Раньше я только читал о таких приключениях. Теперь они стали моей жизнью.

Где-то вдалеке снова зарычал дракон. Я улыбнулся и закрыл глаза. Кажется, скучно не будет.

Глава 2. Ржавый лабиринт и маленький друг

Утро в «Дыре в сети» пахло пережаренным синт-мясом и отчаянием. Я спустился в общий зал, чувствуя себя почти человеком — горячий душ и семь часов сна на койке, на удивление чистой, сделали своё дело. Вчерашний день казался каким-то лихорадочным сном: драконы, гномы с паровыми ранцами, имплант в левом глазу, пятьсот кредов на карте. Но сегодня всё было по-настоящему. За окном, заляпанным грязью и неоном, снова рычали драконы, а по потолку бежали трещины, из которых сочился пар.

Винс уже сидел за столиком в углу и методично уничтожал тарелку с серыми гранулами, запивая их чем-то, что шипело и пузырилось в жестяной кружке. На нём была всё та же потрёпанная куртка, но сегодня я заметил, что под ней поблёскивает лёгкий бронежилет — видимо, Винс никогда не расставался с защитой, даже во время завтрака. Рядом на стуле лежал его пистолет-пулемёт, который он вчера называл «Скорпионом», — компактное оружие с длинным глушителем, выглядевшее так, будто его собрали в гараже из запчастей от пылесоса и старого принтера.

— Доброе утро, напарник, — сказал Винс, не поднимая глаз от тарелки. — Готов к подвигам?

— Готов к завтраку, — поправил я, усаживаясь напротив и с опаской косясь на его кружку. — Что это за газировка? Она звучит как неисправный кондиционер.

— «Бодрость гнома». Энергетик. Говорят, после него можно не спать трое суток. Или умереть. Пятьдесят на пятьдесят. Будешь?

— Я, пожалуй, ограничусь пивом, — сказал я, подзывая бармена.

За соседним столиком двое гномов спорили о чём-то, размахивая чертежами. До меня долетели обрывки фраз: «...говорю тебе, если заменить паровой контур на магический, мощность вырастет вдвое...» и «...ты в своём уме? Кристалл сдохнет через неделю, а новый стоит двести кредов...». Винс, заметив мой взгляд, хмыкнул.

— Не обращай внимания. Это из мастерских Ржавого Пояса. Они тут каждый вечер что-то изобретают. Иногда даже работает.

Громм, орк с механической рукой, украшенной гравировкой в виде драконьей чешуи, молча поставил передо мной кружку «Моторного масла» и тарелку с чем-то, отдалённо напоминающим яичницу. На вкус «яичница» оказалась резиновой и солёной, но я уже научился не задавать лишних вопросов о происхождении местной еды. Главное — она была горячей, а пиво, пахнущее машинным маслом, на удивление приятно горчило и согревало изнутри.

— План такой, — начал Винс, отодвигая пустую тарелку и вытирая рот рукавом. — Сначала идём в «Приют сталкера», это местный магазин снаряжения. Тебе нужно одеться и вооружиться, а то в этой мокрой тряпке ты выглядишь как жертва, а не как сталкер. Потом спускаемся в катакомбы через старую насосную станцию. Там есть верхний ярус, относительно безопасный, и нижний, где водятся техно-зомби и ржавые культисты. Нам нужны лунные кристаллы — они растут на стенах, где магия смешивается с техногенными отходами. Мой кулон их чувствует. Твоя задача — прикрывать мне спину и пользоваться своим имплантом. Вопросы?

Я переварил услышанное, запивая пивом. Вопросов было много, но один казался самым насущным.

— Что такое «техно-зомби» и насколько это больно, если они меня догонят?

Винс отхлебнул из своей кружки, поморщился и поставил её на стол с громким стуком.

— Техно-зомби — это ходячие трупы сталкеров или рабочих, которые погибли в катакомбах. Их тела пропитаны радиацией и магией, а всякие механические штуки, вроде вживлённых протезов или датчиков, продолжают работать, даже когда мозг уже отключился. Некоторые из них искрят и могут долбануть разрядом. Больно будет, если догонят, — он усмехнулся. — Поэтому мы будем тихими и аккуратными. Ты, главное, не геройствуй. Увидел опасность — шепни мне, и мы обойдём. Всё понял?

— Понял, — кивнул я, хотя внутри всё сжалось от мысли о ходячих трупах с искрящими штуками в груди. — А ржавые культисты? Это ещё кто?

— Секта, — Винс помрачнел. — Поклоняются «Великому Окислителю», таскают ржавые маски и вооружены арматурой. Одеваются в жёлто-синие балахоны, как попугаи-переростки. Если услышишь крик «Слава Рже!» — беги или прячься. Они опасные и непредсказуемые.

Я допил пиво и почувствовал, как по телу разливается тепло. Страх никуда не делся, но к нему примешивалось странное возбуждение. Я всегда любил фантастику и приключенческие игры, но одно дело — сидеть в безопасности перед экраном, и совсем другое — самому лезть в подземелья, кишащие монстрами. Однако выбора не было. Чтобы выжить в этом мире, нужно было становиться сильнее, а для этого — рисковать.

— Ладно, — сказал я, поднимаясь. — Веди в свой «Приют сталкера». Посмотрим, что там у вас за снаряга.