Яков Нерсесов – «Свет и Тени» Последнего Демона Войны, или «Генерал Бонапарт» в «кривом зеркале» захватывающих историй его побед, поражений и… не только. Том III. «Первый диктатор Европы!» (страница 7)
Вся негодность прусской «военной машины» наглядно проявилась уже в первых серьезных столкновениях между передовыми силами французов и пруссаков.
9 октября под пруссаки потеряли 700 человек и были отброшены Мюратом и Бернадоттом. Через день при (всего лишь в двух переходах от Йены) от 8 до 9 тыс. пруссаков под командованием лихого кавалерийского офицера, главы придворной партии войны, генерал-лейтенанта, принца-красавца Людвига-Фердинанда Прусского вступили в бой с почти вдвое превосходившим их численно 14-тысячным авангардом корпуса Ланна, выходившим из густого и холмистого Франконского леса через Заальфельдское дефиле на оперативный простор. А ведь по началу планировалось поддержать передовые силы Людвига с флангов: Гогенлоэ – справа, а герцог Брауншвейгский – слева. Но затем из-за нерасторопности престарелых полководцев принц остался один на один и вынужден был в одиночку отражать натиск неприятеля, стремительно развертывавшегося из походных колонн в боевые порядки.
Скоротечная схватка развернулась на абсолютно плоском (6 х 3 км) поле. Ланн увидел, что враг опрометчиво оставил у себя за спиной небольшую речушку и решил стремительной атакой сбросить его в воду.
Умело прикрывшись легкоконной завесой, прицельным огнем застрельщиков, и в первую очередь опушками Франконского леса, чья листва еще не опала, Ланн обошел пехотой Сюше вражеский фланг. Хваленая прусско-саксонксая пехота была разбита и потеряв полторы тысячи человек, отброшена. Рассказывали, что воинственный принц во главе всего лишь пяти кавалерийских эскадронов отчаянно пытался остановить наступление французов на его скатывавшихся в реке пехотинцев, но попал в окружение, капитулировать отказался и принялся отбиваться шпагой, но она оказалась бесполезной против рубящих ударов сабель окруживших его французских гусар. Всего прусскому принцу нанесли 6 ран, в том числе, две смертельные: один сабельный удар рассек затылок до мозга, а другой – пронзил то ли грудь, то ли живот. Считается, что последний удар ему был нанесен саблей Жана Батиста Гинде – унтер-офицера (сержанта) 10-го гусарского полка из авангарда генерала Доминика Оноре Антуана Веделя (V-й корпус Ланна).
…Вошедший в историю своей победной схваткой с прусским принцем Людвигом, будущий лейтенант конных гренадёров гвардии (9 февраля 1813 г.) (12 апреля 1785, Ларуне, Беарн – 29 октября 1813, Ганау) родился в семье морского служащего Пьера Гинде и его супруги Жанны Бутик, с 1800 г. обучался в Тулузе, 30 мая 1803 г. в возрасте 18 лет поступил на военную службу в знаменитый 10-й гусарский полк прославленного полковника Антуана-Шарля Лассаля, расквартированный в Кагоре, 11 ноября 1803 г. в Байонне произведён в бригадиры. С начала 1804 г. служил в Булонском лагере, участвовал в кампании 1805 г. под командованием полковника Луи-Кретьена Бомона де Карьера, возглавившего 1 февраля 1805 г. 10-й гусарский полк, в составе V-го корпуса маршала Ланна сражался близ Вертингена, где под ним была убита лошадь, 2 декабря 1805 г. тяжело ранен при Аустерлице. Его 10-й гусарский полк уже под началом полковник Андре-Луи-Элизабет-Мари Бриша участвовал в Прусской кампании 1806 г. «Звездный час», ставшего сержантом Гинде наступил 10 октября в сражении при Заальфельде, где он заколол (вернее нанес смертельный удар?) принца Людвига Прусского, причём, сам был ранен им в правую щёку, 14 октября 1806 г. отличился в сражении при Йене и был произведён в старшие сержанты, сражался при Эйхене и Пултуске, где ранен сабельным ударом в левую руку. 20 апреля 1807 г. – суб-лейтенант, в ходе Польской кампании 1807 г. отличился в сражениях при Эйлау и Остроленке. В 1808 г. под командованием маршала Ланна участвовал в осаде Сарагоссы и 21 декабря получил тяжёлую огнестрельную рану. В 1809 г. возвратился во Францию и во время Австрийской кампании 1809 г. сражался при Эсслинге и Ваграме, где под ним были убиты две лошади, а сам Гинде снова ранен, 11 сентября 1809 г. награждён чином лейтенанта с переводом в 8-й гусарский полк. 24 июня 1811 г. – второй лейтенант конных гренадёр гвардии, принимал участие в Русском походе 1812 года, присутствовал при сражениях у Вильно и Бородино. 9 февраля 1813 г. – первый лейтенант конных гренадёр гвардии, сражался при Дрездене, Вахау и Лейпциге, 29 октября 1813 г. убит в сражении при Ганау в возрасте 28 лет. Дважды кавалер орд. Почетного Легиона (Шевалье – 20 апреля 1807 г. и Офицер – 14 сентября 1813 г.) похоронен на кладбище Монмарт в Париже… Жан-Батист Гинде (Гуине, Гиндей, Жинди, Гинди, Ганди)
Так нелепо погибла одна из военных надежд Пруссии, по крайней мере, так считали сами пруссаки. Сам Бонапарт в своей записке Ланну отметил славную смерть в неравном бою этого подлинного зачинщика нынешней войны. После победы при Йене его тело было захоронено со всеми воинскими почестями маршалом Ланном.
Целые батареи (34—44 орудия) были брошены канонирами, два генерала, три тыс. чел. были убиты, ранены или попали в плен.
Чувствуя за собой топот копыт французской конницы, пруссаки в панике бежали. От прусской мощи не осталось и следа. Авангарду принца Людвига противостояли почти вдвое превосходящие силы французов и, по сути дела, он был обречен на поражение. В армии стал распространяться панический ужас.
Феноменальная самоуверенность сентября стремительно переросла у прусского военного совета в детскую боязливость октября: немедленно сражаться они уже не собирались. При этом началось то, чего так опасались прусские командиры всех рангов: рядовые солдаты при первой возможности дезертировали.
Узнав о продвижении французов через Тюрингский лес, поражении принца королевской крови Людвига-Фердинанда Прусского под Заальфельдом и его нелепо-геройской гибели, герцог Брауншвейгский приказал в срочном порядке начать общее отступление за Эльбу: – к Веймару; в междуречье Эльбы и Заале планировалось собрать рассредоточенные по тылу силы . . Тогда как Гогенлоэ с его дивизиями генерал-лейтенанта, уже покойного принца Людвига-Фердинанда Прусского, генерала-лейтенанта Юлиуса-Августа-Райнхольда фон Гарвета, саксонцами генерала от кавалерии Ханса Готтлоба фон Цецшвица, пруссаками и саксонцами дивизии генерал-майора, графа Богислава-Фридриха-Эммануэля фон Тауэнцина и генерал-лейтенанта Вольфа-Морица фон Приттвица . При этом самому наступать на врага Гогенлоэ категорически запрещалось: только мешать французам двигаться за ретирующимися прусскими войсками.
Но независимо от всех ретирадных маневров столь воинственных совсем недавно пруссаков дальнейшие события развивались с головокружительной быстротой. Французы наступали по всем направлениям и через четыре дня, 14 октября, на территории Саксонии произошли два решающих сражения, определившие исход кампании.
Глава 3. Провал наследников славы Черного Орла под Йеной
И в этой кампании Бонапарт применял успешно найденную им стратегию предыдущей кампании 1805 года: стремительное, самостоятельное, охватывающее, фронтальное движение на врага больших воинских соединений и мгновенное сосредоточение их в единую армию для нанесения сокрушительного поражения в конкретном месте и в конкретное время. С этой целью он принялся подтягивать все свои силы, заставляя их проделывать максимально быстрые переходы, благо его Великая армия в ту пору еще была на них способна: иностранных контингентов в ней было еще немного.
. И это притом, что за спиной у него оказалась река Заале, отрезавшая путь к отступлению в случае неудачи. Бонапарт взял инициативу в свои руки и рассылка приказов началась в 22.30 ночи с 13-го на 14-е. После того, как 10 октября авангард Ланна наткнулся на передовую дивизию Гогенлоэ в лице принца Людвига и доложил об этом Наполеону, тот, ошибочно полагая, что перед ним главные силы пруссаков, решил атаковать их на рассвете 14-го октября
Наступление должен был начать корпус Ланна, оказавшийся в силу ряда обстоятельств авангардным и ближе всех к врагу. Сульт нацеливался , причем его головной (передовой) дивизии генерала Луи-Венсана-Жозефа Ле Блона де Сент-Илера (ок. 7.700 чел. с 12 ор.) следовало прикрывать правый фланг наступающих войск Ланна. На левом крыле сил Ланна полагалось быть Ожером с его корпусом, нацеливаясь . Ней уже настолько отдалился, что его я. Правда, сам он рассчитывал прибыть с частью своих мобильных сил и кавалерией Мюрата еще рано утром. Бернадотту полагалось идти , куда Бонапарт рассчитывал отбросить главные, как он рассчитывал, силы пруссаков и там добить их. При этом, если Бернадотт не успевал туда, то ему надлежало изменить свой маршрут и координироваться с корпусом Даву, выдвигавшемуся к , дабы тот не оказался один на один с превосходящими неприятельскими силами.
… так планировалась Бонапартом операция на бумаге! На деле все получилось несколько иначе, порой, сильно не так. В частности, Наполеон планировал, что из окрестностей Наумбурга Даву развернется на юг и, выйдя в тыл пруссакам, не даст им уйти, довершив их разгром. Но он не знал, что основная часть прусской армии уже была гораздо севернее – около Ауэрштедта, как раз напротив сил Даву. И когда тот начнет запланированный маневр на юг и запад к Веймару, то столкнется со значительно превосходящими его силами, перекрывшими ему дорогу на Ауэрштедт и угрожавшими ему разгромом…