Яков Ласкер – Аксиома (страница 7)

Мы замолчали, прислушиваясь к ночным звукам кибуца. Где-то вдалеке мычали коровы, в теплицах журчала вода.

– Расскажи о предстоящем путешествии.

– Нужно быть в точке прыжка во время открытия «окна». Нас оттуда перенесет в Зеленый океан, водный мир без суши. Тамошнюю воду лучше не пить, но воздух как на Земле. Нас сразу подберет корабль, потом нам предстоит попасть в следующий мир второго круга.

– Почему нельзя сразу на корабль?

– На корабль переправляться нельзя – можно оказаться в стене или промахнуться мимо палубы. Мы предпочитаем выходы из «окна» над водой, если это возможно.

– А из Зеленого океана нельзя сразу попасть в мир первого круга?

– Тот мир первого круга смертельно опасен. Средняя температура выше ста градусов по Цельсию, постоянно идут кислотные дожди.

Я сделал еще несколько пометок в блокноте:

– Значит, берем с собой запас еды, воды, лекарств, все в водонепроницаемой упаковке?

– Верно: максимум автономности – залог успеха.

– А как технически работает переход?

Волк пожал плечами, устраиваясь поудобнее в сене:

– Не могу объяснить. Я не ученый, знаю только то, что мне нужно: быть в определенной точке в назначенное время. При себе иметь специальный маячок. У меня он вшит под кожу, твой в рукоятке поводка.

Жаль, что Волк не разбирается в технических деталях перехода. Впрочем, я не физик-теоретик, так что даже с полным объяснением вряд ли смог бы понять принцип.

Мы еще долго сидели, обсуждая детали предстоящего путешествия. Время пролетело незаметно, и когда я наконец добрался до дома, было уже довольно поздно.

Вечером Маша посмотрела на меня с укоризной:

– Папа, ты же обещал прийти на мой спектакль! Я ждала, ждала. Думала ты хоть ко второму акту успеешь.

Черт, полностью вылетело из головы! Опять просидел с Волком допоздна за его рассказами.

– Прости, солнышко. Заработался до позднего вечера, забыл.

– А почему на твоих джинсах сено?

Маша подобрала травинки, упавшие с брюк на пол.

А я ему говорил: не надо лезть на стог!

– Сено? – я попытался изобразить удивление, быстро стряхивая соломинки.

– И коровой пахнет, – Маша принюхалась. – Ты точно был в офисе?

– Ах да! После работы заехал к другу. Он попросил проконсультировать, как ему стартап открыть. Помнишь Мишу из Бренера?

– Мишу?

– Ну да. Мы сидели у него во дворе, – я изо всех сил старался не покраснеть. – Там ветрено было, летает всякая дрянь.

Маша еще несколько секунд внимательно изучала мое лицо, потом махнула рукой:

– Ладно, пап, Миша так Миша. Жаль, что не пришел, мы здорово выступили!

Я обнял дочку:

– Извини, завертелся в последнее время. В следующий раз обязательно буду.

Жена положила ладонь на мое плечо:

– Может, возьмешь отпуск? Тебе нужно отдохнуть.

В ответ я только покачал головой:

– Нет, мне нужно на следующей неделе слетать в Лондон. А если все сложится удачно, потом на неделю в Нью-Йорк.

Она понимающе кивнула, давно привыкнув к моим внезапным деловым поездкам.

Кстати, нужно придумать причину отсутствия связи во время… командировки. Поломав голову, я решил, что напишу с электронной почты, что потерял телефон в аэропорту. И нужно найти кого-то, кто будет ежедневно писать всем, что я жив-здоров, и тянуть время, пока не вернусь. Звучит немного нелепо, но что же делать… Оставалось найти кого-то покладистого и неболтливого, кто согласится отвечать на письма, и уговорить его на эту аферу.

Ночью, когда все спали, я открыл ноутбук и написал письмо жене. Рассказал всю правду о происходящем, о том, как сильно люблю их и, если не вернусь, прошу понять и простить. Перечитал текст и решительно удалил его: пусть все остается как есть: вернусь – когда-нибудь объясню. Если же нет, пусть лучше думают, что пропал, – это предпочтительнее версии о том, что сошел с ума от переутомления и сбежал в Тибет или покончил с собой.

Следующие дни я посвятил тщательной подготовке. После работы заезжал в туристические магазины, закупал сублимированные продукты, компактные фильтры, необходимые медикаменты. Приобрел водонепроницаемый рюкзак и герметичные мешки. Все складывал в багажник автомобиля, чтобы домашние ничего не заподозрили.

В офисе я спешно завершал текущие проекты и распределял задачи между коллегами. На вопросы о странной суетливости отвечал историей о предстоящей командировке.

Накануне отъезда заехал к Волку.

– Готов? – он внимательно всматривался в мое лицо.

– Да. Собрал все необходимое – еду, воду, медикаменты, все упаковано по инструкции. Взял даже протеиновые батончики на случай, если нужно будет быстро перекусить.

– Нашел помощника для переписки?

– Пять тысяч шекелей – и он даже не стал задавать лишних вопросов.

– Отлично, – Волк внимательно посмотрел на меня. – Ты уверен, что хочешь это сделать?

Я глубоко вздохнул:

– Да. Не могу отказаться от такого приключения, это выше моих сил!

Утром я поцеловал жену, обнял детей, сказав, что вернусь через пару недель. Юля пожелала мне удачи и попросила быть осторожнее за границей:

– Там сейчас полно пропалестинских митингов. Они нас там, в Нью-Йорке люто ненавидят – ты же видел в новостях, что у них в университетах творится.

Я пообещал не приближаться к демонстрациям, на иврите не говорить, про Израиль не упоминать, паспорт кому не надо не показывать.

Переход должен был состояться где-то в районе Мицпе-Рамона. Это гигантский махтеш5, чем-то похожий на Grand Canyon. Величественное место, особенно если смотреть с долины на бесконечную стену кратера. У меня оно всегда вызывает воспоминание о какой-то красивой легенде или книге типа «Властелина колец».

Расположение перехода усложняло процесс, так как утром мне сначала пришлось отвести туда Волка на машине, потом вернуться, поставить машину на стоянку под домом и взять такси «в аэропорт», а на самом деле поехать в Беэр-Шеву и оттуда на автобусе обратно в Мицпе. Ехать всю дорогу на такси мне показалось подозрительным.

От автобусной остановки до «окна» было километров пять. По пути ко мне присоединился Волк, прятавшийся между холмов.

Уже стемнело. Мы должны были успеть к 19:00. Пришли на 20 минут раньше и остановились метрах в ста от точки прыжка.

– Пошли, – сказал Волк, когда оставалось пять минут.

Мы подошли к самому обрыву кратера. Глубоко внизу расстилалась долина.

– Как это будет?

– Жди.

Я ощутил, как внутри все сжимается; ладони вспотели.

– Слушай, а что, если…

Вдруг воздух вокруг нас начал мерцать, как над раскаленным асфальтом. Запахло озоном, в ушах зазвенело.

– Держись рядом! – крикнул Волк.

Земля под ногами дрогнула… и словно растворилась. Я падал, но не вниз – в какую-то яркую пустоту. Ветер рвал одежду, оглушительно свистел в ушах. Вокруг мелькали разноцветные полосы света, будто кто-то размазывал краски по стеклу.

Желудок прыгнул к горлу, во рту появился металлический привкус. Тело крутило, словно в гигантской стиральной машине. Я попытался крикнуть, но голоса не было – только беззвучное шевеление губами.