Яков Ласкер – Аксиома (страница 9)

Я наблюдал, как Джейк и ваф общаются. Он говорил с ним так же, как со мной – без слов, напрямую транслируя мысли.

– Что он говорит?

– Он был на дежурстве, когда мы прыгнули, и пока корабль разворачивался, ваф вызвался проверить, все ли с нами в порядке.

После нескольких минут обмена мыслями я не выдержал:

– Как ты это делаешь? Как разговариваешь со всеми существами?

– Не сейчас. Объясню на корабле, – он указал лапой.

Там, где еще минуту назад была лишь водная гладь, возник силуэт огромного корабля.

– Кораблем управляет человекоподобная раса. Представь себе кентавров, только с собачьими мордами без ушей. Немного странновато выглядят, но они славные ребята.

Джейк был прав – кентавры выглядели как изобретение безумного писателя-фантаста. Их торсы напоминали человеческие, с двумя руками и широкими плечами, но переходили в массивное четвероногое тело. Головы сочетали черты собаки и лошади – вытянутые морды с длинными носами, крупные глаза с вертикальными зрачками, но без малейшего намека на уши. Кожа, покрытая короткой шерстью, переливалась золотисто-песчаными оттенками.

– Не пялься слишком откровенно. Для них ты выглядишь не менее странно.

Один из кентавров протянул руку – пятипалую, как у человека, но с более длинными пальцами, – и помог мне забраться на платформу. От него исходил легкий аромат, напоминающий корицу и свежевыпеченный хлеб.

Корабль выглядел не менее экзотично. Палубы, покрытые бирюзовым материалом с консистенцией упругого желе, пружинили под ногами. Вместо дверей виднелись округлые проемы, затянутые полупрозрачной переливающейся мембраной. Стоило к ней приблизиться, как мембрана расступалась, позволяя пройти, затем смыкалась с тихим чмоканьем.

Внутри корабля стены пульсировали узорами из света. Кентавры грациозно перемещались по коридорам, их копыта издавали мягкий перестук по желеобразному покрытию.

– Это жоль-материал, – Джейк заметил мой интерес к палубе, – живая субстанция, синтезированная специально для кораблей, которая поглощает вибрации, самоочищается и даже немного помогает в навигации, реагируя на магнитные поля.

Нас проводили в каюту, где вместо привычных кресел располагались ниши в стенах, напоминающие огромные птичьи гнезда. Один из кентавров, с замысловатыми золотыми узорами на коже, остался с нами. Его глаза светились любопытством.

– Это Роберт, – представил его Джейк. – Он ученый, интересуется Землей.

– Роберт? Серьезно?

– Его настоящее имя звучит как серия щелчков и свистков, – усмехнулся Джейк. – Назвал его Робертом для удобства.

Через Джейка Роберт засыпал меня вопросами. Больше всего его поражало существование разных стран и наличие войн на Земле.

– У меня к вам столько вопросов! – переводил Джейк. – Мы много знаем о физических параметрах Земли, истории, литературе, но все равно плохо понимаем людей. Расскажи об устройстве вашего мира… как ты это видишь.

Я постарался объяснить принципы устройства земного общества, поведал о разных странах, культурах и религиях. Роберт внимательно слушал, иногда задавая уточняющие вопросы через Джейка. Было заметно, что многие земные концепции казались ему странными и нелогичными.

Наш увлекательный разговор прервал другой кентавр – массивный, с серебристо-серым окрасом, что-то отрывисто прощелкав.

– Нужно отдохнуть перед следующим прыжком, – перевел Джейк. – У нас три часа.

Мы остались в каюте одни. Немного успокоившись, я вернулся к интересовавшему меня вопросу:

– Так и не объяснил, как общаешься со всеми этими существами – с вафом, с кентаврами…

– Видишь ли, волки из Черного леса обладают уникальной особенностью среди всех рас системы миров, – Джейк попытался устроиться поудобнее в своем гнезде. – Наш мозг способен настраиваться на ментальные частоты других разумных существ, независимо от их биологической структуры.

– Как радиоприемник?

– Что-то вроде того.

– И ты можешь общаться с любым разумным существом?

– С большинством разумных существ и даже с некоторыми существами с зачатками разума. Есть несколько рас, с которыми даже мы не можем установить контакт. Их сознание настолько иное, что нет точек соприкосновения.

– Ого, вот почему Бонита так себя с тобой повела!

– Да, я сказал ей, что ее хозяевам исключительно повезло с такой красивой и хорошей собакой. Собаки, кстати, весьма восприимчивы к ментальному общению.

– А другие расы тоже могут так же общаться между собой?

– Нет, только централы – но не все и то лишь с другими централами. Исключения составляют менталисты и близнецы. Но ты сам все увидишь, когда мы туда доберемся. Кстати, поэтому волки часто работают переводчиками и посредниками в системе миров.

– А ты можешь читать мои мысли? – неожиданно забеспокоился я. – То есть знать, о чем я думаю, когда не обращаюсь к тебе?

– Нет, я могу общаться только тогда, когда ты направляешь мне свои мысли напрямую. Как сейчас. А так твое сознание для меня закрыто.

«Слава богу», – с облегчением подумал я.

Я забрался в нишу-гнездо, удивительно удобную, несмотря на свою странную форму. Материал подстраивался под форму тела, обволакивая и поддерживая каждый изгиб.

– Хочешь доесть свой батончик? – усмехнулся Джейк, устраиваясь на полу. – Теперь можно, никаких акул.

– Еще как хочу! – я вытащил слегка помятый батончик и с наслаждением впился в него зубами. – Точно не будешь? Может, корм?

Джейк демонстративно отвернулся.

Я не заметил, как провалился в сон. Когда открыл глаза, Джейк уже был на ногах, мысленно беседуя с одним из членов экипажа.

– Выспался? – спросил Джейк, заметив, что я проснулся. – Пора собираться.

– Куда теперь?

– А ты угадай.

Я задумался и понял, что, вероятнее всего, это будет мир той же расы, что и матросы на корабле. Так было бы проще организовать смены.

– Правильно, – Джейк одобрительно кивнул.

Мы шли по извилистым коридорам корабля к точке прыжка. Члены экипажа останавливались, провожая нас взглядами – в них смешивались любопытство и едва заметный, явно вызванный моим присутствием страх: ведь я представлял мир, который причинял им столько боли и страданий.

С открытой палубы, откуда нам предстояло совершить прыжок, открывался потрясающий вид на океан. Ветер усилился, подгоняя изумрудные волны с пенными барашками. Я глубоко вдохнул соленый воздух этого странного мира, которому предстояло превратиться в воспоминания всего лишь через несколько минут.

– Как будет происходить следующий прыжок?

– Не беспокойся, на этот раз будет гораздо проще, без воды. Мы высадимся на стандартную посадочную площадку с предохранительной сетью.

Глава 8. Предупреждение

Обещанная стандартная посадочная площадка с предохранительной сетью оказалась обычным батутом, и мы с глухим хлопком врезались в упругую поверхность, которая тут же отбросила нас обратно вверх. Нас подбросило несколько раз, словно на аттракционе в луна-парке. Уши Джейка при этом комично развевались на ветру, а его массивные лапы то и дело проваливались в ячейки сети.

– Я… не… на… ви… жу… э… ту… ду… рац… ку… ю сеть! – хрипел Джейк между прыжками. – Но она о… пре… де… лен… но… луч… ше… чем… о… ке… ан… с… а… ку… ла… ми!

Я рассмеялся, а затем заметил, что рядом с нами в сети прыгает еще один силуэт. Присмотревшись, я с удивлением понял, что это тот самый ученый с корабля.

– Роберт?

– Он, видимо, решил сопровождать нас до столицы, – пояснил Джейк, неуклюже выбираясь из сети, – ты его, наверное, всерьез заинтересовал.

Нас встретила официальная делегация кентавров, чье приветствие отличалось необычной торжественностью: они опускали головы и прикладывали правую руку к левой стороне груди, произнося несколько фраз на своем свистящем языке.

– Они говорят: «Пусть нити, связавшие наши миры, станут прочнее с вашим приходом. Мы делим с вами дыхание единой системы». Это их традиционное приветствие для путешественников между мирами.

Роберт с явным удовлетворением наблюдал за моими попытками повторить жесты приветствия, затем обратился к кентаврам на их языке.

– Он объясняет, что лично проводит нас до города.

Нас проводили к транспорту, напоминающему монорельс с компактными обтекаемыми вагончиками. Вместо привычных автомагистралей тянулись рельсовые пути. Состав мчался со скоростью не менее двухсот километров в час, иногда обгоняя другие вагоны и плавно переходя на соседние ветки.

Я подсел к окну, наслаждаясь пейзажем. Местность чем-то напоминала Ирландию: бескрайние изумрудные поля, извилистые реки, кристально чистые озера. Воздух был таким прозрачным, что далекие холмы казались совсем близко. На лугах паслись животные, отдаленно похожие на коров, но с длинными грациозными шеями и пестрой шерстью всевозможных оттенков. Их хвосты медленно и ритмично покачивались, отгоняя невидимых насекомых.

Мы проезжали мимо небольших поселений с аккуратными одноэтажными домиками, украшенными затейливыми узорами. Возле жилищ росли деревья с настолько большими сочными плодами, что были видны даже из окон мчащегося поезда. Все вокруг дышало гармонией и безмятежностью.

Настоящий рай, подумал я с невольной завистью.