Вячеслав Умрихин – Дисбаланс. Обретение (страница 7)

— Смотрите, наш дурачок впервые освещенный песок видит, — хохотнул Марк, бесцеремонно указывая на меня пальцем. — Ты его еще на вкус попробуй, вдруг понравится.

— Рано или поздно я приду и спрошу с тебя за все, — тихо проговорил я, взглянув на него.

Удивительно, но от этих слов мне сразу стало как-то легче на душе. Злость на Марка за его постоянные придирки улетучилась, а в душе появилась твердая уверенность: ему придется ответить за сказанное в мой адрес.

— Что ты там промямлил, барашек? — Марк распалялся все сильнее, чувствуя свою безнаказанность. — Ты еще поплачь тут, а лучше богов попроси, чтобы заступились за бедного сиротку.

Кристина, сидевшая справа от задиры, смотрела на меня с нескрываемым презрением во взгляде, а Марк продолжал смеяться, вот только меня совсем не волновало их отношение ко мне.¶

— Прекратите! — вмешался в нашу перепалку Николай. — Мы ведь находимся в священном месте. Здесь нельзя ругаться.

— Тебя не спрашивали, — отрезал Марк. — Заткнись и сделай вид, что тебя тут нет.

Николай хотел возразить, но лишь махнул рукой и замолчал.

Посмотрев Марку прямо в глаза, я четко и громко произнес:

— Ты ответишь за каждое оскорбление, за каждую подлянку, совершенную за моей спиной. Даю тебе слово!

Руку, где в ауре мерцал браслет, обожгло жаром. Под сводами капища громыхнуло. Марк побледнел как полотно, а Кристина пронзительно завизжала.

— Ты больной идиот! — истерично закричала девушка. — В Храме нельзя бросаться словами, иначе боги покарают тебя. Хотя кому я это говорю, у тебя ведь мозг как у курицы.

В этот момент в зал ворвался жрец, неся в руках чашки, бутылочки, мешочки и прочую утварь. Обведя нас ошалевшим взглядом, закричал, брызгая слюной:

— Кто? Кто посмел дать клятву перед богами без моего присутствия?

Кристина бесцеремонно ткнула в меня пальцем, не говоря ни слова. Всеслав, бережно опустив принесенные вещи возле главного алтаря, подскочил ко мне, схватил меня за плечи и начал трясти:

— Какую клятву ты принес? Кого из богов ты призвал в свидетели? — истерично брызгал он слюной мне в лицо. — У тебя уже есть покровитель? Отвечай немедленно!

С трудом оторвав его руки от себя, я отстранился от него, протер лицо краем футболки и спокойно ответил, глядя ему в глаза:

— Никакой клятвы я не приносил и тем более не призывал богов. Понятия не имею, как они призываются. Божественного покровителя у меня нет, да и обычный отсутствует. Есть еще вопросы? Время идет, а нам нужно готовиться к ритуалу.

Жрец замер, нависая надо мной, с недоумением глядя в мои глаза. Так прошло около минуты; мы с ребятами молча ждали его реакции. Наконец, он обвел нас рассеянным взглядом, развернулся и неторопливым шагом направился к вещам.

— Итак, у вас есть время до восьми вечера, чтобы подумать, кому из богов вы преподнесете свой кристалл. Не спешите с выбором! Подумайте внимательно, взвесьте все плюсы и минусы, — сделав паузу, он продолжил хорошо поставленным лекторским тоном: — При выборе бога необходимо учитывать, кому он покровительствует, каким даром может одарить, какими навыками и умениями вы обладаете, к чему у вас есть склонность. Чаще всего дар будет связан именно с этим. Если есть вопросы, задавайте их. Второго шанса выбрать покровителя у вас не будет!

— Я хочу стать ведуньей или знахаркой, а лучше — алхимиком! — выпалила Крис, тараторя без умолку. — Кого из богов мне выбрать в покровители?

Взгляд жреца омрачился вселенской грустью и обреченностью, словно он наблюдал за очередным проявлением человеческой недальновидности. Прикрыв лицо ладонью, он тяжело вздохнул и произнес уставшим голосом, не убирая руки:

— Сначала определитесь со своей предрасположенностью, а потом уже с богом, — наконец, убрав ладонь, он посмотрел на девушку. — Если ты никогда не занималась знахарством, не собирала лечебные травы и не готовила настои, то одного твоего желания будет недостаточно!

Я устроился в привычной позе для медитации и приступил к внутреннему осмотру своего тела и ауры. Не обнаружив никаких изменений, я полностью успокоился: значит, это спонтанное обещание никак на меня не повлияло.

Оставалось самое главное: решить, что делать с выбором покровителя. Открыв глаза, я стал рассматривать идолы богов, вспоминая, чему каждый из них покровительствует. Из всего пантеона славянских богов мне подходили лишь Перун и Святобор. Какой скудный выбор...

Меня вывели из задумчивости медленные и громкие хлопки в ладоши жреца.

— Время на раздумье вышло, — объявил он, перестав хлопать и заглядывая каждому из нас в глаза, чтобы убедиться, что нас слушают. — Если у вас появились вопросы, задавайте их, пока есть такая возможность.

— Известны ли вам случаи, когда покровителем выбирали не бога, а... — я запнулся, пытаясь сформулировать мысль более понятно, — а-а-э... духа или какого-нибудь зверя? Надеюсь, вы меня поняли...

Всеслав с интересом посмотрел на меня, поглаживая подбородок рукой, и задумчиво ответил:

— Такие случаи бывали, но результат был неоднозначным. Если выбрать покровителем так называемого зверобога, есть шанс обрести интересный дар, но также велик риск потерять человеческую суть и превратиться в зверя.

От ребят послышались испуганные восклицания.

— Далее, мне известно о нескольких случаях, — продолжал жрец, — когда покровителем выбирали стихию. Пожалуй, о печальных последствиях такого выбора я не буду рассказывать. Я ответил на твой вопрос?

— Да, спасибо, — кивнул я.

— Тогда приступим к основной подготовке, — сказал жрец, беря с алтаря одну из деревянных чаш и протягивая ее Николаю. — Разбирайте: вам необходимо нанести знак выбранного покровителя на любую часть своего тела.

Когда мы снова расселись на песке, держа в руках чаши с непонятной жидкостью красноватого отлива, Всеслав продолжил инструктаж:

— Сейчас я покину место ритуала, и вокруг каждого из вас появится магическая завеса. Она позволит сохранить ваш выбор в тайне от чужих глаз. Не стоит проверять ее прочность или пытаться разговаривать с соседом — у вас это не получится. Готовьтесь, молитесь своему богу и ждите. Когда перед вами появится алтарь, на него нужно будет положить подношение, окропив его каплей своей крови. Понятно?

— Да, — вразнобой ответили мы.

Больше не произнеся ни слова, жрец вышел из круга песка, прихватив с собой поклажу, принесенную ранее. В тот же миг окружающий мир померк, словно нас накрыл непроглядный туман.

Нарастающую растерянность и тревогу я быстро подавил волевым усилием. Паниковать нельзя! Выход должен быть, пусть даже самый неожиданный! Что мы имеем? Так называемых богов, которым присягать нельзя; кроме них есть магия и зверобоги. Выбор получается скудный — либо служить кому-то, либо столкнуться с неизвестными последствиями магии.

Не знаю, сколько я просидел, глядя в непроглядный туман перед собой и ни о чем не думая, но в какой-то момент в нескольких шагах от меня появился алтарь. Он изменился: теперь по всей его поверхности холодным, безжизненным цветом светилась вязь рун, переплетающаяся в непостижимый узор. Глубоко вздохнув, я поднялся с песка и подошел к алтарю. На нем лежал небольшой обоюдоострый кинжал, лезвие которого мерцало рунами, как и сам алтарь; рукоять была выполнена из белой кости, отполированной тысячами соискателей.

Не дав себе времени на сомнения, я резким, решительным движением провел лезвием по ладони. Острота ритуального кинжала оказалась поразительной – порез получился глубоким, пересекающим всю ладонь, и кровь хлынула мгновенно. Окровавленной рукой я достал из медальона, висевшего на груди, небольшой, продолговатый кристалл, испускавший яркое зеленое свечение, и прижал его к алтарю.

Секунда, вторая Время тянулось мучительно, отдаваясь пульсацией в висках, но ничего не происходило.

Злость, словно пожар, разгоралась в душе, бешенство застилало глаза. Продолжая прижимать окровавленный кристалл к алтарю, я схватил нож левой рукой и закричал, выплескивая накопившиеся эмоции:

— Твари! Я не склонюсь перед вами никогда!

Потеряв контроль над собой, я занес кинжал над головой и обрушил его на алтарь. Бешенство и чувство несправедливости полностью овладели мной – несправедливости мира, где за твои достижения тебя превращают в раба. Обхватив рукоять кинжала обеими руками, я продолжал наносить удары, вкладывая в них всю свою силу и отчаяние. Внезапно раздался треск, и я, подавшись вперед, замер. Глаза расширились от ужаса, представшего передо мной. Алтарь, испачканный моей кровью, и кинжал, расколовший кристалл и ушедший по рукоять в камень. Мгновение я смотрел на содеянное с неверием, а затем мир померк: в душераздирающей тишине туман поглотил претендентов на обретение силы.

***

Туман окутал претендентов на обретение силы, скрывая их от посторонних глаз. Всеслав, завороженный, наблюдал за происходящим. Скоро его миссия в этом забытом богами месте завершится, и он сможет вернуться в главную резиденцию жрецов, расположенную в самом сердце империи.

— Осталось совсем немного, — прошептал он, едва шевеля губами.

— Можно начинать? — раздался скрипучий голос из-за спины жреца.

— Да! — ответил Всеслав жутким шепотом, не оборачиваясь. — Не подведи гильдию! Мы слишком долго ждали этого момента.

В ответ — лишь тишина. Резко обернувшись, жрец увидел лишь пустое капище и кроваво-красную луну, проглядывающую сквозь входной проем. Почему в эту ночь она приобретает такой зловещий оттенок, оставалось вечной загадкой.