Вячеслав Седых – Диверсанты Фардара (страница 22)

— Морды бить, — криво усмехнулся Иван.

— А хотя бы и так! Зато это будет игра уже по нашим правилам. — Ли ожесточённо рубанул рукой воздух.

— Ну что ж, дело не хитрое, да и вряд ли ими запланированное. Но одним нам не справиться. Я пойду в посёлок и попытаюсь добраться до центра управления или, на худой конец, какой — либо станции космической связи, чтобы вызвать подкрепление. А ты иди в Лесную Берлогу спасать Тома. Думаю, даже если ты его там не найдёшь, то уж подземное логово разворотишь основательно.

— Накажу! — коротко и зло прошипел Ли.

Несмотря на поражение, друзья вдруг почувствовали невиданный прилив сил. Это произошло не из — за разбуженной ярости, способной толкнуть человека на безрассудный шаг, просто, наконец — то, перед ними встала конкретная задача — крушить всё на своём пути. Пусть знают все — на Фардар пришли дикие варвары. Спокойная, безмятежная жизнь на этой планетке закончилась. Гори всё огнём!!!

Друзья крепко обнялись на прощание и разошлись в противоположные стороны.

Джунгли поглотили одиноких путников, смыкаясь за их спинами зелёной, всё утолщающейся, стеной.

Глава 10. Пленник зелёных карликов

Три бронированные машины, выстроившись правильным треугольником, свирепо топтали звёздную ночь. Их путь лежал в Лесную Берлогу. В головной машине, глубоко затягиваясь сизым сигаретным дымом, сидел мрачный Клир. Дела обстояли хуже некуда, и он не решался доложить об этом Шефу. Но бесконечно оттягивать неприятный разговор нельзя. Клир вяло поднял руку и вдавил кнопку.

— Я слушаю, Клир, — в ту же секунду отозвался пустой экран.

— Шеф, видите ли, в чём дело… — Клир замялся.

— Не понял! В чём дело?! — рявкнул экран.

— Не знаю, как так получилось, ну, в общем, мы, наверное, поразили не совсем ту цель, что вы нам…

— Хватит мямлить! Короче!

— Мы взорвали сразу две машины. В одной из них находился чёрный чужак.

— Кто ещё?

— Никого. Клянусь мамой, Шеф, больше там никого не было. Мы работали бластерами по площади, уйти из огненного кольца никому бы не удалось.

— Ты упустил их, идиот!

— Шеф, я…

— Молчать! Зачем ты открыл стрельбу?

— Вы же сами приказали убить мужика в угнанной машине, — сконфуженно оправдывался Клир.

— Но ведь ты его не убил, он сейчас преспокойненько топает по джунглям к посёлку. И я не уверен, что этот болван дойдёт, а у него ценный груз.

— Ошибочка вышла, — виновато шмыгнул носом Клир. — Зато я нашёл чужаков.

— Зато ты подарил им жизнь, тупица! Зато ты, самодовольный кретин, уничтожил заминированную машину Капитана, которая при подлёте к посёлку сама бы рухнула вниз. А теперь мне придётся ловить разбежавшихся клопов по всему Фардару. Кстати, чужак хоть мёртв?

— Пока нет, но он сильно обгорел и стал, хе — хе — хе… — залился злорадным смехом Клир, — абсолютно чёрным. Вряд ли палёный доходяга выживет.

— Меня не интересуют твои оптимистические прогнозы. Утопи немедленно труп в болоте и забудь то место. Скажи своим людям: если будут распускать языки, то их придётся отрезать, возможно, вместе с головой. Ты меня понял?

— Будьте спокойны, Капитан ничего не узнает.

— Не умничай! Сделай всё чисто, без помарок. Всё.

Клир расслабился, отключил связь и облегчённо прошептал:

— Кажись, пронесло. — Повернулся к водителю и скомандовал: — Ищи болото, скотина!

— Болотистая местность лежит слева от нашего курса, — осторожно заметил тот. — Разрешите свернуть?

— Валяй, — махнул рукой Клир, — и передай остальным приказ: «Курса не менять. Идти на базу».

Изменив под прямым углом направление полёта, машина снизилась и, словно что — то вынюхивая, медленно поползла над лесом. Пришлось довольно долго рыскать в ночи, прежде чем на пути попалось маленькое болотце. Клир предпочёл бы что — нибудь посолиднее, но, изрядно устав за сумасшедшую ночь, довольствовался и этой лужей. Он приказал снизиться и открыть нижний люк.

Пустота гадко дохнула болотной вонью и смрадом. Клир развернулся в кресле и сильно пнул ногой распростёртое на металлическом полу безжизненное тело.

— Просыпайся, придурок, приехали! Вот здесь тебе самое место, падаль, — зло прошипел Клир и не поленился лично вышвырнуть Скитальца вон.

В мёртвой тишине отчётливо отпечатался хлюпающий звук удара тела о жирную грязь.

— Когда утопленники идут ко дну, то, обычно, слышны бульбушки, — заметил худосочный желтолицый старик — десантник, по — видимому, знавший толк в «мокрых» делах.

Клир подозрительно прислушался — мёртвая тишина.

— А ну — ка, посвети вниз, — приказал он.

И когда высунул в люк голову, то в белом круге света увидел чёрное тело. Скиталец, раскинув руки, лежал на мохнатой болотной кочке. Его изувеченное лицо было обращено вверх. Клиру на мгновение показалось, будто страшная маска улыбнулась ему. Клир вздрогнул. Но нет, то всего лишь игра теней. Однако почему — то стало очень неуютно в этом жутком, кошмарном месте. Рука Клира непроизвольно потянулась к бластеру, но на полпути замерла. Ему в голову пришла замечательная идея.

— Знаешь, умник, я тоже люблю шутить. Тебе самое место в вонючей грязи, чёрная рожа. Вот и застывай горкой дерьма в этой клоаке. Можешь особо не торопиться — растягивай удовольствие. Ха — ха — ха, — закатился зловещим хохотом довольный собой юморист.

Ответом ему была всё та же, леденящая кровь, тишина. Клир поёжился и торопливо захлопнул бронированный люк.

— Возвращаемся на базу!

Машина, словно желая поскорее спрятаться в небесах от подстерегающих её внизу болотных кошмаров, стремительно рванулась вверх.

Фардар не имел спутников, и распростёртое тело освещал лишь холодный свет мерцающих звёзд. Жутко и тихо было внизу. Всё вокруг сковал ночной мрак.

Лишь к утру мрак стал неохотно отступать в дебри непроходимых джунглей, где будет вынужден отсиживаться пока его исконный враг — небесное светило, вновь не спрячется за горизонт. И так всю жизнь — нет мира между тьмой и светом, как нет его между добром и злом. Эти силы обречены на вечную борьбу.

Свет побеждал. Светило величественно заняло голубой трон и окинуло сияющим взором дремучие леса. Ласковые лучи коснулись обожжённого лица Скитальца, он приоткрыл тяжёлые веки.

Окружающая обстановка показалась, мягко говоря, несколько мрачноватой. Он лежал в самом центре небольшого лесного болота, окружённый со всех сторон коричневой, дурно пахнущей, грязью. Кое — где из неё выступали мохнатые кочки да ещё не сгнившие остатки упавших деревьев. Болото опоясывало плотное кольцо вековечного леса, казалось, сросшегося в сплошной тёмно — зелёный забор.

— Могло бы быть и хуже, — постарался утешить себя Том, но тут же передумал, заметив вспучившуюся невдалеке грязь.

Из мрачных глубин определённо что — то всплыло и, пуская бульбушки, медленно приближалось к нему.

Через несколько секунд с подползающего бугорка гадкими соплями скатилась жидкая, жирная болотная слизь, и Скиталец сумел рассмотреть отвратительные черты мерзкого незнакомца. Медленно подгребая когтистыми перепончатыми лапами, осторожно приближалось мохнатое, зубастое, с чрезвычайно длинным хвостом, чудище. Его маленькие злые глазки алчно блестели кровожадным огнём, а из раскрытой пасти сочилась липкая, ядовито — жёлтого цвета, слюна.

У изувеченного Скитальца не было ни сил, ни средств для борьбы с этим исчадием ада. Оставалось надеяться только на изысканный вкус болотного гада: вдруг он не ест мертвечины. Хотя, с такой колоритной внешностью, паразит вряд ли чем брезгует. И всё же Том рискнул прикинуться протухшим мертвяком, тем более что для исполнения роли трупа ему совсем не нужно гримироваться, видик у него был очень неаппетитный.

Томительно тянулись секунды. Всё ближе и ближе подкрадывалась к Скитальцу смердящая волосатая морда. Вот она уже неподвижно застыла у его ног и, шевеля ноздрями, обнюхала оплавленные ботинки. Некоторое время чудище шумно втягивало в себя воздух, стараясь по запаху определить вкусовые качества Скитальца. Но, по — видимому, жжёный пластик быстро испортил разыгравшийся аппетит. Монстр недовольно поморщился, раздражённо фыркнул и, брезгливо отвернувшись от Скитальца, лениво уполз в глубину болота. Наверное, он был гурманом и посчитал блюдо сильно подгоревшим, а кроме того, чересчур напичканным специями — вонючей синтетикой.

Скиталец проводил взглядом мерзкого хозяина чавкающей пучины: «Я бы, на твоём месте, не стал так опрометчиво судить о человеке лишь по запаху его слегка подгоревших старых носков. Но я не обидчивый, плыви с миром, болотный симпатяга. Желаю тебе поймать на завтрак самую жирную пиявку. — Том помедлил, размышляя над тем, что бы ещё такого полезного пожелать, и уверенно закончил: — И что б ты ей подавился, паразит!»

Это маленькое происшествие было единственным событием длинного, тягучего дня вынужденного безделья.

Свет слабел. Серые тени постепенно набирали чёрную силу и, словно ядовитые змеи, выползали из тёмных закутков дремучего леса, неотвратимо заполняя собой весь поднебесный мир. Безликое марево затопило всё вокруг, сгустилось, превратившись в непроглядный ночной мрак. Тьма окутала мир.

Над головой таинственно замигали призрачные звёзды. На болото опустилось давящее покрывало мёртвой тишины, изредка прорезаемой предсмертным воплем очередной жертвы зла и мрака.

Однако произошедшие в мире превращения не касались Скитальца. Он ушёл от всех мирских страхов и страстей в иной, волшебный, мир — страну грёз. Там, в сказочном крае, он повстречал добрых гномов из далёкого милого детства. Старички, озабоченно покачав белоснежными бородами, принялись его лечить. Они вдруг сделались маленькими — маленькими и весёлой гурьбой вошли в его тело. Том отчётливо ощущал: как торопливо стучат деревянные башмачки в артериях, как острые ножички соскребают гниль и плесень, а ловкие ручонки проворно штопают дыры. Том наблюдал за суетой крошечных человечков и на душе у него сразу стало спокойно и радостно. Только к утру старички угомонились и собрались в тесный кружок. Том их спросил: «Откуда вы пришли, добрые человечки?» Те озорно захихикали и хором ответили: «Ниоткуда. Мы всегда с тобой. Мы живём в каждом. Людей часто удивляет, почему иногда одни, смертельно раненые, вопреки всем прогнозам, выживают, а другие — умирают от пустяков. А ответ тут прост — надо знать наш язык, и тогда мы, услышав зов хозяина, быстро придём на помощь».