Вячеслав Михеев – Порог (страница 5)
И он вышел, закрыв за собой дверь.
Артем посмотрел на стаканчик. На белую таблетку на дне. Потом поднял глаза на Макарову.
— Вы сказали, что хотите исследовать, — произнёс он. — Что, если я не приму это? Если я останусь в ясном сознании и посмотрю на... на то, что под всем этим?
Макарова помолчала. Её лицо было непроницаемо.
— Риск велик, — сказала она наконец. — Вы можете сорваться. Уйти в психоз так глубоко, что мы не сможем вас вернуть.
— А если я сорвусь, но принесу вам ответы? — спросил Артем.
Она посмотрела на него долгим, изучающим взглядом. В её глазах боролись учёный и врач, жажда знания и страх перед его ценой.
— Подумайте до завтра, — сказала она. — И не делайте глупостей.
Артем кивнул. Высыпал таблетку в карман пижамы. Сделал вид, что глотает.
И вышел в коридор, чувствуя, как под ногами вибрирует пол.
---
5.
Вечером он не пошёл в столовую.
Он сидел на койке, сжимая в руке таблетку, которую спрятал утром, и смотрел на дверь. Ждал.
Она открылась в десять часов.
Виктор вошёл с обходом — фонарик в руке, блокнот в кармане. Увидел Артема сидящим, нахмурился.
— Не спишь?
— Не могу, — ответил Артем. — Слишком громко.
— Что громко?
— Пульс.
Виктор приблизился. Склонился над ним, посветил фонариком в глаза. Зрачки сузились нормально. Всё в порядке.
— Пульса нет, — сказал санитар. — Тишина.
— Вы не слышите, — сказал Артем. — Вы смертный.
Виктор выпрямился. Посмотрел на него сверху вниз.
— А ты, значит, нет?
— Я стою на Пороге.
— На пороге чего? — усмехнулся Виктор. — Смерти? Безумия? Вечности?
— Всего сразу, — ответил Артем. — Кассиан говорит, что завтра я выпью из Источника. Но сегодня я должен понять, что под ним.
Виктор вдруг перестал усмехаться. Его лицо стало серьёзным, почти напряжённым.
— Кассиан, — повторил он. — Твой мудрый наставник. Скажи, Артем, он когда-нибудь говорил тебе, почему Источник требует платы? Почему вечность нельзя получить просто так, даром?
— Потому что всё в мире имеет цену, — ответил Артем. — Даже бессмертие.
— А может, цена не в том, что ты отдаёшь, а в том, что получают другие? — спросил Виктор. — Может, твой Кассиан не наставник, а пастух. А вы, неофиты, — овцы, которых ведут на убой?
Артем замер. В голове что-то щёлкнуло, как переключатель.
— Что вы знаете? — спросил он шёпотом.
Виктор наклонился ещё ближе. От него пахло табаком, дешёвым одеколоном и ещё чем-то — чем-то древним, горьким, как пепел.
— Я знаю, что такое Порог, — сказал он. — Потому что я его построил.
И прежде чем Артем успел спросить, что это значит, санитар выпрямился, щёлкнул выключателем и вышел вон.
В палате погас свет.
Но тьма была неполной. На стене, там, где минуту назад ничего не было, проступило свечение. Бледное, голубоватое, как свет далёкой звезды.
Оно складывалось в геометрический узор. В символ, который Артем видел в Зеркальном Зале. Символ Порога.
Узор пульсировал. Медленно. Ритмично.
Тук. Тук-тук. Тук.
За стеной запела Вера.
И Артем, сжимая в кулаке таблетку, которую не принял, понял, что завтра наступило уже сегодня.
---
6.
Он не спал всю ночь.
Сидел на койке, прижимая к груди тетрадь, и смотрел, как узор на стене меняется. Сначала это были просто линии. Потом они начали двигаться — медленно, как облака в ветреный день. Потом в них проступили лица.
Он узнал их.
Кассиан. Тот, кто учил его триста сорок две руны.
Казначей. Тот, кто взвешивал его страхи на золотых весах.
Садовник. Тот, кто растил кристальные цветы в садах, где никогда не заходит солнце.
И другие. Безымянные. Бессмертные. Смотрящие на него с холодным, голодным вниманием.
«Ты стоишь на Пороге», — услышал он их голоса. Они звучали не снаружи, а внутри, прямо в костях, в крови, в самом основании черепа. «Ты готов?»
— Готов, — прошептал Артем.
И в этот момент дверь его палаты открылась.
На пороге стояла Вера. В одной ночной рубашке, босиком, с распущенными волосами. Её глаза в темноте светились — бледным, призрачным светом, который не имел источника.
— Они зовут, — сказала она. — Пора.
Она протянула ему руку. Артем посмотрел на её ладонь — на тонкие, бледные пальцы, на выступающие вены.
Он взял её за руку.
И мир вокруг них — зелёные стены, железная койка, решётка на окне — начал таять, как снег под весенним солнцем.
---
7.
Они шли по коридору, но это уже был не коридор клиники.
Пол под ногами был мраморным, холодным, отражающим свет тысяч невидимых свечей. Стены были стеклянными, и в них отражались они — Артем в пижаме, Вера в ночной рубашке — но отражения были неправильными. В них Артем был одет в белые одежды неофита, а Вера — в чёрное, с хитиновым блеском на плечах.