Вячеслав Гусев – Золото Ермака. Плен (страница 2)

Птицы, которых она раньше не видела, порхали с ветки на ветку, издавая странные, мелодичные звуки. Деревья стояли высокие, могучие, их ветви переплетались над головой, образуя зелёный свод. Анна невольно залюбовалась этой первозданной красотой, но тут же одёрнула себя: сейчас не до восхищения. Она крепче сжала руку Петра, чувствуя, как тревога снова подступает к горлу.

Через час пути лес расступился, и перед ними открылась небольшая деревня. Несколько деревянных домов с соломенными крышами, огороженные частоколом, дымок из труб, запах печёного хлеба. Возле одного из домов женщина в длинном сарафане развешивала бельё, дети бегали по тропинке, гоняя кур.

Всадники подвели пленников к большому дому в центре поселения. Старший что то крикнул, и из дверей вышел седовласый мужчина в расшитой рубахе. Он окинул Анну и Петра внимательным взглядом, затем коротко распорядился. Двух воинов оставили сторожить, остальных отпустили.

— Похоже, нас решили задержать, — тихо сказал Пётр. — Но, может, хоть объяснят, где мы.

Анна кивнула, сжимая кулаки. Страх постепенно отступал, сменяясь решимостью. Она должна понять, что произошло, и найти способ вернуться — если это вообще возможно.

Их провели внутрь дома. Внутри было тепло, пахло травами и древесным дымом. На стенах висели шкуры животных, оружие, связки сушёных трав. В углу стояла деревянная кровать, у печи — лавка и стол. Боян, так звали хозяина, указал на лавку, приглашая сесть.

Пётр помог Анне устроиться, сам сел рядом. Боян налил им травяного отвара в деревянные кружки. Напиток оказался тёплым и чуть сладковатым. Анна сделала глоток, пытаясь унять дрожь. Пётр тоже отпил, внимательно наблюдая за хозяином.

Боян сел напротив, сложил руки на столе и пристально посмотрел на гостей. Затем заговорил — медленно, подбирая слова, иногда помогая себе жестами. Постепенно Анна начала улавливать смысл: они действительно попали в другое время — в XVI век (а не в XV, как ошибочно предполагалось ранее), в земли, подвластные хану Кучуму.

— Вы пришли из будущего? — переспросил Боян, нахмурившись. — Это дар или проклятие?

Пётр переглянулся с Анной.

— Мы не знаем, — честно ответил он. — Но хотим вернуться. Вы можете помочь?

Боян помолчал, поглаживая бороду.

— Путь назад лежит через то же место, где вы появились. Но идти туда опасно — там бродят люди Кучума, они не любят чужаков. А ещё говорят, что река сама решает, кого пропустить.

Анна почувствовала, как внутри всё сжалось. Значит, их приключение только начинается. Чтобы вернуться домой, им придётся столкнуться с новыми испытаниями, возможно, с самим ханом Кучумом.

— А есть другой путь? — спросила она, стараясь говорить твёрдо.

Боян вздохнул.

— Есть тот, кто знает реку лучше других. Ермак. Он ведёт свой отряд на восток, и, если повезёт, вы встретитесь с ним. Но это долгий и опасный путь. Говорят, он умеет договариваться с духами рек и лесов, а ещё — не боится Кучума.

Пётр сжал руку Анны.

— Значит, мы пойдём к Ермаку, — твёрдо сказал он. — Другого выхода нет.

Анна кивнула. В её глазах читалась решимость. Да, путь будет трудным, но она готова пройти его до конца. Главное — они вместе, а значит, смогут преодолеть любые препятствия.

Боян одобрительно кивнул.

— Я дам вам проводника. Он знает тропы, которые минуют заставы Кучума. Но помните: в этих землях сила решает многое, но мудрость — ещё больше.

Пётр встал, поклонился хозяину.

— Благодарим тебя, Боян. Мы не забудем твоей доброты.

Анна тоже поклонилась. Внутри неё теплилась надежда. Возможно, этот странный мир не так враждебен, как казалось сначала. И если они найдут Ермака, то, быть может, сумеют вернуться домой.

На следующее утро их ждал проводник — невысокий жилистый мужчина по имени Аким. Он молча кивнул гостям, проверил седельные сумки и указал на двух оседланных лошадей.

— Дорога дальняя, — коротко бросил он. — Надо успеть до первых заморозков.

Анна с сомнением посмотрела на лошадь. Она никогда не ездила верхом, и перспектива многодневного путешествия вызывала тревогу. Пётр ободряюще улыбнулся:

— Не волнуйся, я буду рядом. Научишься в пути.

Они выехали из деревни на рассвете. Аким двигался впереди, петляя между деревьями с уверенностью человека, знающего каждый куст. Пётр и Анна ехали следом, стараясь не отставать.

Лес вокруг менялся. Хвойные деревья сменились берёзовыми рощами, затем потянулись бескрайние луга. По утрам на траве лежал иней, днём пригревало солнце, а к вечеру снова холодало. Анна постепенно привыкала к седлу, училась понимать настроение лошади, предугадывать неровности дороги.

Однажды вечером, когда они разбили лагерь у небольшого ручья, Аким заговорил:

— Завтра будем проходить мимо заставы Кучума. Придётся сделать крюк через болота — дольше, зато безопаснее.

Пётр нахмурился:

— А если они нас всё таки заметят?

— Тогда будем действовать по обстоятельствам, — пожал плечами проводник. — Главное — не терять голову.

Анна молча подбросила веток в костёр. В голове крутились мысли о доме, о матери, оставшейся там, в будущем. Как она там? Переживает, наверное, ждёт… Девушка сжала в кармане маленький самородок — всё, что осталось от их груза.

К исходу четвёртой недели пути они наконец увидели дым от костров большого лагеря. Аким поднял руку, останавливая отряд:

— Возможно, это лагерь Ермака. Но подходить будем осторожно — сначала я переговорю с дозорными.

Он скрылся в лесу, оставив Анну и Петра одних. Сердце Анны забилось чаще. Неужели они наконец нашли того, кто поможет им вернуться домой? Но, к сожалению, это был отряд Кучума.

Воины в доспехах окружили путников, настороженно разглядывая незнакомцев. Аким шагнул вперёд, пытаясь объяснить, кто они и зачем пришли. Однако командир отряда лишь усмехнулся и отдал короткий приказ. Солдаты схватили Акима, Анну и Петра, связали им руки.

— Что теперь будет? — прошептала Анна, глядя на Петра. Её голос дрожал, но в глазах всё ещё горела искра надежды.

— Держись, — тихо ответил Пётр. — Мы что нибудь придумаем. Нельзя терять веру.

Аким бросил на них ободряющий взгляд. Несмотря на опасность, он не утратил присутствия духа.

— Главное — оставаться вместе, — произнёс он. — В этих землях выживает тот, кто умеет ждать и искать выход даже в безнадёжной ситуации.

Их повели к большому шатру в центре лагеря. Анна с тревогой оглядывалась по сторонам, запоминая расположение постов, пути отхода, особенности местности. Пётр незаметно кивнул ей — он тоже готовился к тому, чтобы найти способ освободиться. Впереди их ждали новые испытания, но теперь они знали главное: пока они вместе, у них есть шанс.

Глава 2. Язык врага

Анну и Петра, связанных и посаженных на коней позади воинов Кучума, везли уже третий день. Пётр пытался объясниться с конвоирами по русски, но его слова лишь вызывали короткие гортанные смешки и резкие окрики. Анна, стиснув зубы, терпела неудобства и старалась запомнить дорогу: вот изгиб реки с приметным валуном у берега, вот роща с изогнутыми ветром соснами, вот тропа, ведущая в горы.

Она невольно замечала детали, подтверждавшие, что они попали в более раннюю эпоху. У всадников не было огнестрельного оружия — только луки в кожаных чехлах, сабли с узорными рукоятками, ножи за поясом. Одежда — стёганые халаты, меховые шапки, сапоги из мягкой кожи. На шее у некоторых висели амулеты: медвежьи клыки, камни с просверлёнными отверстиями.

На третий день вдали показались укрепления: высокий частокол из толстых брёвен, за ним — юрты, дым костров, фигуры воинов. У ворот стояли часовые с копьями. Старший всадник подъехал к ним, обменялся несколькими фразами, указал на пленников. Часовые кивнули, открыли ворота.

Анну и Петра стащили с коней и повели внутрь. Они прошли мимо воинов, которые с любопытством разглядывали чужаков. Кто то показывал пальцем, кто то смеялся, кто то хмуро качал головой. Их привели к тёмной землянке, грубо толкнули внутрь и захлопнули тяжёлую дверь с решёткой наверху.

Внутри было сыро и воняло гнилой соломой. Сквозь решётку пробивался тусклый свет. Анна опустилась на земляной пол, прислонилась к стене. Пётр сел рядом, осторожно потёр запястья, пытаясь ослабить давление верёвок.

— Ну вот, — тихо сказал он. — Попали. Но живы, и это уже хорошо.

Анна подняла глаза. Через решётку она видела, как живут воины Кучума: одни тренировались в стрельбе из лука, другие точили сабли, третьи молились, повернувшись лицом на восток. Все были суровы, дисциплинированны, чётко выполняли приказы старших. От этой картины по спине пробежал холодок.

Через некоторое время у двери послышались шаги. В поле зрения появился старик в длинном халате, с седой бородой до груди. Он посмотрел на пленников, вздохнул и произнёс на ломаном русском:

— Меня зовут Акбар. Я буду переводить ваши слова хану. Он уже знает о странных пленниках в дикой одежде.

Пётр подался вперёд:

— Скажи ему, мы не враги. Мы заблудились. Нам нужно вернуться домой.

Акбар покачал головой:

— Хан решит. А пока отвечайте. Откуда вы?

— Из дальних земель, — осторожно ответил Пётр. — Шли на восток.

Старик прищурился:

— Год назовите. Какой сейчас год у вас?

— 1681 й, — сказал Пётр.

Акбар помолчал, затем произнёс: