Вячеслав Гусев – Три жизни одного мажора (страница 5)
— Что вы тут делаете?
Оба резко обернулись. Из тени коридора вышел мужчина в потрёпанной одежде и с метлой в руках. Лицо его было морщинистым, глаза — внимательными и не лишёнными проницательности.
— Я Степан, дворник, — пояснил он, заметив их настороженные взгляды. — Присматриваю за домом, пока хозяйка в отъезде.
Мира скрестила руки на груди:
— Алиса уехала в приют? — уточнила она.
— Да, уже месяц как, — кивнул Степан. — Помогает сиротам. Хорошая женщина. Не то что некоторые… — он бросил косой взгляд на Артёма.
Герой почувствовал, как краска приливает к щекам.
— Вы давно здесь работаете? — вмешалась Мира. — За это время кто‑нибудь ещё приходил сюда?
Степан почесал затылок:
— Пару дней назад кто‑то был, — вспомнил он. — Я заметил странные следы у порога. Будто кто‑то чертил там что‑то. Я стёр, конечно, но…
Детектив переглянулась с Артёмом.
— Похоже, наш подозреваемый — не она, — сказала она. — Но кто‑то явно использовал этот дом как приманку.
Артём сжал кулаки.
«Значит, кто‑то специально подстроил так, чтобы я подумал на Алису, — пронеслось в голове. — Кто‑то очень умный и расчётливый. Но кто?»
— Пойдёмте, — Мира направилась к выходу. — Нам нужно узнать, кто оставил эти следы. И зачем.
Степан проводил их взглядом, потом поднял метлу и принялся подметать листья у крыльца.
Артём задержался на пороге, оглянулся на дом. В груди всё ещё теплилось облегчение — Алиса невиновна. Но теперь на её месте возник новый вопрос: кто же на самом деле украл его жизни? И почему выбрал такой изощрённый путь, чтобы отвести подозрения?
— Идём, — позвала Мира. — У нас мало времени. У вас осталась всего одна жизнь.
Герой кивнул и вышел вслед за ней. Вечерний воздух казался прохладным и тревожным. Где‑то далеко, за городом, находился приют, где сейчас была Алиса. А где‑то рядом — тот, кто охотился за его жизнью. И теперь охота продолжалась.
Сумерки окутали город, словно тяжёлое бархатное покрывало. В узком переулке между рынком и жилым кварталом было темно и тихо — только изредка доносились отдалённые голоса торговцев, закрывающих лавки, да шорох опавших листьев, гонимых ветром. Фонари мерцали через один, отбрасывая дрожащие пятна света на булыжную мостовую. Тени удлинялись, сливаясь в тёмные пятна, будто пряча что‑то
в своих глубинах.
Артём и Мира шли рядом, осторожно ступая по неровной дороге. Воздух пах дымом, специями с рынка и чем‑то кислым — видимо, где‑то поблизости стояла бочка с гнилыми фруктами. Лёгкий ветерок шевелил полы их одежды, доносил обрывки разговоров и далёкий звон церковных колоколов.
— Может, это вообще случайность? — начал Артём, глядя под ноги. — Я мог потерять жизни из‑за… ну, не знаю, сбоя в защите дома, или…
Мира резко остановилась и повернулась к нему. Её глаза сверкнули в полумраке, отблески фонаря скользнули по шраму на щеке.
— Не болтай ерунды, — отрезала она. — Кто‑то за этим стоит. И этот кто‑то очень хорошо знает, что делает.
Она поправила ремешок сумки на плече и двинулась дальше. Артём вздохнул и последовал за ней, чувствуя, как по спине пробегает неприятный холодок.
«Может, она права, — подумал он. — Но тогда кто? И зачем? Почему я?»
Внезапно из темноты вынырнули две фигуры в длинных плащах с капюшонами. Они двигались бесшумно, но уверенно — явно знали, куда идут и зачем. Капюшоны скрывали лица, а широкие полы плащей почти не колыхались, будто их владельцы умели гасить любые лишние движения.
— Мира! — крикнул Артём, но было поздно.
Один из нападавших бросился на него, схватил за руку, рванул к себе. Холодная сталь коснулась кожи — Артём вскрикнул не столько от боли, сколько от неожиданности и страха. Второй атаковал Миру — та едва успела отпрыгнуть в сторону, её плащ взметнулся, как крылья хищной птицы.
Детектив отреагировала мгновенно. Она вскинула руку, прошептала короткое заклинание — в ладонь ударил огненный шар. Мира швырнула его в противника. Вспышка осветила переулок, на мгновение выхватив из тьмы бледное лицо под капюшоном: острые скулы, тонкие губы, глаза, горящие холодным огнём. Нападавший отскочил, зашипел что‑то неразборчивое, отступая в тень.
Тем временем первый схватил Артёма за запястье, резким движением провёл по коже ножом. На руке осталась тонкая чёрная линия, которая тут же начала расползаться, образуя сложный узор. Линии пульсировали, словно живые, и от них исходило слабое свечение.
— Что это?! — Артём отшатнулся, пытаясь вырвать руку. Ладонь похолодела, а по венам будто пустили ледяную воду.
Мира оттолкнула своего противника пинком в колено и бросилась к нему. Нападавшие переглянулись, развернулись и растворились в темноте, словно их и не было. Только эхо шагов ещё несколько секунд отдавалось в переулке, да ветер шевелил опавшие листья.
— Стой, не трогай! — Мира схватила Артёма за предплечье, осторожно осмотрела метку. Та слабо светилась в полумраке, пульсируя, будто живое существо. Детектив нахмурилась, провела над узором пальцами — воздух затрещал, наполняясь статическим электричеством. — Ещё один знак ритуала, — пробормотала она. — Они усиливают воздействие. Теперь процесс пойдёт быстрее.
Артём побледнел. Ладони вспотели, по спине пробежал холодок, а в груди сжалось от дурного предчувствия. Он сглотнул, пытаясь унять дрожь в голосе:
— Значит, они знают, где меня найти, — прошептал он. — Они следят за мной.
— И мы знаем, что они не остановятся, — Мира сжала его плечо. Её хватка была твёрдой, почти болезненной, но в ней чувствовалась поддержка. — Нужно действовать быстрее. У нас мало времени.
Она достала из кармана небольшой амулет — круглый, с вмонтированным в него тёмно‑фиолетовым кристаллом. Поводила им над меткой. Кристалл замерцал, потянулся тонкой нитью света в ту сторону, куда убежали нападавшие. Нить дрожала, как натянутая струна, и слегка гудела.
— Этот след приведёт нас к ним, — сказала она. — Но одного амулета мало. Нам понадобится помощь.
Артём сглотнул. В горле пересохло, а сердце билось так сильно, что отдавалось в висках.
— Чья? — спросил он настороженно.
Мира посмотрела ему прямо в глаза. В её взгляде читалась решимость и что‑то ещё — будто она заранее знала, что ему это не понравится.
— Есть один маг, — медленно произнесла она. — Старый знакомый. Специализируется на тёмных ритуалах. Знает все лазейки, все способы обхода защиты. Он может помочь расшифровать метку и понять, как остановить ритуал.
— Ты говоришь о Грегоре? — Артём нахмурился. В памяти всплыли обрывки слухов: «Он не держит слова», «С ним лучше не связываться», «Один раз попадёшь в его сети — не выберешься». Он невольно сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. — О том самом Грегоре, который продаёт проклятия на заказ? Который не гнушается ничем ради выгоды?
— Именно о нём, — кивнула Мира. — Он беспринципен, зато эффективен. И у него есть связи в самых тёмных уголках города. Если кто и сможет помочь, то только он.
Герой заколебался. В голове крутились предупреждения, которые он слышал о Грегоре. Но перед глазами стояла пульсирующая чёрная метка, напоминающая, что времени остаётся всё меньше.
«Но что делать? — думал Артём. — Если не обратиться к нему, я могу потерять последнюю жизнь. А если обращусь — кто знает, какую цену он потребует?»
— У нас нет выбора, — словно прочитав его мысли, сказала Мира. — Либо Грегор, либо смерть. Выбирай.
Артём глубоко вдохнул, выдохнул. В груди сжималось от тревоги, но он понимал: она права. Он распрямил плечи, стараясь унять внутреннюю дрожь.
— Ладно, — произнёс он твёрдо. — Веди к нему. Но если он попытается нас обмануть…
— Я разберусь, — перебила Мира. — Не волнуйся. Я знаю, как с ним говорить.
Она спрятала амулет обратно в карман и кивнула в сторону выхода из переулка. Ветер усилился, гнал по земле сухие листья, шуршал в водосточных трубах. Где‑то вдалеке завыла собака, и этот звук отозвался эхом в душе Артёма.
— Пойдём. Чем раньше начнём, тем раньше закончим. И тем больше шансов, что ты доживёшь до следующего рассвета.
Артём бросил последний взгляд на метку. Та всё ещё слабо пульсировала, напоминая о том, что угроза реальна, близка и не собирается отступать.
Они двинулись вперёд, в сторону более освещённых улиц. Фонари отбрасывали дрожащие круги света, тени скользили по стенам домов, будто следили за ними.
«Грегор, — мысленно повторил Артём. — Надеюсь, это не самая большая ошибка в моей жизни».
Глава 3. «Тени прошлого»
Ночь накрыла особняк тяжёлым бархатным покрывалом. В спальне Артёма было тихо, только дождь стучал в окно — то мягко, то резко, будто пытался что‑то сказать. Капли стекали по стеклу, рисуя неровные дорожки. В комнате пахло воском от потухших свечей и чуть‑чуть лавандой — Григорий перед сном разложил сухие цветы у изголовья, чтобы помочь хозяину уснуть.
Артём лежал в кровати, натянув одеяло до плеч, но сон не шёл. Он ворочался, переворачивался с боку на бок, взбивал подушку, но всё равно чувствовал себя взвинченным, будто внутри него что‑то натягивалось, как струна.
«Может, просто устал? — думал он. — Слишком много событий за последние дни. Но почему тогда так тревожно?»
Он закрыл глаза, пытаясь отключиться от шума дождя и собственных мыслей. Но вместо темноты перед ним вспыхнули обрывки воспоминаний — яркие, резкие, почти болезненные.