Вячеслав Гот – Тот самый (которого я не должна была любить) (страница 5)

– Вы сказали, мы едем к человеку, который знает о Волошине.

– Да. Ко мне домой.

– Я не пойду к вам домой.

– Пойдёшь, – сказал он спокойно, открывая дверь. – Потому что документы, которые тебе нужны, лежат в моём сейфе. А выносить их из дома я не намерен.

Я сидела, вцепившись в ремень безопасности, и чувствовала, как захлопывается ловушка.

– Вы специально это сделали, – сказала я тихо. – Привезли меня сюда, чтобы я не могла отказаться.

– Я привёз тебя в самое безопасное место в этом городе, – ответил он, обходя машину и открывая мою дверь. – Выходи, Элина. Обещаю, я не кусаюсь.

Я подняла на него глаза.

Он стоял, держа дверь открытой, и смотрел на меня сверху вниз. Свет подземного паркинга выхватывал жёсткие черты его лица, широкие плечи, уверенную позу.

Он был красивым. Этой неправильной, пугающей красотой хищника, который замер на мгновение перед прыжком.

И в этом было всё его правило: я пришёл за тобой. Я выбрал тебя. Ты можешь брыкаться, но всё равно пойдёшь со мной.

Я выдохнула, отстегнула ремень и вышла из машины.

Он закрыл за мной дверь, и звук удара металла прозвучал как финальный аккорд.

– Умница, – сказал он тихо, и в его голосе мне послышалось то, отчего кровь прилила к щекам.

– Просто покажите мне документы, – ответила я, проходя мимо него в сторону лифта.

Он догнал меня в два шага, оказавшись рядом. Ближе, чем нужно. Так близко, что я чувствовала жар его тела через ткань свитера.

– Не торопись, – сказал он, нажимая кнопку вызова. – У нас есть время.

– У меня нет времени.

– Есть, – он повернулся ко мне, и я снова попала в ловушку его взгляда. – Теперь у тебя есть всё время мира. Потому что я не отпущу тебя, пока не буду уверен, что ты в безопасности.

– Это может занять вечность, – выдохнула я.

Он улыбнулся. Впервые по-настоящему – уголками губ, чуть прищурившись.

– Я никуда не тороплюсь.

Двери лифта открылись. Он пропустил меня вперёд, и я вошла в зеркальную кабину, чувствуя себя мышью, которая только что добровольно забежала в мышеловку.

Потому что, когда он вошёл следом и встал за моей спиной – близко, слишком близко, – я поняла, что стена, которую я пыталась построить, рассыпалась ещё до того, как я начала её возводить.

Он уже был внутри.

В моей жизни. В моей голове.

И, кажется, начинал проникать туда, куда я никому не позволяла заходить.

– Этаж пентхауса, – произнёс он спокойно, и лифт плавно пошёл вверх.

Я смотрела на своё отражение в зеркальной двери и видела только его – тёмный силуэт за моей спиной, тень, которая обещала никогда не отпустить.

Правила его игры, – подумала я. – Они простые: он всегда на шаг впереди. И он всегда выигрывает.

Вопрос был только в том, сколько я продержусь, прежде чем перестану сопротивляться.

И что останется от меня, когда это случится.

Глава 3. Цена отказа

Лифт поднимался медленно, и я чувствовала каждую секунду этого пути.

Андрей стоял за моей спиной – достаточно близко, чтобы я ощущала тепло его тела, достаточно далеко, чтобы это нельзя было назвать прикосновением. И всё равно это было слишком. Слишком интимно для незнакомца. Слишком опасно для человека, которого я должна бояться.

Я смотрела в зеркальную дверь и видела только его отражение – широкие плечи, тёмную рубашку, спокойное, почти ленивое выражение лица. Он не смотрел на меня. Или делал вид.

– Сколько этажей? – спросила я, чтобы нарушить тишину.

– Двадцать три.

– Вы всегда живёте так высоко?

– Мне нравится обзор, – ответил он спокойно. – Видеть всё, что происходит внизу.

И контролировать, – мысленно добавила я.

Лифт остановился. Двери открылись в просторный холл с тёмным паркетом и панорамными окнами. Никаких лишних деталей – только дорогая мебель, строгие линии и тишина. Такая густая, что закладывало уши.

– Проходи, – сказал Андрей, жестом приглашая меня вперёд.

Я сделала несколько шагов и остановилась, разглядывая пространство. Квартира была огромной – гостиная терялась в полумраке, где-то в глубине угадывалась кухня из матового стекла и металла. Всё здесь дышало холодом и порядком. Ни одной лишней вещи. Ни одной случайной детали.

Как и он сам.

– Садись, – Андрей кивнул на диван из чёрной кожи. – Я принесу документы.

– Я постою.

– Как хочешь.

Он ушёл в соседнюю комнату, и я осталась одна. Вдохнула глубже, пытаясь унять сердцебиение. Всё в порядке. Я просто посмотрю документы, получу информацию и уйду. Ничего не случится.

Я подошла к панорамному окну. Город внизу казался игрушечным – серые коробки домов, ниточки дорог, крошечные машины. Отсюда, с двадцать третьего этажа, всё выглядело маленьким и неважным.

– Красивый вид, – раздался голос за спиной.

Я обернулась.

Андрей стоял в проходе, держа в руках толстую папку. Но сейчас меня интересовала не она. В свете, падающем из окна, я вдруг заметила то, чего не видела раньше – тени под его глазами, жёсткие складки у рта, напряжение в плечах. Он выглядел уставшим. Или… настороженным.

– Что-то не так? – спросила я.

– Всё так, – ответил он, подходя ближе. – Просто я редко привожу сюда людей.

– Поэтому здесь так… стерильно?

– Поэтому здесь безопасно.

Он протянул мне папку, и наши пальцы почти коснулись. Я отдернула руку быстрее, чем следовало, и он заметил это. В его глазах мелькнуло что-то – усмешка? разочарование?

– Боишься? – спросил он тихо.

– Нет.

– Врёшь.

– Я не боюсь вас, – сказала я твёрдо. – Я боюсь того, что вы можете сделать с моим расследованием.

Он хмыкнул и отошёл к окну, скрестив руки на груди.

– Смотри.

Я открыла папку. Внутри были документы – много документов. Снимки экранов, выписки со счетов, распечатки звонков, показания, взятые неизвестно кем и неизвестно где. Я пробегала глазами по строкам, и с каждой секундой лицо становилось всё бледнее.