Вячеслав Гот – Правила развода (не) для нас (страница 8)

Но я пыталась.

Я ходила на работу. Отвечала на звонки. Улыбалась коллегам. Делала вид, что всё нормально.

– Ты выглядишь уставшей, – сказала мне Лена, моя подруга и по совместительству коллега.

– Не высыпаюсь, – ответила я.

Она не поверила. Но не стала лезть. Хорошая подруга знает, когда не нужно задавать вопросов.

Я благодарна ей за это.

Днём я была функциональна. Ночью – разваливалась на части.

Снились сны. Всегда о нём. О том, как мы смеёмся. О том, как он держит меня за руку. О том, как мы сидим на балконе, и он играет на гитаре.

Я просыпалась в холодном поту. Или в слезах. Или просто лежала с открытыми глазами, слушая, как мама возится на кухне, и думая: «Где ты? О чём ты думаешь? Скучаешь ли ты?»

Я запретила себе писать ему.

Мы же решили. Мы же взрослые. Мы же договорились – не мучить друг друга. Не звонить. Не писать. Не искать встреч.

Развод – это чистая хирургия. Нужно отрезать и не смотреть.

Но сердце – плохой хирург.

Оно продолжает чувствовать там, где нужно просто забыть.

Сегодня я сорвалась.

Лена уговорила меня пойти в кафе после работы. Сказала, что мне нужно развеяться. Что сидение в четырёх стенах не поможет.

– Тебе нужно выйти из дома, – сказала она. – Сменить обстановку. Перестать думать о нём хотя бы на час.

Я согласилась. Потому что, если бы я отказалась, она бы всё равно меня вытащила. Лена умеет быть настойчивой.

Мы выбрали кафе в центре. Уютное место, где мы часто сидели с ней раньше. Маленькие столики, приглушённый свет, запах свежесваренного кофе и выпечки.

Я заказала американо. Лена – капучино и чизкейк.

– Рассказывай, – сказала она, когда мы устроились за столиком у окна.

– Не о чем.

– Кир, я вижу тебя насквозь. Ты худая, бледная и выглядишь так, будто не спала неделю. Это не «не о чем».

Я отхлебнула кофе. Горький. Без сахара. Раньше я пила с молоком и двумя ложками. Но после его ухода всё изменилось. Даже вкусы.

– Мы разводимся, – сказала я. – Через две недели будет суд.

– Я знаю. Ты уже говорила.

– Тогда зачем спрашиваешь?

– Хочу услышать, как ты себя чувствуешь. Не что происходит. А как ты.

Я посмотрела в окно. За стеклом шёл дождь. Мелкий, противный, как моё настроение.

– Я чувствую себя пустой, – сказала я честно. – Как будто из меня вынули что-то важное, а дыру залатали ватой. Вроде бы всё на месте, а внутри пустота.

Лена молчала. Ждала.

– Я люблю его, – продолжила я. – Глупо, да? Мы разводимся, а я всё ещё люблю.

– Это не глупо.

– Глупо. Потому что, если бы любовь была ответом на всё, мы бы не оказались там, где мы есть.

– А что случилось? – тихо спросила Лена. – Вы же были идеальной парой. Все завидовали.

Я усмехнулась.

– Идеальная пара. Да. Мы такими казались. Может, даже такими были. Поначалу.

– А потом?

– Потом… я не знаю. Мы перестали разговаривать. Не ссориться – именно разговаривать. Понимаешь? Раньше мы могли часами обсуждать всё на свете. Потом наши разговоры свелись к быту. Кто забирает химчистку. Кто идёт в магазин. Оплатил ли интернет.

– Это бывает. Рутина.

– Это не рутина, Лен. Это смерть. Когда ты просыпаешься рядом с человеком и не знаешь, о чём с ним говорить. Когда вы ужинаете в полной тишине, потому что сказать нечего. Когда ты смотришь на него и думаешь: «Кто ты? Я тебя не узнаю».

Я замолчала. Кофе остыл. Я не допила.

– А он? – спросила Лена.

– Что он?

– Он пытался что-то изменить?

Я задумалась.

– Нет. То есть… я не знаю. Может, и пытался. Но я уже не видела. Я уже устала. Мы оба устали.

Лена взяла меня за руку.

– Может, вы просто устали? Может, вам нужно отдохнуть друг от друга, а не разводиться?

– Мы уже всё решили.

– Решения можно менять.

Я покачала головой.

– Не в этот раз. Мы подписали документы. Через две недели суд. Всё.

Лена хотела что-то сказать, но в этот момент зазвонил её телефон. Она извинилась, вышла ответить.

Я осталась одна.

Сидела, смотрела на остывший кофе, слушала, как за окном шумит дождь, и думала о том, правильно ли мы поступили.

Может, Лена права? Может, нам просто нужно было время? Перерыв? Пауза?

Но кто даёт паузу в браке? Это же не театр. Нельзя сказать «антракт» и разойтись по своим углам, чтобы через полчаса встретиться снова, отдохнувшими и готовыми играть дальше.

Или можно?

Я не знаю.

Я ничего не знаю.

Я подняла глаза и…

…увидела его.

Он стоял у входа.

В том самом пальто, которое я выбирала ему в прошлом году. С мокрыми волосами – попал под дождь. В руках – зонт, который я подарила на день рождения.