Вова Бо – Сожги Еще Что-Нибудь (страница 19)

— А чем больше площадь лезвия, тем больше…

— Поместится рун! — закончили мы одновременно.

— Мальчишки, — вновь закатила глаза Сильда.

Мы же, не сговариваясь, пожали с Генри руки. Мешочек с рубинами перекочевал в карман кузнеца.

— Так, накинешь десяточку эйба сверху, и твоё барахло я заберу под переплавку. Идёт?

— По рукам.

— Ба-а-ать! Я нашёл отличный металл, будет тебе корыто для свиней. Рейн, пошли, обкашляем детали.

Мы обогнули дом и вошли в складскую его часть. Я тут же заметил множество оружия, развешанного по стенам, слитки металла разных оттенков, инструменты и всякую рабочую мелочёвку.

— Так, для легкого оружия, — он выложил на стол подставку, обшитую чёрным бархатом, на которой лежал с десяток кинжалов. — Короткая рукоять без гарды, волнистое лезвие — сможешь как метать, так и резать. Цепь тонкая. Звёздный металл в основу, у него лучшая энергопроводимость, оружие будет слушаться тебя, как родного.

Он выбрал один из клинков и показал его мне. Немного вычурное, но довольно изящное и тонкое.

— О, эта кроха будет так свистеть, что враги будут срать в штаны от одного ее голоса, — продолжал Генри. — Нравится?

— Да, но я бы хотел вот эту форму.

Я выбрал другой кинжал — чуть длиннее клинок, зазубренное лезвие, вытянутое остриё. Похожим орудовал человек с жёлтыми глазами.

— О, да ты ценитель классики, — одобрительно хмыкнул Генри. — Этот малыш любит тишину, да. Но лишь до тех пор, пока не вопьётся в жертву. Потому что тогда она будет верещать с такой силой, что уже не заткнёшь.

— Думаю, подойдёт.

— Отлично. В сердцевину могу вставить катализатор, — на стол легла россыпь драгоценных камней. — Рунами не занимаюсь, но опытный мастер легко справится с такой заготовкой. Какой-нибудь стихией владеешь? Сможешь заряжать ею кинжал.

— Молния.

— Босс, поправочка…

А, точно.

— Нет, не молния. Скорее сфокусированная энергия. Чистая.

— А… — Генри отложил камешек, похожий на топаз. — Это не стихийка, это ты чисто своим эйбом бьёшь. Тогда только каменную кровь делать.

— Делать?

— Как у тебя с регенерацией? Пальцы быстро отрастают? — усмехнулся Генри.

Через пять минут мне отхреначили мизинец и средний палец. Причём не просто отрезали, а вырвали вместе с частью эйба. Буквально. Я потерял три единицы. Не энергии ядра, а именно эйба.

Пальцы полетели в замысловато разукрашенную коробку с изображением глаз, магическими печатями и рунами на каждой стенке. Генри дал мне бутылочку с кроваво-красным эликсиром, которую он назвал «универсальный самовоспроизводитель». Выпил — и уже через пять минут мои пальцы были на месте. Вообще никакой разницы. Только внезапно захотелось жрать.

Из коробки тем временем выпало два кристалла темно-бордового цвета. Со слов Генри, камни будут накапливать мою энергию и станут отличными проводниками. Но только в моих руках.

Вообще кузнечное дело в Логосе было каким-то кровавым. Опять же, в буквальном смысле.

Генри расплавил несколько слитков стали, на поверхности которой то и дело вспыхивали маленькие искры. А затем потребовал добавить туда моей крови. И ещё отдельно напитать энергией из ядра. Это сделает оружие индивидуальным, отзывчивым и послушным. Более эффективным в моих руках, нежели в чьих-либо ещё. То же самое провернули и со второй заготовкой.

На тесак же решено было использовать Лунное Железо. Со слов Генри, оно может впитать колоссальные объёмы эйба, но из минусов — нельзя будет добавить оружию каких-то сложных свойств. Но мне и не надо. Главное, чтобы с одного удара могло уменьшать проблемы наполовину.

Само по себе железо очень сильно резонировало с эйбом, поэтому раны от такого оружия очень долго не заживали и мешали жертве использовать способности. Идеально для охоты на оборотней, как сказал Генри. Не знаю, в шутку или… Неважно.

Закончив с покупками, мы добрели до местного рынка, где прямо с прилавка взяли парочку жареных шашлычков на шпажках. Сильда — парочку, я — парочку десятков, потому что после сверхбыстрой регенерации жрать хотелось неимоверно.

— Куда теперь? — спросил я.

— Теперь самое интересное, — ответила она, остановившись перед высоким зданием из матово-чёрного камня. — Храм Бездушного. Помнишь, я обещала тебе доступ к архивам. Пошли, покажу тебе нашу историю.

— Это обязательно? — скривился я. — Честно говоря, с богами у меня как-то не особо ладится.

— Какое совпадение. У Бездушного как раз не ладится с людьми. Может, вы на этом фоне даже подружитесь? К тому же, лишь узнав нашу историю, ты сможешь понять, зачем я тебя привела. Пришла пора объяснить, что тебя ждёт в ближайшем будущем.

Глава 10

Пожалуй, воспользуюсь твоим предыдущим предложением и просто спрыгну с утеса

Чёрный снаружи, чёрный внутри. Храм не пытался как-то привлечь своим внешним видом прихожан, скорее даже наоборот. Вся эта готическая архитектура больше отталкивала. Но при этом не было никаких шипов, гаргулий или ещё чего-то пугающего. Просто внутри всё выглядело каким-то пустым и безжизненным.

Лаконичный дизайн храма чем-то напоминал музей. Вдоль стен висели полотна, изображающие различные события, и это было как будто бы всё содержимое храма. Кроме нас двоих не было больше никого, даже священников или работников, не знаю как они тут называются.

— А где алтарь? Где статуя Бездушного?

— А нету, — пожала плечиками Сильда. — Вон, постамент стоит под статую, а самой статуи нет. Нет у Бездушного ни тела, ни лица, ни образа какого-либо. Пошли, покажу.

Она подвела меня к громадному полотну во всю стену. На нём был изображён седовласый мускулистый мужчина в белой тунике. В руках он сжимал сияющее копьё, которым пригвоздил к земле нечто странное. Больше всего это напоминало чёрное марево с множеством выступающих лиц без особых черт или деталей.

При этом все лица излучали гримасу боли, а марево словно бы пыталось куда-то уползти.

— Первобог уничтожает Бездушного и свергает его в Бездну, — прокомментировала Сильда.

— Очень интересно, но ничего не понятно.

— Первобог, он же праотец Семерых. Старших богов. Тут версии разнятся от религии к религии. Кто-то говорит, что Бездушный был его первенцем, отвернувшимся от отца, другие говорят, что братом.

— Вы же поклоняетесь Бездушному. Разве ваша версия не должна быть правильнее?

— Мы ему не поклоняемся. Мы его дети. Это разные вещи. Но если тебе интересно, наша версия в том, что Бездушный вообще не часть пантеона. Он простой смертный, восставший против богов.

Мы пошли вдоль полотен, где Сильда комментировала увиденное. На следующем был изображён огромный богоподобный рыцарь в черно-алых доспехах, от которого шли стройные ряды его мини-версий. С другой стороны полотна были люди, стоящие на коленях, скованные цепями.

— Миновар, бог войны, второй по старшинству после Эбола. И его армия спиритов, захватывающая простых людей. А вот тут появляется Бездушный, восставший против тирании Праотца и его детей.

На этом полотне Бездушный был изображён просто как человеческая фигура. Босой и в рваном тёмном плаще. Мы пошли дальше мимо картин, рассказывающих историю местного бога.

Бездушный восстал против Миновара и старших богов, которые на тот момент были просто богами. Затем началась кровопролитная война, в которой человечество терпело поражение за поражением.

И так до тех пор, пока Бездушный лично не прокрался в кузницу Эбола и не выкрал кровь Бога. В простонародье — эйб. Эбол не хотел делиться эйбом со всеми, так что спиритами становились лишь избранные и верные слуги богов. Бездушный же даровал его людям.

Но когда Эбол заметил пропажу, то проклял украденный эйб. Поэтому тот почернел. И получилось так, что потомки избранных и верных Семерым и Первобогу продолжали носить сияющий эйб, а вставшие на сторону Бездушного — чёрный.

Затем началась битва, в которой уже обе стороны начали нести потери. Но люди были привычны к горю и готовы были принести такую жертву ради свободы, а вот последователи Семерых испугались.

И тогда на землю спустился сам Первобог. Он принёс с собой Солнечное Копье, которым и поразил Бездушного. Но к тому моменту тот уже не был человеком, он стал героем. Символом для угнетённого человечества. А символ нельзя уничтожить. Поэтому Первобог скинул Бездушного в Бездну.

— Бездна — это нижний слой глубины, если что, — пояснила Сильда. — Никто не знает, насколько глубоко она находится. Из достоверных источников нет подтверждённых фактов, что кто-то спускался ниже седьмого слоя. О, а вот это моё любимое.

Мы подошли к последнему полотну, где фигура Первобога была нарисована призрачной. В этот раз он стоял, раскинув руки в стороны, с блаженным выражением на лице. А далеко внизу картина изображала цветущие луга, густые леса, бегущие прозрачные реки, людей со счастливыми лицами, причём как с белым, так и с чёрным эйбом вперемешку.

— Все померли и попали в рай? — ляпнул я первое, что пришло в голову.

— Лучше. Просто попали в рай. Великое Обновление. После битвы с Бездушным Первобог понял, что нужно положить конец резне, где не будет победителей. И потому он использовал высшее божественное заклинание Великого Обновления. Он принес себя в жертву, преобразив весь мир, стерев с него следы бесконечных битв, разрушений и катаклизмов. И создал новый мир, где все могли жить дружно и счастливо.