ВОРОН ВЕЩИЙ – Марена (страница 3)

Кассета стоила копейки. Он купил ее, больше из любопытства, чем с какой-либо конкретной целью.

В его квартире не было видеомагнитофона. Да и у кого он теперь был? Но Артём, упрямый в своих увлечениях, решил, что это знак. Он потратил полдня на поиски и наконец нашел на онлайн-барахолке старенький, но рабочий плеер. Приволок его домой, подключил к телевизору, стараясь не поцарапать глянцевый корпус своей новенькой плазмы. Древняя техника выглядела инородным телом рядом с современным дизайном.

С наступлением вечера, когда сумерки сгустились за окном и неоновые огни города зажглись вдали, Артём, заварив крепкий чай, вставил кассету. Щелчок. Привычное жужжание механизма. На экране появилось статическое мерцание, затем кадры запрыгали, словно старая пленка не хотела показывать то, что было на ней записано.

Изображение наконец стабилизировалось. На экране появился мужчина. Средних лет, с усталым лицом, глубоко запавшими глазами и редкими, седыми волосами, обрамлявшими лысину. Он сидел в полумраке, освещенный лишь тусклым светом, источник которого был неизвестен. Казалось, он сидел в какой-то захламленной комнате, на фоне чего-то вроде старого шкафа или полок. Но самое жуткое – его взгляд. Он смотрел прямо в камеру, сквозь нее, казалось, прямо в душу Артёма.

«Привет», – произнес мужчина хриплым, низким голосом, словно он давно не говорил. Его русская речь была чистой, но с неуловимым акцентом, который Артём не мог идентифицировать. «Ты же Артём, верно? Артём Прохоров».

Артём вздрогнул. Холод пробежал по спине. Он переключил канал, потом снова вернул на кассету. Мужчина все еще смотрел. Как он мог знать его имя? Это розыгрыш? Может, кто-то из знакомых решил подшутить? Но этот человек был ему абсолютно незнаком.

«Не удивляйся», – продолжил мужчина, его губы растянулись в тонкой, почти невидимой улыбке. – «Я знаю много чего. Например, знаю, что ты умер. Не сейчас, конечно. Но ты умрешь. Скоро».

Артём рассмеялся. Нервно, громко. «Что за бред?» – прошептал он вслух. –

«Какой-то сумасшедший. Или актеры, или…»

Мужчина на экране словно услышал его. «Ты не веришь мне. Это нормально. Никто не верит, пока не становится слишком поздно. Но я предсказал это тебе, Артём. И я предскажу тебе, как именно это произойдет».

Потом он начал говорить. Говорил странными, витиеватыми фразами, полными символов и метафор.

«Начнется с малого. С невинной ошибки, которую ты сочтешь случайностью. Кофе будет пролито. Не в твою кружку. А на твои новые кроссовки. В среду. Ты отмахнешься от этого, но это будет первый звоночек».

Мужчина замолчал, его глаза продолжали сверлить Артёма. Изображение зашипело, на мгновение стало черно-белым, потом исчезло вовсе. На экране снова появилось статическое мерцание.

Артём вытащил кассету. Его сердце билось учащенно. Это было… очень странно. Он перекрутил в голове все возможные варианты. Это же просто случайность, да? Совпадение? Но откуда мужчина знает его имя?

Он попытался найти информацию о мужчине в интернете, вбил «видеокассета предсказание смерть» – ничего. Никаких новостей о подобных розыгрышах, никаких странных сообществ. Только паранормальные форумы, которые он быстро закрыл, посчитав их бредом.

В конце концов, Артём решил, что это чья-то очень изощренная шутка, возможно, связанная с его онлайн-активностью или с каким-то его старым знакомством. Он отложил кассету в сторону, попытался вернуться к работе, но образ мужчины, его взгляд и хриплый голос не выходили из головы.

Вторник прошел без происшествий. Артём списал все на разыгравшееся воображение и лег спать, убеждая себя, что забыл о странной кассете. Но утром в среду, когда он, сонный, потянулся к своей кружке с только что сваренным кофе, его локоть задел ее край. Кружка опрокинулась. Горячий черный поток хлынул не на стол, а, каким-то невероятным образом, на его новые, белоснежные кроссовки, которые он неосмотрительно оставил на полу.

Артём замер. Кофе… кроссовки… среда. Как на пленке.

Его охватил холодок. Это же просто совпадение, подумал он, оттаскивая мокрые кроссовки в ванную. Нелепое совпадение. Но руки его немного дрожали.

Вечером того же дня, он позвонил своему лучшему другу Диме, с которым они знали друг друга со школы.

«Слушай, Дим, у меня тут кое-что странное произошло…» – начал Артём, стараясь говорить максимально спокойно. Он рассказал о кассете, о мужчине, о пролитом кофе.

Дима, программист, человек прагматичный до мозга костей, рассмеялся. «Ты что, обкурился, Артём? Какой-то вирусный ролик, подстава. Они сейчас научились собирать инфу о людях. Да ты сам, небось, все свои данные выложил в соцсетях. А про кофе… ну, кофе проливают каждый день миллионы людей. И кроссовки тоже пачкают. Среда – обычный день недели. Отпусти это».

Слова Димы звучали логично, но не успокаивали. Артём не был уверен, что смог бы найти в интернете данные о себе, которые бы позволили составить такое личное предсказание.

На следующий день, на работе, Артём почувствовал себя рассеянным. Он постоянно проверял почту, ожидая чего-то, сам не зная чего. Около полудня ему позвонила Лена, его девушка.

«Привет, любимый! Не хочешь вечером сходить в кино? Там новый ужастик вышел, ты же их так любишь».

«Эм… да, конечно. Только я, наверное, сам зайду за билетами. У меня сегодня какая-то дичь творится, не могу сосредоточиться».

«Что случилось?» – обеспокоенно спросила Лена.

Артём решил, что не будет ее пугать этой историей. «Да так, просто много работы, устал. Увидимся в восемь?»

«Договорились!»

Примерно через час Артём получил сообщение от Лены: «Дорогой, извини, но мне срочно надо поехать к маме, у нее проблемы с сантехникой. Кино отменяется. Очень жаль!»

Артём почувствовал укол разочарования. Он был так сосредоточен на своих мыслях, что забыл, что мужчина на пленке упомянул еще одну вещь: «Ты будешь ждать чего-то, что не произойдет. Надежда будет призраком, манящим тебя, чтобы потом исчезнуть. Ближе к концу недели ты поймешь, что даже радость может обернуться разочарованием, когда долгожданная встреча будет отменена в последний момент».

Его руки задрожали. Неужели? Это уже слишком много совпадений. Он достал кассету, снова вставил ее в плеер. Мужчина на экране посмотрел на него с легкой усмешкой. Артём прислушался к его словам снова, лихорадочно пытаясь запомнить каждую деталь. Мужчина произнес еще несколько фраз, не таких конкретных, как про кофе, но все равно тревожных.

«Ты потеряешь связь с тем, кто всегда был твоей опорой, из-за глупой ссоры. Слова, которые ты не хотел бы произносить, вырвутся наружу».

«На улице, в шумной толпе, ты будешь искать утешения в чужих лицах, но увидишь лишь равнодушие и тень того, кто ждет тебя».

«Твоя машина, твой верный конь, предаст тебя на перекрестке, когда ты будешь спешить. Металл заскрежещет, и ты ощутишь холод стали, но не тот, что убьет тебя».

После этих слов изображение снова зашипело и пропало. Артём сидел, сжав кулаки. Это уже не шутки. Это была настоящая, жуткая реальность. Он начал записывать на диктофон все слова мужчины, пытаясь расшифровать их, найти скрытый смысл.

Паранойя начала медленно, но верно, проникать в его сознание. Он стал обращать внимание на мелочи, которые раньше пропускал мимо. Каждая проезжающая машина, каждый случайный прохожий, каждый звук за окном казались частью какого-то зловещего плана.

Часть третья: Цепи неизбежности

Прошла неделя. Артём чувствовал себя выжатым лимоном. Он поссорился с Димой из-за пустяка, обменявшись едкими замечаниями, которые они оба обычно никогда не говорили друг другу. Дима бросил трубку, и Артём, несмотря на желание извиниться, не мог заставить себя набрать его номер. Связь, опора – потеряна.

А через несколько дней, когда он торопился на встречу с потенциальным клиентом, его машина заглохла прямо посреди оживленного перекрестка. Загорелся красный свет. Машины сигналили, водители орали. Артём, пытаясь завестись, чувствовал, как холодный пот стекает по спине. Он словно ощущал «холод стали», как и предсказывал мужчина, глядя на приборную панель. Ему чудом удалось откатить машину на обочину, избежав столкновения. Он опоздал на встречу, потерял клиента.

Лена стала замечать его странное поведение. Он стал замкнутым, нервным, постоянно смотрел по сторонам, словно ожидая подвоха. Однажды вечером, когда она пришла к нему домой, чтобы поддержать, он показал ей запись. Она смотрела, как и он, сначала с недоверием, потом с беспокойством.

«Артём, может, тебе стоит сходить к врачу? Нервы… стресс…» – начала она мягко. – «Это просто кто-то тебя разыгрывает. Интернет полон хакеров. Или…»

«Или что, Лена?» – перебил он ее, его голос дрожал от напряжения. – «Или это все правда? Как он знает обо мне? О кофе? О Диме? О моей машине? Это не может быть случайностью!»

Лена попыталась обнять его, но он отстранился. Ему казалось, что она не понимает, что она в опасности, если будет рядом с ним. Он был проклят, помечен.

С каждым днем предсказания становились все более личными, все более точными. Мужчина на пленке начал говорить о вещах, которые знал только Артём. О его детских страхах, о его мечтах, о его самых потаенных мыслях.

«Ты увидишь лицо того, кто тебя ждет, в собственном отражении. Не пытайся сбежать от него, ибо он – твой спутник».