Владислав Моисейкин – Хроники Алдоров. Горнило (страница 2)

– Спасибо… – прошептала она, и голос её дрожал. – Они… они его…

Она не смогла договорить, лишь беспомощно протянула руки, в которых безжизненно висел котёнок. Его шёрстка была взъерошена, а с окровавленной мордочки медленно капали на асфальт алые капли.

Адам, всё ещё опьянённый странной силой, шагнул вперёд, но Виктор опередил его. Леденящий ужас, сковавший его секунду назад, куда-то ушёл, сменившись внезапной и ясной уверенностью. Он медленно подошёл к девочке, его движения были плавными и осторожными, словно он боялся спугнуть хрупкое равновесие, установившееся в переулке.

– Дай мне его, – тихо сказал Виктор.

Девочка смотрела на него с недоверием, сжимая котенка сильнее.

– Я не причиню ему вреда, – сказал Виктор, и в его голосе прозвучала та же сталь, что была минуту назад у Адама, только приглушённая, мягкая. – Пожалуйста.

Она, колеблясь, протянула ему котёнка. Тот был тёплым и безвольным, словно тряпичная игрушка. Виктор взял его на руки, прижал к своей куртке. Он не думал, не анализировал. Его пальцы сами легли на взъерошенный бок, нащупывая под шёрсткой слабую, прерывистую вибрацию жизни. Он закрыл глаза, отгородившись от мира, от сирен, от испуганного взгляда девочки и от ликующего изумления брата.

Он просто захотел, чтобы это маленькое, измученное существо не умирало. Чтобы боль ушла. Чтобы всё стало как раньше. И свет ответил ему. Он полился из его ладоней мягким, тёплым, живительным потоком. Золотистое сияние, похожее на летнее солнце, окутало котёнка, заструилось по его шёрстке, сконцентрировалось на окровавленной мордочке. Виктор не видел этого – его веки были плотно сомкнуты – но чувствовал, как под его пальцами происходит чудо. Как сбитое, хриплое дыхание выравнивается, как напряжённое тельце расслабляется, наполняясь силой.

Прошло несколько секунд. Свет медленно угас, впитавшись в тело, словно вода в сухую землю.

И тут котёнок, который только что висел почти мертвый, дёрнулся. Он слабо чихнул, тряхнул головой, словно стряхивая остатки боли, и открыл глаза – ясные, зелёные и полные внезапного любопытства. Он огляделся, уставился на Виктора, сидящего с закрытыми глазами, и громко, требовательно мяукнул. Потом, словно решив, что опасность миновала, он перевернулся на лапки, ловко устроился на руках у мальчика и начал тереться о его куртку, громко мурлыча, словно ничего и не произошло.

Виктор открыл глаза. Он смотрел на ожившее существо у себя на руках, и его бледное лицо выражало растерянность. Он не чувствовал усталости, только странную, глубокую опустошённость, будто он отдал частичку себя, о существовании которой даже не подозревал. Девочка стояла, не двигаясь, прижав ладони к раскрытому рту. Слёзы текли по её щекам, но теперь это были слёзы облегчения и потрясения.

– Он… он жив, – прошептала она.

Адам подошёл ближе. Он смотрел то на мурлыкающего котёнка, то на брата. Ликующее изумление в его глазах сменилось чем-то более сложным – уважением, смешанным с лёгкой завистью.

– Ты его… починил, – сказал Адам, не находя других слов.

В этот момент в переулок, ослепляя фарами, въехала полицейская машина. Двое офицеров вышли, оглядывая тёмный, пустой проулок, залитый неестественным электрическим светом. Их взгляды упали на троих детей и на котёнка, который теперь весело пытался поймать лапкой молнию на куртке Виктора.

Старший из полицейских, широкоплечий мужчина с уставшим лицом, сделал несколько шагов в их сторону. Его напарник, помоложе, остался у машины, внимательно изучая окружающие дома.

– В чём дело, ребята? – спросил старший офицер, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась привычная власть. – Кто-то вас тронул?

Девочка сразу же бросилась к полицейскому, её слова полились торопливым, сбивчивым потоком.

– Они издевались над ним! – она указала на котёнка, которого Виктор всё ещё держал на руках. – Трое старших парней. Они пинали его, а когда я попыталась остановить, они окружили меня и стали угрожать. А потом… а потом эти мальчики пришли, они маги света, они прогнали гадов.

Она жестом показала на Виктора и Адама. Адам выпрямился, стараясь выглядеть взрослее, его взгляд был твёрдым и ясным. Виктор стоял молча, прижимая к себе котёнка, который устроился поудобнее и продолжал громко мурлыкать.

– Мы просто шли мимо и услышали шум, – чётко сказал Адам. – Они уже убежали. Вон в ту сторону.

Он показал рукой в противоположный конец переулка. Старший полицейский кивнул, бросив короткий взгляд в указанном направлении.

– Молодцы, парни, – офицер одобрительно покачал головой, и на его усталом лице на мгновение появилось подобие улыбки. – Поступили правильно, не прошли мимо. Жрецы Света такое дело одобрили бы – защита слабых, будь то человек или зверь. Главное всё в порядке?

– Всё в порядке, – быстро ответил Адам.

Полицейский ещё раз окинул их взглядом, остановившись на котёнке в руках у Виктора. Животное выглядело совершенно здоровым и довольным, без каких-либо следов недавних травм.

– Ладно. – Офицер повернулся к своему напарнику. – Пойдём, посмотрим, не зацепим ли мы этих хулиганов. А вы, ребята, расходитесь по домам. Уже темнеет.

Офицеры быстрыми шагами направились вглубь переулка, в сторону, где скрылись нападавшие. Скорость их движений выдавала профессиональный интерес – возможно, эти подростки уже были им знакомы.

Машина медленно покатила за ними, освещая фарами грязные стены и разбросанный мусор. В переулке снова стало тихо, если не считать довольного мурлыканья котёнка. Электрический свет от фонаря над их головами отбрасывал длинные, искажённые тени.

Трое детей остались стоять во внезапно наступившей тишине. Девочка смотрела на братьев с нескрываемым восхищением и благодарностью. Адам переводил взгляд с удаляющихся полицейских на Виктора, в его глазах читалось странное возбуждение от случившегося. Виктор же просто смотрел на тёплый, живой комочек шерсти у себя на груди, пытаясь осмыслить тот невероятный факт, что минуту назад этот котёнок находился на грани смерти, а теперь он был здесь, целый и невредимый, благодаря чему-то, что жило внутри них самих.

Тишину нарушил робкий голос девочки.

– Меня… меня Эбби зовут. – Она сделала небольшой шаг вперёд, её глаза, уже сухие, с любопытством изучали мальчиков. – Я живу вот в том доме. – Она показала рукой на один из многоэтажных домов, окна которого горели жёлтыми квадратами в сгущающихся сумерках.

Виктор медленно поднял на неё взгляд. Он всё ещё чувствовал странную пустоту внутри, будто часть его ушла вместе со светом, исцелившим котёнка.

– Я Виктор, – тихо представился он. – А это Адам.

Адам, услышав своё имя, наконец оторвал взгляд от конца переулка, где скрылись полицейские. Он кивнул Эбби, оценивающе её оглядев.

– Ты смело кинулась на троих, – заявил он, и в его голосе звучало одобрение. – Это правильно.

Эбби покраснела и опустила глаза.

– Я не могла просто так оставить его. Он же маленький… – Она снова посмотрела на котёнка, который, устроившись на сгибе руки Виктора, увлечённо вылизывал свою уже чистую лапку. – Спасибо вам. Огромное спасибо. Если бы не вы…

Она не стала договаривать, но все и так понимали, чем могла закончиться её попытка защитить животное. Эбби сделала ещё один шаг и осторожно протянула руки.

– Можно я… его заберу? Я попробую уговорить маму оставить его. Мы как раз думали завести котика.

Виктор посмотрел на тёплый комочек, потом на умоляющее лицо девочки. Котёнок словно почувствовал его колебания и жалобно мяукнул, уставившись на Виктора своими зелёными глазами. Мальчик медленно, почти нехотя, протянул его Эбби.

– На, держи.

Девочка бережно приняла животное, прижала к себе. Котёнок тут же уткнулся мордочкой в её куртку, продолжая громко мурлыкать.

– Я буду о нём заботиться, – торопливо пообещала она, гладя его по спинке. – Обещаю. Я его накормлю, и у него будет тёплый дом.

В этот момент Адам нетерпеливо дёрнул Виктора за рукав.

– Вик, нам пора. Домой. Сейчас самим влетит, если узнают, где мы были и что тут устроили.

Он был прав. Улица почти полностью погрузилась во тьму, и фонари зажигались один за другим, отбрасывая на асфальт длинные жёлтые круги. Мысль о родителях, которые наверняка уже начали волноваться, заставила Виктора вздрогнуть. Вечер, который начинался с беззаботной прогулки за сладостями, превратился во что-то невообразимое, и теперь им предстояло вернуться к обычной жизни, храня внутри страшную и прекрасную тайну.

– Да, – тихо согласился Виктор. – Пойдём.

Эбби смотрела на них, прижимая к себе котёнка.

– Вы… вы тоже тут рядом живёте?

– Через два квартала, – кивнул Адам. – Ладно, мы пошли. Смотри ты там… – он показал пальцем на котёнка, – чтобы с ним всё было хорошо.

– Обязательно! – Эбби улыбнулась им, и в её улыбке была вся искренняя детская благодарность. – Ещё раз спасибо!

Братья развернулись и зашагали прочь из переулка, оставив девочку одну с её новым питомцем. Они шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Воздух между ними загустел и стал тяжёлым от невысказанного. Они только что совершили чудо, но не могли ни с кем этим поделиться.

Адам шёл быстро, почти бежал, его плечи были напряжены, а кулаки – сжаты. Он словно нёсся навстречу этой новой, незнакомой реальности, готовый принять её вызов. Виктор плелся чуть позади, его взгляд устремился внутрь себя. Он чувствовал на своих ладонях призрачное тепло ушедшего света и слышал в ушах довольное мурлыканье спасённого существа.