Владислав Манюк – Ухватившие Удачу за хвост (страница 5)
небольшой блиндаж неподалёку, в который я пролазил с таким трудом, что пока погружался в него, исцарапал себе всё тело о бревна, что служили накатом.
Мы оставили мотоцикл в снегу, а рюкзаки поставили рядом. Внутри этого импровизированного блиндажа не было ничего, что можно было бы выпить или съесть после такой дороги. Я просто ждал, структурировал мысли, пелена сошла. Сейчас за мной придут мои бойцы и дальше я знаю, что делать. Скажу вам сразу, эта история не обо мне... Эта история о них, и как же я рад, что именно они — мои бойцы, а я — их командир, и мы одна семья. Я не успел опомниться, как Василёк, которого сменил Бурый и отослал за мной, уже приехал к блиндажу и звал меня, чтобы не проскочить мимо. Я отозвался. Он увидел, насколько медленно я выбираюсь из того укрытия, и просто схватил меня за бронежилет со спины и почти за шкварник вытащил из блиндажа одной рукой, потому что я не мог оттолкнуться ногой и медленно, по-пластунски, пытался оттуда выбраться. Он сгрузил все мои вещи себе, и мы тронули в обратную сторону. Я катил мотоцикл рядом с собой, наступая на две ноги, ещё не понимая тогда толком, что точно с ней произошло.
Если нога даёт на неё наступать, значит мы дойдём. В какой-то момент я ощутил, что моя левая нога, от колена и ниже, как тряпичная. Она держится, только если я наклоняюсь вперёд. А если делаю уклон в любую из сторон или назад, остро ощущал, что меня ничего не держит, и падал. Через двести метров я увидел, как впереди бегут ещё два моих бойца... Бурый так быстро доложил о происшествии и раздал настолько правильные приказы, что можно было писать по ним небольшой свод истинно верных решений и правил. И один из приказов был вы-
двинуться за мной из точки «А», чтобы скорее доставить в точку «Б». Один боец сразу же взял меня под руку, этим бойцом был Спайди. Я вам скажу, что нести на себе парня, который в броне весит за сто килограмм — дело не-простое. Но он взял всю опору со стороны больной ноги и шёл так, будто бы меня не ощущает и при этом заводил ненавязчивые разговоры, словно эта ситуация настолько банальная, что он железно знал, что делать.
В то время другой боец, а это был Зенит, взял мотоцикл, и они ровно поехали за нами, чтобы мы были в поле видимости. На тот момент я думал о трёх вещах... Хорошо, что небо чистое... У меня лучшие бойцы... И вы сами это знаете... Спасибо, Бурый, за оперативное и грамот-ное распределение команд, спасибо, Василёк, Спайди и Зенит, за то, что так быстро вытащили меня из ситуации, где я бы не справился сам в том состоянии... Мы проша-гали так около километра и по другую сторону железной дороги меня уже ждал мотоцикл «Урал». Меня посадили в деревянную ванну, что являлось люлькой у данного мотоцикла, и довезли до точки «А», чтобы полным со-ставом совершить эвакуацию в медицинскую роту.
Когда мы подъехали к нужной точке, при пересад-ке на другую технику я не удержался на ногах и снова упал, услышав третий хруст. В глазах потемнело. Мне казалось, что в открытых глазах бегают звёзды, но не от неба... Мои бойцы ринулись ко мне, но я сказал им продолжать сборы для осуществления эвакуации, потому что в тот момент они ничем не могли мне помочь. Я лежал на снегу и пытался вспомнить, как видеть глазами, и пытался забыть эту боль. Спустя десять минут попросил их поднять меня и усадить в люльку. Всё это время лежал на снегу и пытался прийти в себя. Это была одна из
самых холодных ночей за всё время. Но я ехал обратно и не думал о холоде, потому что с ним уже научился договариваться, и не думал о ноге, потому что самый раз-рывающий меня момент уже пережил в точке «А».
Кто бы и как не ознаменовал эту главу, считаю, что эта глава исключительно про моих бойцов. Про то, как они действуют в вынужденных и экстремальных ситуациях. Они сделали всё как по шпаргалке, будто бы они были готовы к этому всегда. Каждая секунда, каждое действие, распределение обязанностей, полный контроль ситуации и рассудка. Они знали всё. Они сделали всё. В тот момент, когда я ехал обратно, очень сильно ими гордился, потому что прокручивал всё снова и снова. Всю ситуацию и каждый шаг, и понимал, что они справятся со всем. Мы справимся со всем. Этой ситуации может быть и не должно было быть, но она напомнила мне, что я тоже человек... Человек, который должен постоянно учиться, а особенно на своих ошибках. И я безусловно сделал выводы из той ситуации, но ещё я увидел то, что описал выше. Я пообещал себе, что больше никогда не отпущу трезвую голову, пообещал внутренне своим бойцам, что никогда больше не поставлю их в такую ситуацию и буду только опорой. А они показали мне, что никогда не бросят своих, ни при каких обстоятельствах и трудностях.
Спасибо, Бурый, что ты взял на себя ту ответственность в моменте, которая присуща только командиру, лидеру и человеку с несгибаемым стержнем, каковым ты и являешься. Твой пример терпимости и грамотности действий и многого другого ещё долго будет мотивиро-вать меня, как твоего друга, командира и товарища, и я никогда этого не забуду. Ты по всем заслугам достойный командир и наставник нашего взвода.
Спасибо, Василёк, Зенит и Спайди, за огромную силу воли, братское единство, грамотность распределения обязанностей при выполнении эвакуации, за то, что вы незамедлительно оказались рядом и в тот момент были поддержкой и опорой для меня. Спасибо за решительность, непоколебимость и постоянную оценку ситуации в моменты моих падений и на протяжении всего пути и службы.
Мужчины, я ВАМ искренне благодарен за всё то, что ВЫ сделали для меня и для нашего взвода. Потому что знаю, как и знал всегда, что ВЫ всё сделаете правильно и даже в моменты моего отсутствия сможете выполнить любую задачу и перенести любую сложность. А если что-то и не сможете, то я всегда с вами на связи, мысленно рядом и уже тороплю врачей, чтобы лечили меня быстро и хорошо, чтобы поскорее вернуться к вам. Мы вместе пришли, вместе и уйдём.
Город
засыпает,
мафия
просыпается
Эта история про отношение к жизни. Пишу её поздно ночью не потому, что мне так хочется или нечем заняться, скажу больше, я очень даже устал и хочу спать.
В окопах, когда становится холодно, вся живность, а особенно мыши и крысы, начинают искать тепло. Так как мы, люди, не можем находиться там неделями без тепла, то конечно же, каким-то образом стараемся отап-ливать свою временную обитель. И во времена наше-ствий «ушастых друзей» я не мог спать ночами, потому
что они грызли всё, что стояло на их пути в блиндаж. Препятствиями они не считали ДСП, карематы, утепли-тели и многое другое, но при этом издавали такой звук, будто где-то работает мясорубка, потому что их было десятки и сотни. И так за ночь я ловил в мышеловку от двадцати до семидесяти мышей. Надеюсь, что сильно огорчаться от этого никто не будет. Потому что братья наши меньшие, забираясь внутрь, начинали грызть рации, тапки, еду, которую ты плохо спрятал, и так далее.
Но это лишь была предыстория, мои друзья! А сама история пойдёт совсем не о мышах. Не могу сказать, где я нахожусь, но в ближайшее время мне должны будут назначить операцию, и я только прибыл в это место. Как только я зашёл, увидел одного таракана, бегающего по полу. Конечно, я понял, что где один, там и много, но масштаб трагедии тогда оценить не мог по достоинству, пока не выключили свет и не нужно было ложиться спать...
После того, как свет потух, я увидел, как потолок становится звёздно-чёрным. Чёрные звёзды передвигались, и я уже даже стал забывать, в какой цвет всё было по-крашено когда-то. Все койки стояли у стены, и всё это звёздное небо с течением ночи и отсутствия света начало сползать всё ниже и ниже к нашим спальным местам. И я тогда подумал: ну почему так...
Каждый раз, когда они подползали по стене к месту, где у меня была голова, я вступал с ними в битву. Через пять минут на моём счету было уже десять выигранных сражений. Через десять минут я победил двадцать восемь тараканов. А через двадцать минут насчитал шестьдесят семь. Стена за моей головой была чёрной, потому что как только я побеждал одного, туда сразу же прибе-гали ещё три-четыре новых.
Я настолько устал, была дальняя дорога и много вопросов по здоровью на этот момент, что мне даже казалось, что у тараканов была своя тактика. Они работали, как ДРГ (диверсионно-разведывательная группа), маленькими группами по три-четыре солдатика заходили на позиции моей головы, чтобы, по ощущениям, вынести меня из данного учреждения, как будто бы я занял их место! Те, что были побольше, двигались медленно и не спеша. Но как только я предпринимал стремительную попытку их ликвидировать, их скорость увеличивалась в десятки раз, и они, лавируя змейкой, пробирались в укрытие и сидели там, где достать я их не мог.
У этих ребят была и другая тактическая группировка. Я назвал их десантниками. Как только пахло «жаре-ным», они просто десантировались со стены на пол, падали и издавали звук расщёлкнутой семечки и неслись по полу в любое неудобное для их поимки место, поскольку я на этот момент был не совсем подвижен, то погоню и не продолжал.
И вот уже совсем поздняя ночь, прошло примерно четыре часа, как я не могу уснуть. Смотрю на этот «звёзд-ный потолок», смотрю на этих «ребят», которые штур-муют моё изголовье, и про себя думаю: рано или поздно... мне придётся поспать. Мне нужно восстановиться и набраться сил. А другие ребята отдыхают. Эти маленькие пройдохи бегают по ним табунами, а мужики просто в сонном состоянии отмахиваются от причины своих беспокойств.