Владислав Баженов – Два, чтобы править (страница 2)

И ещё ходил слух — шепотом, в самых тёмных уголках таверн. Говорили, что был и десятый артефакт. Ведь неважно, маг ты, человек, оборотень или тёмное существо, гном или житель водных глубин — каждый подвержен алчности и жажде власти. И один из заговорщиков, стремясь превзойти остальных, отлил особый, тайный артефакт. Но эта история так и осталась сказкой. Никто не видел Десятого Артефакта, и уж тем более не знал, какой силой он обладает.

Извериус был совсем не похож на мага. Он не носил ни роскошных одежд, ни магического пояса. Его лицо украшала легкая небритость и шрам, тянущийся от правого уха до самого носа. Ростом он был невероятно высок — даже правитель Бесонт, стоя рядом, упирался ему носом в грудь.

На улице смеркалось, и Извериус направился в свою любимую таверну, чтобы выпить бокал вина и поиграть на монеты в «чашки» с местными работягами. Игра шла, как всегда, ему на руку. Ну еще бы — маг не может проиграть, хотя Извериус свято клялся в честной игре.

Вечер обещал веселое продолжение, но внезапно в таверну ворвались стражники. Доспехи их громыхали, нарушая уютный гул.

— Извериус! Тебя ждет правитель. Немедленно!

— Бравые воины, — усмехнулся маг, даже не оборачиваясь, — разве маг сам не знает, когда должен прийти к правителю? Я должен закончить партию. Да и во мне уже достаточно вина, быть может, я навещу его завтра.

Один из стражников, самый крупный, тяжелыми шагами подошел к Извериусу вплотную. Приоткрыв забрало, он прошипел так, чтобы слышал только маг:

— У нас приказ. Если нужно, я буду тащить тебя силой через всю таверну. А завтра ты не сможешь сюда прийти, ибо твои друзья-работяги будут ржать над тобой, как над последним пьяницей.

— Ха-ха-ха! — громко рассмеялся Извериус, и в его смехе вдруг послышался звон раскаленного металла. — Забавно. Знаешь, твои доспехи будут остывать ровно до завтра, когда я переступлю порог тронного зала.

— Что? — не понял стражник.

Но отвечать ему было уже нечем. Стальные латы на его теле вдруг густо налились багрянцем, будто их снова бросили в горн кузницы. Металл зашипел, коснувшись кожаной подкладки.

— А-а-а-а! — закричал стражник, судорожно срывая с головы раскаленный шлем. Его крик эхом разнесся по таверне. Товарищи бросились к нему, пытаясь стащить пышущие жаром наплечники и нагрудник, обжигая себе руки.

Извериус же спокойно допил вино и поставил бокал на стол со звоном, заглушившим на мгновение всю суматоху.

— Передайте Бесонту, — сказал он тихо, но так, что слова легли мертвой тишиной поверх криков. — Маг будет завтра.

И, кивнув перепуганным работягам, он вышел в сгущающиеся сумерки, оставив за собой таверну, полную хаоса и запаха горелой кожи.

Ночь опустилась на мир, пронзенная ледяной тишиной. Лишь изредка ее разрывал отдаленный рев драконов — существ, что давно уже не летали в небесах и не участвовали в войнах. По древним договоренностям, использовать драконов для нападения на соседние миры было строжайше запрещено, ибо они не оставляли после себя ничего, кроме пепла. Но каждый правитель, вопреки запретам, держал их в резерве — на всякий случай. У Ронкары их было шестеро. Больше, чем у кого бы то ни было.

В башне Извериуса раздался настойчивый стук.

«Ха-ха... Нетерпеливый старик», — усмехнулся про себя маг.

Он открыл дверь. На пороге, один, без своей неизменной стражи (та осталась у подножия башни), стоял правитель Бесонт.

— Как спалось, кузнец? — спросил Бесонт, и в его голосе звенела привычная ухмылка.

— Я не спал, мой друг. Я ждал тебя. Хотел поговорить без лишних ушей, — спокойно ответил Извериус. — Иного способа заманить тебя в мою берлогу я не придумал.

— А ты хитер, Извериус. Забавно, что ты до сих пор сомневаешься в моих способностях, Бесонт шагнул внутрь.

— Ладно, не об этом сейчас. Что будем делать с твоей ученицей? Я полагаю, ты уже в курсе, какую пургу она нагнала сегодня в тронном зале.

— Да, знаю. Но почему ты исковеркал ее слова? Почему «пурга», а не «видение»? Ведь она права, Бесонт. Ты будешь гореть, если не начнешь готовиться к войне.

Правитель замер. Ухмылка сползла с его лица.

— Что? И ты говоришь мне это только сейчас? Ты отправил ко мне эту юную нахалку вместо того, чтобы прийти самому и сказать прямо?!

— Не видел в этом нужды, — пожал плечами Извериус. — Она сказала тебе всё. Я бы не смог добавить больше — ведь это не мое видение. Но я только что проник в ее сон и подтверждаю: Гидеус готовит армию. Неидеально, но в быстром темпе. Он зол — Варс отказал ему, но это не значит, что он не найдет других союзников.

Бесонт медленно прошелся по комнате, его тень колыхалась на каменных стенах.

— Я настоятельно рекомендую тебе встретиться с братом, — продолжил маг.

— Да, я знаю, наш союз априори существует, но...

— Я настаиваю на заключении союза с печатью и подписью, скрепленной кровью. Формальности сейчас — это щит.

— Я не общался с братом десять лет, Извериус! Ты думаешь, он будет слушать чушь про то, что на нас кто-то нападет?

— Именно этого я и добиваюсь. Поэтому я отправлюсь с тобой, Бесонт. И я хочу взять с собой мою ученицу.

Правитель резко обернулся:

— Ей бы голову с плеч — за острый язык! Или горы золота — за то, что разглядела!

— Именно, — тихо добавил Извериус. В его глазах вспыхнул холодный огонь. — Так давайте начнем с золота. А голову... оставим Гидеусу.

Братский союз.

Брат Бесонта был младшим, и потому ему достался отнюдь не лучший мир. Кравана была окружена водой, что делало ее уязвимой и изолированной. Старший брат, поглощенный укреплением собственной власти, совсем не помогал в правлении. Из-за этого голод и болезни много лет атаковали его земли. Правителя звали Ностеб, и он давно затаил обиду на Бесонта, считая, что тот оставил его на произвол судьбы.

Нарма, просыпайся! Мы отплываем на рассвете!

— Что? Куда отплываем? Я боюсь воды! Да я и за границу мира ни разу не выходила! Что ты задумал, Извериус?

— Девочка моя, мы плывем с правителем и сотней его воинов к его младшему брату — заключать союз. И я хочу, чтобы ты была рядом со мной.

— Но зачем там я? Еще вчера правитель хотел снести мне голову, а уже сегодня я буду рядом с ним?

— Не переживай. Мы отправимся на другом корабле. Без пафоса и роскоши.

С восходом солнца корабли тронулись. Корабль правителя был быстрее, мощнее и красивее. А тот, на котором плыли маг и Нарма, был простым. Зато на нем было куда веселее. Со стороны могло показаться, что на носу и нет никакой войны, а Извериус и Нарма так вообще играют свадьбу: много вина, игры и мордобой среди матросов. Погода была прекрасная, море спокойное. Нарма и вовсе не успела испугаться воды — море встретило ее очень дружелюбно.

Плыть пришлось недолго, всего шесть ночей. Но за это время Нарма и Извериус знатно повеселились.

На корабле правителя царили совсем другие настроения. Бесонт пил вино в своем кабинете, рассматривал карту миров и пытался понять: какую же силу нашел Гидеус? Почему он осмелел? Что им движет? Он встал, глядя в окно на бескрайнее море. «Да-а... Я и сам мечтал воссоединить миры под моим началом. Но даже с моей армией это невозможно. Чем же обладает он, что так рьяно начал атаковать самого сильного игрока?»

Корабли достигли цели, и вот перед ними предстал мир Кравана. Бесонт ступил на землю и был поражен. Вокруг была такая чистота, по периметру — много стражи, все в новых доспехах. Новые, красивые здания украшали центр мира, на торговых лавках — куча еды и оружия. Жизнь кипела. Это был не тот убогий, голодающий мир, который он помнил.

Бесонт повернул голову и сказал Извериусу:

— Да-а... Тут все изменилось с моего последнего визита. Я думал, тут куда хуже, — произнес он с ноткой зависти и неловкости.

И вот из огромного тронного зала вышел правитель.

— О, мой брат! Как же ты долго плыл, когда ты был мне так нужен... Но это дело уже давно утонуло в морях. Теперь у нас все прекрасно. И вот он ты, на своем прекрасном корабле. Проходите в зал, стражу можно оставить на улице.

Тронный зал был полной противоположностью залу Бесонта. Тут было больше света, в горшках стояли деревья, плиты под ногами шли в шахматном порядке, колонны были белоснежными. Тут было столько деталей, что их можно было перечислять до утра. Превосходной красоты зал.

Как подобает правителю, Ностеб занял свой трон.

— Я слушаю вас. Меня разрывает любопытство: отчего же мой старший брат решил меня посетить? Неужто от глубокой братской любви? — в его голосе звучала легкая, но отчетливая насмешка.

— Послушай меня, брат. Меня заставило посетить тебя кое-что похуже любви. Грядет война между мирами, и я здесь, чтобы заручиться твоей поддержкой и заключить союз, в котором я буду уверен.

— Что? Война? Из-за своей паранойи притащился ты сюда? Я не желаю слышать слово «война» у себя в мире!

— Послушай, я понимаю, что мы — не лучшие подтверждение братской любви. Но мне нужен этот союз, — сказал Бесонт, стараясь сдержать раздражение.

— Вы можете остаться, погулять в моих садах, насладиться пиром, а после — отплыть. И можешь быть уверен: для моей помощи тебе нам не нужны формальности. Я и так помогу.

Шаг вперед делает маг. Он берет слово.

— Простите, повелитель, но это не домыслы и не паранойя. Я, как маг, подтверждаю: эта юная девица видела войну и кровь, в которые вы, волей или неволей, но будете втянуты. Вопрос лишь в том, на какой стороне. И именно для этого нам нужны доказательства больше, чем устное обещание.