Владимир Сухинин – Владыка запада (страница 51)

«Надо было мясо оставлять внизу», – понял Шрам, но было поздно что-либо предпринять. Шаги патрульного уже были слышны за скалой, и одна из женщин отчаянно громко замычала.

– Ты, тварь, – в ярости выдохнул Шрам и увидел, как напрягся патрульный, достал дротик и присел, затем подал знак остальным. Те поспешили и стали обходить скалу. – Пора, – зло и негромко выкрикнул Шрам.

Шаман запустил в сторону патрульных мешочек. В воздухе раздался хлопок, и по воздуху стало разрастаться серое облако.

Бандиты не мешкали, Шрам кинул дротик в патрульного, который приблизился, но попал в щит, благоразумно поставленный перед собой патрульным, однако облако нашло его, и он, задыхаясь, упал. Увидев, что на их товарищей напали, патрульные не стали нападать с ходу, они разошлись и перестали приближаться, они ждали. «Чего они ждут?» – подумал Шрам и догадался: у них амулеты для связи, они ждут подкреплений. Уходить самим – потеря добычи. Он обернулся на пленных. Там Ведьма сжимала горло кричащей девушке, она навалилась на нее всем телом и почти ее задушила. Нюхач держал дротик, направленный на остальных пленных, и они в страхе прижимались друг к другу.

– Не убей ее, – предостерег Шрам.

Он знал, что Ведьма любила мучить и даже до смерти замучить жертву. Она была помешана на мучениях и пытках. «Еще бы, – подумал Шрам. – Бывшая шалванка». Момент был крайне опасен. «Сколько еще тут сидеть, час, два или пару минут?» – промелькнули мысли у Шрама, и тут рядом появился молодой парень в простой домотканой одежде.

– Что, – спросил он, смеясь, – обложили вас?

Шрам среагировал моментально и ногой врезал парню в пах, нога его прошла насквозь, не причинив тому вреда.

– Не бузи, – осадил парень, – я пришел помочь.

– Если пришел, – хрипло и тихо произнес Шрам, – то помогай. Кто бы ты ни был, я не забуду.

– Я – Иль, хранитель отверженных, таких, как ты, Шрам. Прими мое покровительство, принеси мне в жертву вот эту, – он указал на пленницу, что почти задохнулась, – и я помогу тебе спастись. Скоро тут будет целый отряд озерных воинов.

– Иль, хранитель Озер? – недоверчиво переспросил, глядя на парня, Шрам.

– Бывший хранитель Озер, люди отреклись от меня. Я же помогу тебе стать больше, чем разбойником, ты получишь власть и силу.

Шрам поверил сразу. Он давно мечтал о больших делах и о собственном княжестве в горах.

– Я принимаю твое покровительство, Иль, – с жаром произнес он, – прими эту жертву в знак того, что я принял тебя. Ведьма, задуши ее.

Тихая возня дала понять, что Ведьма стала исполнять приказ главаря. Затем ноги жертвы пару раз судорожно дернулись, и девушка обмякла.

– Я принял твою жертву, – сказал Иль и вышел из-за скалы.

Тут же началась буря, которая окружила его, она начала медленно разрастаться и направилась в сторону патрульных. Те, не мешкая, отступили, вскочили на лошадей и умчались прочь.

– Иди за мной, – крикнул из бурана Иль, и небольшой отряд тронулся следом. Они прошли под прикрытием небольшой бури до безопасного места. И там Иль оставил бандитов и пленников.

Иль был доволен, он получил первых последователей и много энергии от человеческой жертвы.

«Почему я раньше не получал такие жертвы?» – подумал Иль и вернулся к себе. Его дом был вновь восстановлен. «Начало положено», – удовлетворенно подумал Иль и ухватил душу жертвы за шею.

– Следи тут за порядком, – приказал он. Дух девушки молча покорился и уплыл в хижину.

Утром Артем пришел в трапезный зал, сел и посмотрел на присутствующих за столом лордов. Тут была Дионисия, канцлер Хойскар и командир его дружины, жрица Мары Айгуль, бывшая рабыня брата царя, казначей. Артем махнул рукой, разрешая всем есть, и, обводя взглядом полный простых яств стол, спросил:

– А где мой советник Сунь Вач Джин? Его что, не пригласили на завтрак?

– Дорогой, – мягко улыбнулась Дионисия, – как только у твоего советника появилась служанка, он перестал приходить сюда, он ест среди слуг.

– Как это? – удивленно вскинул голову Артем. – Прошла всего неделя, как я отсутствовал, и такие перемены? Эта женщина взяла над ним власть?

– В некотором роде, – вновь улыбнулась Дионисия. – Он просто влюбился в нее и не отходит ни на шаг. Еще эта девочка – ее дочь. Я не знаю, стоит ли ее приблизить?

Артем покивал, слушая жену, и ответил:

– Я с этим разберусь.

Почувствовав зверский голод, он ухватил жареную утку с блюда, разломил ее руками, положил себе на тарелку и оглянулся в поисках чего-либо, чтобы вытереть жирные руки. Тут же подбежала служанка и подсунула ему свою голову.

– Убери это, – брезгливо повел рукой Артем и посмотрел на жену. – Дорогая, – произнес он, – а куда делись салфетки и вода для омовения рук?

– Я их разрешила не подавать, – спокойно ответила жена. – Мы живем по старым привычкам, – и улыбнулась.

Артем нахмурился и пальцем поманил служанку:

– Принеси воду, добавь туда немного вина для аромата и чистые тканевые тряпки. – Он сложил руки на столе и обвел взглядом присутствующих.

– А я могу рассказать сказку, – прерывая возникшую неловкую паузу за столом, произнесла Айгуль. Артем усмехнулся, но радости в его глазах не было.

– Я тоже могу рассказать сказку, – сказал он. – Жил один парень, который не хотел мыть руки, – начал Артем рассказ. – Он ел грязными руками и вытирал их о свои волосы. Потом он стал есть со стола без тарелок, и уже через некоторое время ему было удобно лежать на полу и жрать с пола. Когда его навестила мать, это случилось спустя пару месяцев, она вместо сына обнаружила повсюду грязь и большого хряка. Она решила, что сын завел себе свинью. Недолго думая, она позвала мясника, и он зарезал хряка. Мать прибралась, приготовила из свинины отличное блюдо и стала ждать сына… – Артем замолчал. Остальные тоже молчали, обдумывая слова царя.

– И что, сын пришел? – неожиданно раздался голос канцлера. Айгуль фыркнула:

– Как он мог прийти? Его же зарезали, он превратился в хряка.

– Как? За пару месяцев? – удивился канцлер. – Это сколько же нужно было жрать?..

– Да, – сокрушенно покивал Артем. – Все те, кто живет в грязи, рано или поздно становятся свиньями.

Дионисия стала пунцовой и опустила глаза, в это время служанки принесли в серебряной чаше воду и чистые холщовые тряпки. Артем ополоснул руки и вытер их салфеткой. Затем удовлетворенно произнес:

– Вот это хорошо.

Дионисия заметалась взглядом, ее руки тоже были в жиру, этот взгляд поймала другая служанка и подсунула ей голову. Царица машинально вытерла руки и застыла в немом страхе.

Артем не обратил на нее внимания. Он обратился к служанке:

– Ты не рабыня. Ты свободный человек. Тебя как зовут?

– Мелиссия, сир, – испуганно ответила та.

– Мелиссия, у тебя должно быть человеческое достоинство, тебя держат тут не за то, что ты угождаешь царям, а за твой труд. Хорошо работай и ничего не бойся. Но если ты будешь подобострастной и угодливой и в то же время работать будешь плохо, тебя выгонят.

Служанка испуганно вскрикнула и рухнула Артему в ноги, как мешок с картошкой, который кто-то случайно уронил.

– Не выгоняйте меня, сир! – завопила она, обхватив его ноги и начав покрывать сапоги поцелуями. Артем, пытаясь не задохнуться от такого напора, начал отталкивать ее, но она вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг. Все присутствующие в зале молча наблюдали за этой эпической битвой между служанкой и Артемом.

– Да оттащите ее от меня! – наконец не выдержал Артем, и воин-паладин, стоявший у входа в зал, бросился на помощь. Он схватил служанку за плечи и попытался поднять, но она вцепилась в его руку зубами и начала рыдать, как будто это был последний шанс в ее жизни.

– Сир, она кусается! – крикнул паладин, пытаясь удержать эту маленькую, но настойчивую бурю эмоций.

– Унеси ее отсюда, – приказал запыхавшийся Артем. Он старался оторвать от себя девушку и не навредить ей одновременно.

Воин-паладин напрягся, поднял служанку и буквально вынес ее на себе из трапезной залы. Служанка продолжала кричать и вырываться, пока не скрылась за дверью, оставив Артема в зале с еще более раздраженным выражением лица.

Артем обескураженно посмотрел на молчаливых, недоуменно смотрящих на него присутствующих.

– Человека можно избавить от рабства, – произнес Артем, – но рабство вытравить из него трудно. Если кто еще упадет под мои ноги или ноги царицы, будет изгнан из замка, – хмуро сказал он и достаточно громко, чтобы его услышали все слуги в зале, добавил: – Я требую хорошей, добросовестной работы, и только за это вы получаете плату. Ты сколько получила? – спросил он замершую статуей служанку, которая принесла ему чашу с водой. Та смотрела и молчала, словно окаменев.

– Говори! – приказала Дионисия.

– Нисколько, – срываясь в шепот, ответила помертвевшая девушка.

Артем посмотрел на канцлера. Тот понял его взгляд.

– У меня нет средств, сир, они у казначея, а он без вашего приказа не выдает жалование…

Артем кивнул и, качая головой, произнес:

– Знакомая история. Много начальства, но нет тех, кто проявит инициативу. Все прикрылись запретами и инструкциями. А если по-простому спросить: «Где результат-то?» То мне ответят: «Мы действовали по инструкции, и не наша вина, что ничего не получилось». Все как у меня в прошлой жизни. Беды есть, а ответственных за них нет. Ладно, я жду законы и предложения, сэр канцлер. Шевелись, не сиди сиднем, а то и тебя уволят, пойдешь к Хойскару денщиком.