Владимир Щербаков – Рамзес Корчагин (страница 1)
Рамзес Корчагин
Владимир Щербаков
© Владимир Щербаков, 2026
© Яна Кочева, иллюстрации, 2026
ISBN 978-5-0071-2427-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
В. Щербаков. ЮНОШЕСТВА ПРЕКРАСНЫЕ ГОДА
В. Щербаков. ИЗУМРУДНАЯ СТРАНА
В. Щербаков. ЛЕТИТ ДОРОГА ВДАЛЬ
В. Щербаков. ПОД ТУСКЛЫМ ФОНАРЁМ
В. Щербаков, А. Валиулина. КАЗАНСКИЙ АПОКАЛИПСИС
В. Щербаков, А. Валиулина. ПОБЕГ НЕ УДАСТСЯ
ЭВЕРГЛЕНД. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ
ЭВЕРГЛЕНД-2. НОВАЯ УГРОЗА
ЭВЕРГЛЕНД-3. ФИНАЛ
+ АНЖЕЛИКА СМИТ
Том 1. ЗА ТОБОЙ Я СЛЕДОВАТЬ ГОТОВ
Том 2. ЭВЕРГЛЕНД
Том 3. ВОЗВРАТ НЕИЗБЕЖЕН
Рамзес Корчагин наносит ответный удар
Вступление
В Зани наконец-то настало воскресенье. Это был тот редкий день недели, когда город словно выдыхал после шести дней лихорадочной суеты, когда даже самые отчаянные дельцы и бандиты позволяли себе хотя бы пару часов забыть о делах. Утро. На улицы города опустился густой, молочно-белый туман, который всегда казался Рамзесу живым существом: он лизал стёкла домов, заползал в подворотни, прятал от посторонних глаз грязные тайны этого района. Рамзес проснулся в своей маленькой квартире в дешёвом жилом кооперативе на краю города. Кооператив носил странное, почти издевательское название «Розовый фламинго», что подтверждалось выгравированным изображением экзотической птицы на фасаде здания — некогда изящным, а теперь облупившимся и похожим на насмешку над былыми амбициями. На диване были разбросаны вещи вчерашней (очередной) подруги: кружевные тряпки, туфли на шпильке, дешёвые бусы. Мебель перевёрнута, на столе — настоящий хаос из пустых бутылок, окурков и засохшей еды.
Корчагин открыл мутные, воспалённые глаза, с трудом сфокусировал взгляд на грязном потолке, вылез из-под дивана (видимо, туда он скатился во сне) и пробормотал сиплым, незнакомым даже самому себе голосом: — А вот и утро, бл*! Голова, моя голова… — Он схватился за виски, словно пытаясь удержать черепную коробку от неминуемого разрыва. Каждое движение отдавалось тупой, пульсирующей болью, во рту было сухо, как в пустыне Сахара.
Он с трудом приподнялся, пошатываясь, цепляясь за стены, словно пьяный матрос во время шторма, и пошёл к месту, где должна была висеть его куртка — к вешалке около двери из квартиры. Разумеется, её там не оказалось — она валялась в противоположном углу вместе с целой кучей ещё каких-то вещей: чьих-то джинсов, рваной рубашки и даже одного потерянного носка. Рамзес с трудом, переступая через обломки вчерашнего веселья, доплёлся до куртки, грубо схватил её и начал обшаривать карманы с такой яростью, будто от этого зависела его жизнь. В них не было ничего. Ни копейки. Ни даже завалящей мелочи.
— Так… Мои 2 тысячи рублей… Ну и где?! — Он замер, тупо уставившись в одну точку, а потом его воспалённый мозг начал медленно, как старая машина, прокручивать события вчерашнего дня. Вспышка: смех Элен, бокал дешёвого шампанского, какая-то бумага, которую он подписал не глядя. — Сука! Элен! — Начал звать он, сначала тихо, потом всё громче. — Элен! Иди ко мне, зайчик!
Но лишь молчание было ответом. Пустая квартира дышала сквозняком из разбитого окна. Никто не отзывался и никто не приходил. Рамзес открыл свой кошелёк — потёртый, кожаный, подаренный отцом много лет назад — он, конечно же, был пуст. Затем Рамзес запустил руку в потайной карман, который был специально пришит на подкладке куртки, где он хранил паспорт. Паспорта тоже не было.
— Обокрала, сука! — Догадался Рамзес, и его осенило: она вычистила всё до нитки. — А вчера ещё по-французски говорила, шлюха! «Мерси», «салью» — туда-сюда…
Корчагин оделся наспех, натянул на себя то, что ещё выглядело более-менее сносно: брюки с пятном от красного вина, рубашку без двух пуговиц, пиджак с вытянутыми локтями. Он подошёл к грязному, заляпанному и изгвазданному отпечатками рук зеркалу. Перед ним было странное существо: небритая физиономия с чёрными кругами под глазами, растрёпанные волосы, торчащие в разные стороны, наспех одетый мятый костюм и блудливая, совершенно неуместная сейчас улыбка. Рамзес снова вспомнил вчерашний день — как они танцевали на столе, как он хвастался перед ней своей «элитной» недвижимостью, — улыбнулся сам себе, а затем попытался открыть входную дверь. Но она была заперта, а ключа в замке не было. Корчагин опустил руку в тёплый карман брюк, пошарил там, вывернул его наизнанку, но ключа не оказалось и там.
— Бл*! — Выругался он громко, так, что эхо пронеслось по пустой квартире, и тут же пожалел о том, что вчера связался с Элен. — Ну и сука! — Он пнул ногой пустую бутылку, та отлетела к стене и разбилась.
Рамзес Корчагин присел на коврик возле двери — старый, выцветший, с дырой от сигареты — закрыл лицо руками и задумался о своей жизни. О том, как он, сын крупного бизнесмена, докатился до такой жизни. А затем, словно бы что-то невидимое, какой-то внутренний голос или ангел-хранитель, который ещё не окончательно бросил его, подсказало ему, как действовать дальше. Рамзес приподнял коврик — и о чудо! — обнаружил там ключ и аккуратно сложенную купюру в 50 рублей. Он улыбнулся — впервые за это утро искренне — и вышел на улицу, где, щурясь от бледного утреннего света, пробивающегося сквозь туман, направился в сторону ближайшего ларька.
Здесь на свои последние 50 рублей он купил бутылку водки — дешёвой, палёной, пахнущей ацетоном — и вернулся домой, где, будучи весьма довольным тем фактом, что всё-таки он нашёл деньги, с удовольствием опорожнил всю бутылку за пару минут, закусив собственным кулаком.
1. Неожиданный поворот событий
Рамзес Корчагин продолжал сидеть возле двери, прислонившись спиной к холодной стене, и всё ещё думал о своей никчёмной, бессмысленной жизни, когда в дверь внезапно постучали. Стук был требовательным, властным — таким стучат только люди, привыкшие, что им открывают немедленно. Он приподнялся, с трудом удерживая равновесие после выпитой на голодный желудок водки, посмотрел в мутный, заляпанный глазок и увидел… её! Это была Элен! Она стояла на лестничной клетке, поправляя волосы, и выглядела на удивление довольной.
Рамзес, движимый животной злостью и желанием высказать всё, что он о ней думает, распахнул было дверь, но к счастью, не успел снять дверную цепочку — эта старая привычка, оставшаяся ещё от отца, спасла его от немедленной расправы. Поэтому ему достаточно быстро удалось захлопнуть дверь снова, едва не прищемив пальцы. Дело было в том, что на лестничной площадке, кроме Элен, стоял ещё и местный участковый Дар Лимов — толстый, вечно небритый мужик с заплывшими глазами — в сопровождении нескольких полицейских в чёрной униформе.
— Гражданин Корчагин! — Рамзес услышал грубый, металлический голос одного из полицейских. — Открывайте дверь немедленно! Это официальное требование!
— Зачем? — решил он потянуть время, надеясь, что это какой-то глупый розыгрыш или ошибка. — Говорите так. Я вас отлично слышу и через дверь.
— Вы должны уйти из этой квартиры. У вас есть пять минут на сборы.
— То есть как это «уйти»? — Рамзес опешил, чувствуя, как внутри поднимается горячая волна паники и ярости. — Вы выгоняете меня из моей квартиры?! Это незаконно! Я здесь прописан!
— Не Вашей, Рамзес, — подключился в беседу участковый Дар Лимов, его голос звучал на удивление спокойно и даже с какой-то фальшивой жалостью. — А этой милой дамы, Элен. У неё на руках все документы. Так что не устраивайте сцен, собирайте вещи и выходите по-хорошему.
— Как это?! Здесь были прописаны вначале мои родители, а затем уже я, — ответил Рамзес, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног, и попутно, на подгибающихся ногах, начал отступать к балкону, словно загнанный зверь.
— Может быть, — согласился полицейский с лёгким, пренебрежительным смешком. — Но сейчас здесь прописана Элен. У нас есть официальная бумага с Вашей подписью, гражданин Корчагин. Подпись заверена. Или вы хотите сказать, что это подделка?
Рамзес замер. И тут его накрыло воспоминанием: вчера, когда он был уже мертвецки пьян, когда его сознание плавало где-то между реальностью и алкогольным бредом, Элен, ласково воркуя на ухо, попросила его подписать какую-то бумагу.
На последующие вопросы полиции —