Из людей, которых малость
Станет вскорости всеобщей,
И недолго ждать осталось.
Ныне кажется ужасным,
Взрослый муж с младенца телом,
Но, однако, это вскоре
Повсеместным станет делом.
Поначалу все росточком,
Что приличествует ребенку,
Измельчают постепенно,
Словно под одну гребенку,
А затем без остановки
Опускаться будут ниже,
Наконец дойдя до росту,
Меньше мыши станет иже.
И наверное, не будет
Уменьшения лимитом
Этот рост и, умаляясь,
Со сверчком или термитом
Люди смогут поравняться.
А потом, за этим следом,
Что случится – неизвестно.
Никому конец не ведом.
ФИЛОМЕНТА
О, неужели Аристон и здесь, в изгнаньи,
Обречен страдать от глупости людской,
От предрассудков и нелепых бредней?!
Неужто вправду можно взять любого,
Чей, скажем, нос поменьше бугорка,
Что украшает лик твой, и его,
Владельца носа, объявить уродом,
Грозящим гармоничности Вселенной,
Предвестником грядущих катастроф?
В комнату вбегают слуга Аргирос, Садовник и Привратник, услышавшие крики ужаса и явившиеся на помощь. Все трое неподвижно застывают в страхе.
АРГИРОС
Ужас!
САДОВНИК
Ужас!
ПРИВРАТНИК
Ужас!
АРИСТОН
Да, это я… Таков, каков я есть, и Коллидора,
Меня призвав, сказала, обещая,
Что примет и с рогами, и без глаз…
(Обращается к Коллидоре.)
Готова ль ты исполнить обещанье?
КОЛЛИДОРА
(не глядя на него, отвернувшись)
О да, готова я… Но только не сейчас…
Быть может, позже… Год иль два спустя…
Хотя вернее даже, через десять…
АРИСТОН
Ждать
Согласен я эоны, сотни тысяч лет, и буде
Супругами мы станем лишь в Аиде, и никак
Не раньше, с нетерпением стану
Считать часы и дни, что разделяют
Меня с тобой.
КОЛЛИДОРА
(радостно, не оборачиваясь)
Удачное решенье!
Придумать лучше трудно. Изберем Аид
Мы местом встречи, а пока придется
Томиться каждому из нас в разлуке с другом.
АРИСТОН
