Владимир Малый – Жерло (страница 4)
В конечном итоге разум и логика победили наивность и простодушие: Старх аккуратно усыпил приставленного к нему якобы для охраны «друга» и отправился в ту сторону, где скрылись остальные члены банды. Поскольку он уже успел ни по одному разу всех их вылечить от ран и запущенных болезней, то без труда шел по одному ему видимому следу собственной вложенной в них энергии.
То, что Старх увидел, войдя в наспех оборудованную пыточную, где во всю трудились его «друзья», так шокировало парня, что он едва не лишился рассудка. Эти же скоты в человеческом обличье поняв, что маски сорваны, как по команде бросились на него, понимая, что промедление для них подобно смерти.
И все же они не успели.
Одаренный просто забрал назад всю ту энергию, что отдал этим недолюдям, спасая их никчемные жизни.
Зарубцевавшиеся раны, конечно, назад не открылись, но вот ту боль и слабость, что испытывали при первой их встрече нелюди, Старх вернул им сполна. Поп
А юноша просто брал их энергию, и отдавал ее привязанным к лавкам и стенам людям, останавливая обильно текущую кровь, помогая заново отрастать ногтям и волосам…
Он тогда выжал своих «друзей» до состояния тысячелетних мумий, затем освободил всех пленных и пошел сдаваться властям, чтобы по закону ответить за совершенное им убийство.
До ближайшего представительства законной власти Старх добирался долго. Так долго, что на него трижды пытались напасть и ограбить. Этих заблудших овец благородный юноша усыплял и укладывал у стен ближайших зданий так, чтобы никто случайно на них не наступил. В мире и так оказалось слишком много зла, чтобы своими действиями или бездействием плодить его дальше.
Добравшись, наконец, до тех, кто должен был обеспечивать в столице закон и порядок, Старх сначала долго убеждал дежурного начальника караула в том, что находится в здравом уме и трезвой памяти. А когда уже почти преуспел в этом, назвал свое родовое имя, после чего был официально объявлен опасным сумасшедшим и к великому спокойствию своей души оперативно помещен под стражу.
Спустя примерно сутки в подвал обшарпанного караульного помещения заглянул очень эффектного вида благородный господин почтенного возраста. Посмотрев в глаза Старху, он весьма удивился и попросил молодого человека протянуть ему сквозь решетку обе ладони. Взяв пленника за послушно вытянутые руки, господин вздрогнул всем телом и даже отшатнулся назад, хватаясь за сердце.
– Вам нужна помощь? – забеспокоился Старх.
– Нет, юноша, – пробормотал благородный господин, – боюсь, что помощь понадобится тебе.
Какое-то время оба благородных одаренных стояли, молча глядя друг на друга.
– Впрочем, – прервал первым молчание пожилой господин, – если у тебя и есть ничтожный шанс выжить, то именно сегодня. Завтра, боюсь, не будет и такого. Если, юноша, Вы дадите мне слово вести себя благопристойно, я заберу Вас из этого неподходящего для нас обоих места и отвезу туда, где Вашей судьбой займется высшая инстанция.
– Для того я сюда и явился, – покорно склонил голову Старх.
Спустя час они уже оба стояли перед императором. А следующее утро Старх уже встречал в вонючем трюме старого корабля…
Глава 3
– Так вот кем был тот самый Призрак из команды Шепелявого! – изумленно таращась на Старха, задумчиво пробормотал Лис. – А ведь я думал, что туфту все гонят, мол, появился одаренный боевик в его кулаке, Призраком кличут за то, что иссиня-бледный… А сами они тебя Стархом называли. Это твое настоящее имя?
– Я на него откликаюсь, – грустно улыбнувшись, согласился подопечный Грамба.
Сам же старик в это время очень крепко задумался над самым насущным для себя вопросом: «чем он – старый воин – может помочь этому странному парню, способному десятками косить людей направо и налево?».
– Ну, ты, блин, хорош: на ходу подметки рвешь, – похвалил соседа Лис, – правильно отвечаешь. Слушай, из того, что про тебя молва доносила, ты ведь тоже свои цепи сбросить можешь, правильно?
– Не пробовал, – пожал плечами Старх, – скорее всего, смогу, если будет нужно.
– Призрак – это из-за цвета кожи? – уточнил верзила. – Она у тебя с рождения такая?
– В условной прошлой жизни я мало бывал на солнце. Это немного вредно для здоровья, но поначалу меня лечила бабушка, а потом я и сам стал с этим справляться. Думаю, что при желании я смог бы сделать цвет кожи примерно таким же, как у остальных, но не вижу в этом смысла.
– Тебя послушай, так ты все можешь… – ехидно подначил Старха Лис. – Только с совестью договориться не получается, если бы не ее муки, ты бы не здесь сидел, а закончил бы работу своих дружков – узнал бы куда делись сокровища ростовщика! До меня ведь эта история с воли тоже долетела – ты, правильный наш, спас одних душегубов от других. За день до этого те, кого ты в пыточной вылечил, перебили охрану, запытали до смерти старика-процентщика и всю его семью, и везде потом говорили, что ничего в доме не нашли, вот только никто им не верил. Так что, если бы ты додумался немного их поспрашивать, то уже был бы не благородным сидельцем, а богатым горожанином!
– С чистой совестью крепче спится! – прогудел громила, вновь закрывая глаза поворачиваясь к ним спиной. – Я в спячку, если начнется что-то нехорошее, а я сам не проснусь, бейте ладонью по уху – обычно это помогает.
– А ты в натуре чего-то ожидаешь? – тихо и очень серьезно уточнил Лис.
Здоровяк тяжело вздохнул и повернулся обратно.
– Посмотри на остальных, – глядя прямо в глаза Лису, проговорил гигант, – это не сливки общества, скорее – отбросы. Стоит только найтись главарю и сформироваться банде, и какого-нибудь одиночку переведут в разряд пищи. Потому что, пока толстый сохнет, худой сдохнет. А меня просто так не буди. Я большой, сильный и есть должен много. Очень-очень много…
После этого он снова лег лицом к толпе и сразу могуче и ровно задышал.
– Я читал, что на кораблях бывали случаи каннибализма, – подтвердил опасения великана Старх, – особенно, если капитан оказывался слаб духом и вспыхивал голодный бунт или все тихо и мирно бросали жребий, кого есть первым…
Лис недовольно посмотрел на еще более бледного, чем обычно, собеседника.
– Тебе-то чего переживать? Ты же можешь всех здесь высушить…
– Не могу. Даже, если они полезут меня убивать, чтобы потом съесть, я не смогу их убить. Сопротивляться буду, а убивать – нет.
– Ох уж мне эти бредни благородных господ, блин! – фыркнул Лис. – И как это вы еще не вымерли окончательно?
Эта реакция Мастера вора на слова Старха ничего не сказала юноше, но многое поведала Грамбу.
– А вор явно имеет козырь в рукаве, – тихо сам с собою беседовал старый воин, – даже обрадовался, что Старх не настроен убивать. Значит, он больше боялся соседа, чем всей толпы головорезов. Это значит что? Это значит, он способен за себя постоять, если речь идет об обычных людях. Да, этот парень, пожалуй, самый опасный разумный на судне: умный, хитрый и дальновидный.
– Ты сможешь делать так, чтобы мы не сильно слабели от голода? – уточнил Лис. – Ну, или хотя бы, чтобы крепко спали по очереди, и не просыпались от того, как сводит живот?
– Спать – да. Сытость я сотворить не смогу, но смогу немного снабдить энергией, если придется сражаться за жизнь.
– Уже, блин, что-то! – кивнул вор. – Тогда давай с тобой дрыхнуть по очереди. Ты ж не вырубишься, пока я сплю? А то проснешься, а тебя уже доедают! И ладно, если тебя, а если меня?! Давай-ка ты, благородный братишка, первый подрыхни, а я, глядишь, пока нам ужин раздобуду…
– Мы их сырьем есть будем? – невольно передергивая плечами, уточнил Старх.
При этом больше всего парня смущало то, как отзывчиво заурчало в животе при образе освежеванной крысы.
– Уверен, что здоровяк свою даже потрошить не станет! – хохотнул Лис. – Ты не переживай. Морская болезнь уже прошла, мутить перестало, скоро ты почувствуешь такой голод, что будет уже почти без разницы, кого и в каком виде есть. Сырые они, конечно, немного неприятные, но нужно будет съесть их быстро, пока никто не решился отнять…
– Я не уверен, что смогу драться из-за дохлой крысы, – растеряно покачал головой Старх, – лучше уж просто ее отдать.
– В таком случае отдавай мне или здоровяку, чтобы было кому защищать тебя, когда обессилишь. Мое дело – добыть и поделить еду, ваше с громилой – чтобы мы добрались до берега живыми и желательно целыми.
– А что потом?
– А потом будем крутиться и вертеться, как гадюка под вилами, чтобы как можно дольше не попасть в Жерло! Ладно, спи, давай! Как подойдет время твоей вахты, разбужу.
Заснул Старх мгновенно. Не помешали ни сырость пола, ни чувство голода, ни отсутствие уверенности в том, что он вообще проснется.
Теперь, находясь в относительной тишине Грамб смог хотя бы примерно разложить по полочкам всю полученную информацию.
Вторжение в воспоминания подопечного старый воин посчитал неприемлемым, поэтому все выводы и допущения делал только исходя из своих наблюдений и того небольшого рассказа, который он получил одновременно с двумя особо опасными преступниками.
Единственным упомянутым близким человеком или родственником была бабушка. Она тоже была одаренной и могла поправлять его здоровье. Если его кожи практически не касались солнечные лучи, следовательно, он либо был заточен в каком-нибудь подземелье, либо, его прятали от лишних глаз. И судя по тому, как первый же встречный одаренный отреагировал на Старха, он оказался легко узнаваемым ходячим сюрпризом. А поскольку, юноша находится на корабле смертников, сюрприз для императора вышел не самым приятным.