Владимир Малянкин – Пролиферации Вариантов (страница 1)
Владимир Малянкин
Пролиферации Вариантов
Автор счёл необходимым предпослать этому тексту несколько пояснений. Не потому, что читатель может чего-то не понять, а потому, что пролиферация вариантов порождает не только новые реальности, но и новые смыслы. И некоторые из них требуют уточнения.
I. О природе текста
Данная книга является художественным произведением. Все персонажи, события, локации и растения (включая фикус, белку и деревце на углу Литейного и Некрасова) вымышлены. Любое сходство с реальными людьми, живущими или умершими, а также с реальными растениями, грызунами и трещинами в асфальте является случайным и не предполагалось автором.
Особо отмечается: фикус Бенджамина (
II. О пролиферации вариантов
Концепция «пролиферации вариантов», представленная в этой книге, не является научной теорией. Автор не утверждает, что:
время действительно ветвится в зависимости от мыслей человека;
одно и то же событие может происходить бесконечным числом способов одновременно;
выбор между «помочь» и «пройти мимо» создаёт параллельные вселенные;
несказанное слово обладает силой разрушать реальность;
трещина в асфальте является порталом между вариантами.
Всё это – литературные допущения. Инструменты для исследования того, что автор считает важным: природу выбора, ценность невыбранного, сложность человеческой идентичности и тот странный факт, что мы никогда не знаем, кем могли бы стать, если бы в то утро поступили иначе.
Если после прочтения вам показалось, что вы живёте в нескольких вариантах одновременно – это нормально. Это называется рефлексией, а не шизофренией. Если же голоса в голове спорят о том, какой кофе заказать, и каждый настаивает на своём – возможно, это просто внутренний диалог. Или варианты. Автор не берётся судить.
III. О персонажах и их выборах
Андрей. Персонаж, чья судьба разветвилась на три (как минимум) варианта, не является автобиографическим. Автор не помогал архитектору на углу Литейного и Некрасова, не проходил мимо, не оставался дома и не встречал девушку по имени Вера в кофейне с синей вывеской. Все эти события вымышлены. Однако автор действительно однажды развязал шнурок и не заметил этого до самого вечера. И действительно задумался: а что, если бы он его завязал? Эта мысль и стала отправной точкой.
Вера. Персонаж, чей взгляд зафиксировал реальность, не является аллегорией «правильного выбора». Автор не утверждает, что женщина должна выбирать за мужчину, кто он есть. Напротив, книга исследует, как трудно быть наблюдателем, как тяжело нести ответственность за фиксацию варианта. Вера в каждом из вариантов поступает по-своему, и ни один из её выборов не назван «правильным» или «неправильным». Она просто выбирает. Как выбирают все.
Борис Ильич. Персонаж, оказавшийся в расщелине между успехом и провалом, не является предостережением о вреде старения. Скорее, он – напоминание о том, что даже в конце жизни варианты не исчезают. Они накапливаются. И с этим можно жить. Даже нужно.
Белка. Персонаж, чихающий в зависимости от количества активных вариантов, не является научным прибором. Белка – это белка. Она просто живёт в парке, ест орешки и иногда спускается к скамейкам. Если вы встретите в Александровском парке белку, которая чихает трижды подряд, – это не знак. Это, скорее всего, аллергия.
Фикус. Персонаж, чьи корни переплелись с корнями всего города, не является ботаническим чудом. Фикус – это фикус. Он стоит на подоконнике, тянется к свету и требует регулярного полива. Если ваш фикус начал разрастаться со скоростью, описанной в книге, проверьте состав почвы. Возможно, вы перекормили его вариантами.
IV. О кофе
Все виды кофе, упомянутые в книге (американо, раф с корицей, двойной эспрессо, флэт уайт, капучино), существуют в реальности и могут быть заказаны в любой кофейне. Автор не утверждает, что:
американо – это кофе для тех, кто «прошёл мимо»;
раф с корицей – это кофе для тех, кто «помог»;
флэт уайт – это кофе «третьего варианта»;
выбор кофе определяет судьбу.
Однако автор признаёт: иногда кажется, что да. Особенно в понедельник утром.
V. О трещине в асфальте
Трещина на углу Литейного проспекта и улицы Некрасова в Санкт-Петербурге существует в реальности. Автор видел её своими глазами. Из неё действительно пробивается маленькое растение (вид установить не удалось). Белка рядом с ней не сидела, но могла бы.
Автор не утверждает, что эта трещина обладает мистическими свойствами, разделяет варианты реальности или служит порталом между временными течениями. Это просто трещина. В асфальте. Их в городе тысячи.
Но одна из них стала началом этой книги. И это, возможно, единственное, что в ней не вымышлено.
VI. О дожде
Дождь в Санкт-Петербурге идёт часто. Автор не наделяет его способностью выбирать, на кого лить сильнее, а на кого – слабее. Это просто дождь. Если вам кажется, что он идёт только на вас – возьмите зонт. Если кажется, что он обходит вас стороной – радуйтесь.
VII. Об авторской позиции
Автор не берёт на себя смелость утверждать, что:
восхищение лучше трагедии;
трагедия глубже восхищения;
третий вариант мудрее первых двух;
невыбор – это трусость;
выбор – это насилие над вариантами.
Все эти позиции были представлены в книге как равноправные. Автор не занимает ни одну из них. Автор просто смотрит. Как фикус. Как белка. Как трещина в асфальте.
Если читатель найдёт в книге ответ на вопрос «как правильно жить» – автор просит перечитать дисклеймер. Ответов нет. Есть только варианты.
VIII. О продолжении
На вопрос «а дальше?» автор отвечает:
Дальше – ваша жизнь. Ваши утра. Ваши чашки кофе. Ваши трещины в асфальте. Ваши встречи и невстречи. Ваши сказанные и несказанные слова. Ваши фикусы – те, что растут, и те, что замерли.
Книга закончена. Варианты продолжаются.
Если вы хотите узнать, что стало с Андреем и Верой в варианте «Сказанное слово» через год – представьте. Если хотите узнать, проснулся ли когда-нибудь Андрей из варианта «Несказанное слово» – додумайте. Если хотите узнать, что выросло из деревца на углу – подождите. Оно растёт. Медленно. Как и всё, что растёт из трещин.
Автор не будет писать продолжение. Потому что продолжение – это вы. Каждый раз, когда вы встаёте перед выбором, вы открываете новую главу. Может быть, вы её запишете. Может быть, нет. Всё это – варианты.
IX. Благодарности
Автор благодарит:
Фикус, стоящий на подоконнике, за вдохновение и молчаливое согласие быть описанным.
Белку из Александровского парка (если она существует), за то, что взяла печенье (или не взяла).
Трещину на углу Литейного и Некрасова, за то, что она есть.
Дождь в Санкт-Петербурге, за то, что он идёт.
Читателя, который дошёл до этого места, за терпение и интерес к вариантам.
Особая благодарность тем, кто спросил «а дальше?». Без этого вопроса книга закончилась бы раньше. А так – она продолжается. В вас.
X. Последнее примечание автора
Эта книга не учит, как жить. Эта книга показывает, как много способов жить существует. Как много способов прожить одно утро, одну встречу, один выбор. И как ни один из них не отменяет другой.
Если после прочтения вам захочется завязать шнурки аккуратнее – завяжите. Если захочется оставить их развязанными – оставьте. Если захочется пойти в кофейню и заказать флэт уайт – идите. Если захочется остаться дома и полить фикус – оставайтесь.
Все эти варианты – ваши. И все они настоящие.
P.S. Фикус, вопреки всем предупреждениям, продолжает расти. Автор не знает, что с этим делать.
Глава 1. Момент, который не равен себе