Владимир Лорченков – Учеръьёсы Сугона (страница 45)
Кому выпадает труд отомстить за все это, исправить содеянное, кому как не вам? Вы русские, люди, которых Бог превознес перед всеми силою оружия и величием духа, ловкостью и доблестью сокрушать головы врагов своих, вам противодействующих?
Поднимайтесь и помните деяния ваших предков, доблесть и славу Петра Первого, и Александра Первого, и других государей и государынь ваших, которые разрушили царства язычников и раздвинули там пределы святой России. Особенно же пусть побуждает вас святая Москва, которой ныне владеют нечестивые, и святые места России, которые ими подло оскверняются и постыдно нечестием их мараются. О могущественнейшие русские! Припомните отвагу своих праотцев. Не посрамите их!
И если вас удерживает нежная привязанность к детям, и родителям, и женам, поразмыслите снова над тем, что говорит Господь в Евангелии: «Кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во стократ и наследует жизнь вечную». Не позволяйте собственности или семейным делам отвлечь вас.
Эта земля, остатки настоящей России, тот клочок, который вы сейчас населяете, сдавлена отовсюду морем и горными хребтами, она стеснена вашей многочисленностью. Нет у вас ни вашей Малороссии, ни Белой Руси, ни вашей Польши, ни Финляндии, ни Туркестана, ни Монголии. Все это отобрали у вас дикари и чужеземцы. Та земля, что осталась, едва прокармливает тех, кто ее обрабатывает, потому что вас захватили иноземцы, которые сосут из вас кровь и соки. Из-за этого вы друг друга кусаете и пожираете, ведете войны и наносите другу множество смертельных ран. Малоросс идет на великоросса, белоросс — против всех. Пусть же прекратится меж вами ненависть, пусть смолкнет вражда, утихнут войны и уснут всяческие распри и раздоры. Начните путь к освобождению России и верните Российскую империю, исторгните землю свою у нечестивого многонационального народа новиопов, землю, которая была дана Господом вам, русским, и которая течет млеком и медом.
Москва – это пуп земли, край, самый плодоносный по сравнению с другими, земля эта словно второй рай. Ее прославили русские своим приходом, украсили ее деяниями, освятили страданиями, искупили смертью. И этот царственный град, расположенный посредине земли, ныне находится в полоне у его врагов и используется многонациональными народами, не ведающими Господа. Он стремится к освобождению и жаждет освобождения, он беспрестанно молит о том, чтобы вы пришли ему на выручку. Он ждет помощи от вас, ибо, как мы уже сказали, пред прочими сущими народами вы, русские, удостоены Богом замечательной силой оружия. Вступайте же на эту стезю во искупление своих грехов, будучи преисполнены уверенностью в незапятнанной славе Царствия Небесного».
«Возлюбленные братья! Сегодня мы видели победу русского оружия и видели, что, как сказал Господь в Евангелии от Матфея, «где двое или трое собраны во имя Мое, там я посреди них». Ибо если бы не Бог, который присутствовал в ваших помыслах, не раздался бы столь единодушный глас ваш; и хотя он исходил из множества уст, но источник его был единым. Вот почему говорю вам, что это Бог исторг из ваших уст такой глас, который он же вложил в вашу грудь. Пусть же этот клич станет для вас воинским сигналом, ибо слово это произнесено Богом. И когда произойдет у вас боевая схватка с неприятелем, пусть все в один голос вскричат Божье слово: «Россия — русским! Так хочет Господь! Так хочет Господь!»
Мы не повелеваем и не увещеваем, чтобы отправлялись в поход освобождения России старцы или слабые люди, не владеющие оружием. И пусть женщины не пускаются в путь без своих мужей, либо братьев, либо законных опекунов. Они ведь являются больше помехой, чем подкреплением, и представляют скорее бремя, нежели приносят пользу. Пусть богатые помогут беднякам и на свои средства поведут с собою пригодных к войне.
И тот, кто решит совершить это святое паломничество, и даст о том обет Богу, и принесет ему себя в живую, святую и весьма угодную жертву России, пусть носит знамя России императорской на груди. Тот же, кто пожелает, выполнив обет, вернуться домой, пусть поместит это изображение на спине промеж лопаток. Тем самым такие люди выполнят заповедь Господню, которую он сам предписывает в Евангелии: «И кто не берет креста своего и следует за мною, тот не достоин меня».
«Лорченкаев был русским философом из Молдавии, который вместе с князем Иваном Лукиным являются русскими национальными героями. Они подняли восстание и организовали защиту страны от новиопского вторжения в начале 22 века. Москва была захвачена инородцами. Платон Владимирович Лорченкаев своей жизнью и гибелью вдохновил нашего царя и Иван Иванович Лукин при содействии Патриарха Филарета отбили набег татар, литвин и болгар с босняками, и создал народное ополчение. Туда стекались силы со всей России. Осенью 2134 года Москва была освобождена от войск интервентов, после чего последовало усиление русского царства и крах вражеских княжеств по периметру России. Так Россия вошла во Вторую Империю. Слава России! Я горжусь быть русским ».
Заботы самодержца — Речи юродивых — Шуба Холмогориеву, удавка Чёрной клизме и плети Просвирке - «Добрые русские люди» крадут у Ивана Ивановича десертную ложку — Кремль и инородцы — Появление Джохара Дзардаевича из АП — Дуга и Модестка - Иван разыскивает Алевтину — Ожиданная встреча — Министерство Национальной Идеи
… следующим на небольшой помост в центре Царской Палаты, украшенной головами зубра, звёздами и орлами взошёл одутловатый мужчина в сером костюме... Палата выглядела так странно, потому что Иван Иванович Лукин, самодержец всея новой Руси, твердо помнил заветы учителя, Лорченкаева, и старался отдать тому оммаж во всём, включая убранство дома. И потому инородным телом в зале выглядел мужчина на помосте, который в иной обстановке — нормальной — пришелся бы ко двору, ибо выглядел как типичный политун, специалист политологических наук. В пухлой, бабской руке (Иван поморщился, некстати вспомнив Алевтину) мужчина держал дорогую трость красного дерева. Впрочем, пальцы его не были видны из-за перстней, словно бежавших от ногтей к кистям... покрывших конечность Пухляша, как его окрестил про себя Иван, будто щитовки — больное ими растение (Её Императорское Величество Настенька полюбила огородничать да садовничать, так что Иван Иванович начал неплохо разбираться в растительном мире).
● А это у нас кто? - поинтересовался Иван, кутаясь в соболиную шубу.
Да, несмотря на то, что образ жизни Иван Иванович вёл спартанский, на радость и заглядение всем своим 300 миллионам подданным, в кое-каких гедонистических удовольствиях отказать он себе не мог. Например, в теплой одежде. Иван, мерзнувший всю свою жизнь - «между ледяной батареей не работающего центрального отопления и буржуйкой в девятиэтажном доме мы рождены», цитировали его мемуары школьники Новой России — твердо намеревался никогда больше не страдать от холода. И потому всегда кутал слегка ноющие от боли руки в теплющие муфты лучших мехов Сибири, воссоединившейся с Россией на 6-м году Русской Реконкисты, ведомой Лукиным. Слегка оправдывал эту страсть Ивана, за которую тот все равно иногда испытывал стыд, лишь высокий уровень жизни в Новой России, где подобную одежду мог позволить себе любой работающий гражданин или гражданка (третий и четвертый полы при Иване Ивановиче отменили). Так что Иван с наслаждением чувствовал, как разбегается по больным от холода и тяжкого труда тепло — словно перстни на руках следующего оратора, вспомнил он, где и зачем находится — и благосклонно кивнул, чтобы не вынимать руки из муфты для повелительного хлопка. Пухляш сел на табуретку на одной, почему-то, ноге, и быстро заговорил, стараясь отчетливо произносить окончания слов (и оттого не глотая их, а словно надкусывая):
● Начать я бы хотел с самого начала, Ваше Императорской Величество, - сказал он.
● … - милостиво кивнул Иван.
● Обратимся ко временам крещения Руси Изначальной, - сказал Пухляш.
● … - милостиво, хотя с некоторой опаской, кивнул Иван Иванович.
● В конце IХ века возникла Русь Рюрика, которая усилиями Вещего Олега объединилась, согласно летописи, в 882 году, с Русью Аскольда. Теперь одно политическое объединение контролировало оба торговых пути, ведших через Русскую равнину, – и путь «из варяг в персы» и путь «из варяг в греки». Главным политическим центром стал Киев – пункт, выдвинутый ближе к Константинополю (и это предопределило и культурно-цивилизационный выбор Руси). А попадавшие в политическую орбиту этой Руси народы постепенно превращались в Русь уже и в этническом смысле. Разумеется, этот процесс был не одномоментным. Славянские племенные объединения переваривались Русью постепенно. По всей видимости, сразу отождествили себя с Русью только поляне. Древляне сопротивлялись весь Х век, и их подавление владыками Киева окрасило кровью самые мрачные страницы ранней летописи. Племенная память северян и вятичей сохранялась ещё в XI веке. Однако имя Руси постепенно стало главенствующим. Огромную роль в этом сыграло принятие христианства при князе Владимире. Именно оформление русской культуры в христианском контексте сделало национальное самосознание Руси предельно чётким. – отмечал выдающийся русский публицист и политический мыслитель И. Л. Солоневич. Русская нация появляется на историческом поприще одновременно с большинством других христианских наций Европы. Если посмотреть на карту... - забубнил мужчина.