Владимир Ларионов – Исток русского племени (страница 25)
У князя Перея-Тучи был сын Яромир. После купания в Волхове Яромир тяжко заболел, и жрецы предсказали, что для его излечения потребуется вода и кровь, но кровь не словенорусская, а иная. С тех пор завелся на берегу Волхова страшный обычай, о котором Иосиф Волоцкий сказал впоследствии как о крайней степени языческого нечестия наших предков. Каждого десятого иноземца, проплывавшего мимо Грузина, убивали, мазали его кровью тело больного княжича, а затем омывали больного ребенка волховской водой. Но болезнь Яромира усиливалась. И вот однажды на берегу Волхова все увидели удивительного старца. В ту же ночь больному княжичу приснился чудесный сон: «На корабле, плывущем по Волхову, стоял дивного вида чужеземец, и невидимый голос с небес сказал, что только этот самый странник в силах излечить больного Яромира».
В св. апостоле Андрее княжич узнал дивного старца из своего ночного видения. Когда привели апостола к одру умирающего ребенка, он уже лежал без дыхания. Тогда св. Андрей, видя горе родителей, сказал князю Перею: «Бог, которого я слуга, может воскресить и исцелить сына твоего, только веруй в него, как я верую, крестись и будь христианином». Перей-Туча отвечал старцу: «Если будет слово твое право, то я со всем домом моим приму христианскую веру!»
Святой апостол совершил обряд крещения над бездыханным Яромиром, и мальчик ожил. Апостол причастил его, и ребенок стал совершенно здоров. Видя такое небывалое чудо, которое в точности и произошло по предсказанию волхвов, а именно вода купели святого крещения и святая кровь Спасителя через причастие вернули жизнь княжичу, весь дом Перея-Тучи с ним во главе принял святое крещение от Первозванного апостола. В их числе и брат его Мунг, получивший имя Германа и племянники Мунга и Перея, дети их сестры Доротеи: Имн, Пимн и Римн. Через некоторое время домашние Перея-Тучи и вместе с ними Мунг-Герман отправились с апостолом на Север и прибыли на святой остров Валаам. Герман остался на Валаме проповедовать слово Христово волхвам Велеса.
В память о своем прибытии на остров святой апостол с помощью Германа водрузил каменный крест на месте своей высадки на берег.
По слову апостола Андрея и другие крещеные из дома князя Перея пошли проповедовать по разным странам. Имн-Аркадий отправился на берега Вислы. Пимн-Кустодий ушел в Словенск Великий. Римн вместе с князем Переем ушли в Ростов. Римн поселился на берегу Нерли в пещере мудреца Клеобула. А князь Перей, в крещении Пётр, стал жить в окрестностях Ростова близ Брутовщинина ручья, где ранее был терем скифской царицы Артаксии, а впоследствии возвышался Ростовский Спасо-Песоцкий монастырь.
В этой легенде есть, конечно, и значительная доля народной фантазии. Может быть, и некоторые имена вымышлены гораздо позднее описываемых событий. Но одно не подлежит никакому сомнению. Апостол Андрей явился основателем первохристианского общежития на севере Европы, на Валаамском острове, а его ученик из рода древних словенских князей Герман стал основателем первой монашеской обители христианской ойкумены. Уже потом, в 1840 году, Артынов, списывая рукопись стольника Андрея Богдановича Мусина-Пушкина, встретил в ней следующее: «Князь Перей-Туча получил себе имя Иоанна, которого апостол Андрей рукоположил во иерея новокрещенным им христианам. Жрецы же, изгнанные Переем-Тучей из дому за то, что точно на словах предсказав выздоровление Яромира, не смогли, однако, осознать священную суть своего же пророчества, воздвигли против него в Словенске великую крамолу, от которой он ушел в Ростовскую область к другу своему Землесилу со всем домом своим и со всеми христианами паствы своей поселился с ними на берегах реки Могилки.
Князь Землесил был сыном ростовского князя Зонара. По смерти его стал княжить уже его сын — Буривой. Предание рассказывает, что он был искренним другом, исцеленного св. апостолом Андреем, Яромира, который перебрался в Ростов вместе со своим отцом Переем-Тучей. За исповедуемое друзьями-князьями христианство они были нелюбимы местным жречеством, но беспримерная их храбрость и воинские подвиги заставляли жрецов мириться с положением вещей».
Легенда эта заставляет нас вспомнить предания Античности о древних таврах, населявших Крым. Еще древние арабские авторы писали, что русы губят всех иностранцев, приходящих в их страну, как и их якобы древние предки — тавры, обитатели Крыма, во времена глубокой древности. И вот, древние легенды Новгородчины рисуют нам тот же языческий обычай. Не есть ли это еще одно свидетельство достоверности народных преданий?! Но главное, что донес до нас Артынов — это древнюю связь Новгорода Великого и Ростова Великого еще в доапостольские времена. И Божественным Провидением эти города стали первыми центрами Христовой Веры на Святой Руси.
Мы берем на себя смелость утверждать: христианство на острове Валаам дожило в виде монашеской общины вплоть до X века, до прихода из Ростова святых Сергия и Германа во времена княгини Ольги. В «Оповеди» есть свидетельство этому. На острове существовала до времени св. Сергия государственная система и вече, по образцу новгородского. «Вселетник» говорит о семи судебных истцах при вече. До X века на Валааме была своя монета и законы каких-то двенадцати князей! Уж не во образ ли двенадцати апостолов?!
Из Жития Аврамия Ростовского мы знаем: уже при св. Ольге на острове существовало монашеское братство!
Аврамий родился в пределах Галича Северного, в городе Чухломе (ныне Костромская губерния).
В молодости будущий святой отправился в новгородские пределы для ознакомления с иноческим подвижничеством. Житие святого указывает нам и точное место, где он принял пострижение. Случилось это на Валааме, в одной из многих обителей святого острова, В одном из списков Жития св. Аврамия мы узнаем, что родители Аврамия в Чухломе были еще язычниками. Аврамия звали в детстве Ивериком, и до восемнадцати лет он лежал расслабленным на одре не в силах подняться. Новгородские захожие купцы-путешественники сообщили мальчику начатки Христова учения, и сердце отрока загорелось надеждой. Иверик после глубокого размышления уверовал во Христа, внезапно получил исцеление от болезни, отправился на Валаам и принял крещение с именем Аверкия, а потом и пострижение в иноки с именем Аврамия.
Эти события происходили еще до Крещения Руси князем Владимиром! «Вселетник» повествует также о том, что мощи свв. Сергия и Германа должны были быть открыты в древнее время, так как в 1050 году они были переносимы из Валаама в Новгород уже в третий раз!
Чудны дела твои, Господи! Далекий и суровый северный остров имеет почти двухтысячелетнюю беспрерывную православную историю.
На Валааме был найден удивительной, сложной формы, костяной крест. (Сейчас он является эмблемой Православного валаамского общества в США и Канаде.) Из «Оповеди» мы узнаем, что о Валааме знали и в чужих землях, а в случаях опасности многие искали спасения на нем; что, наконец, и каменный крест св. Андрея Первозванного сохранялся там до времени преподобного Сергия Валаамского.
Валаам — наша древнейшая духовная родина. Исстари принадлежавший славянам, он состоял в союзе со Словенском Великим — Господином Великим Новгородом. Только укоренение^м здесь монастырской традиции можно объяснить, что вслед за созданием в 1030 году новгородского Юрьева монастыря, уже в XII веке по числу обителей Новгород намного превзошел Киев и Чернигов, вместе взятые. И если этот процесс в Киеве был изначально инициирован святой горой — Афоном, то здесь, на Севере, несомненно, — Валаамом.
Духовная связь первого русского монастыря и первой русской столицы никогда не прерывалась. И в XIV веке св. Феоктист, архиепископ Новгородский (с 1300 по 1310 год), радел о благоустроении Валаамской обители.
Кроме летописи преп. Нестора, «Оповеди» и «Вселетника», академическая наука располагает косвенными свидетельствами пребывания св. апостола Андрея на Севере Скифии — Руси.
Академик В. Г. Василевский проанализировал древние апокрифические тексты, посвященные св. Андрею. Среди них: «Деяния апостолов Андрея и Мефодия в стране антропофагов», «Деяния св. Апостолов Петра и Андрея», «Деяния и мучения св. Апостола Андрея».
Академик сопоставил встречающиеся в текстах топографические и этнографические данные с той традицией, которую античные авторы связывают с народами, обитавшими в Северном Причерноморье. В. Г. Василевский пришел к выводу: тексты, связанные с апостолом Андреем и вышедшие из гностической среды, сохранили живое свидетельство о посещении группой апостолов, включающей Андрея Первозванного, Петра и Матфея, ряда городов Северного Причерноморья и Скифии. Все, что говорится в сказаниях о народах, которых просвещали апостолы, укладывается в образ и представления, сложившиеся о них на протяжении веков на основании разного рода свидетельств.
Достоверно и принципиально важно для нас то, что в русской древней литературе есть следы таких сказаний об апостоле Андрее, какие нам теперь уже недоступны. Эти сказания, подобно хождению в землю антропофагов, могут быть соотносимы только с севером Скифии. Мы вправе полагать, что не только русское сказание о путешествии апостола Андрея по Русской земле, внесенное в нашу летопись, основано прямо на недошедшем до нас изводе «Хождения», но что и в греческой литературе многие понятия, связанные с Русью, поддерживались знакомством с апокрифической христианской литературой. Эти свидетельства очень важны для дальнейших изысканий.