Владимир Кожедеев – Код «Стерх». Книга 2. Тихий интерфейс (страница 2)

— А если заметят те, кто не должен?

— Тогда будем действовать по обстоятельствам.

Глеб не стал спорить. Он знал Арсения — переубедить невозможно.

26 декабря 2188 года. Снегопад усилился. Вертолёт еле летел — видимость нулевая. Арсений и Алина сидели в бронированной капсуле, прогретой до комнатной температуры, и смотрели в иллюминаторы на белую пелену.

— Ты боишься? — спросила Алина.

— Нет.

— Врёшь.

— Немного.

— Я тоже.

Она взяла его за руку. Ладонь была холодной. Или его рука была холодной. Они не поняли.

Через два часа вертолёт сел. Пилот сказал: «Дальше не могу — техника глохнет. Дальше пешком».

Они вышли. Снег скрипел под ногами. Тишина была такой плотной, что звенело в ушах.

— Куда идти? — спросила Алина.

— Туда, где тише всего, — ответил Арсений.

Отец учил: ищи не звук, ищи отсутствие звука. Враг прячется в шуме. Друг — в тишине.

Они пошли.

Снег становился глубже. Температура падала — на приборчике было минус двадцать, но ощущалось как минус пятьдесят. Алина дрожала. Арсений снял с себя куртку, накинул ей на плечи.

— Не надо, — сказала она.

— Надо. Я привык к холоду. Отец учил закаляться.

— Твой отец был сумасшедшим.

— Лучшее, что он мне дал.

Они прошли ещё час. Лес вокруг стал странным — деревья искривлены, как в кошмарном сне. Снег не белый, а серый, с металлическим отливом.

— Здесь что-то не так, — сказала Алина. — Я чувствую. Воздух... он другой. Пахнет озоном. И кровью.

— Не кровью, — Арсений принюхался. — Ржавчиной. Старым железом.

— Откуда в лесу ржавчина?

Они нашли источник через десять минут. Поляна. В центре — чёрный провал. Не яма. Провал. Будто кто-то вырезал кусок реальности идеальными ножницами.

— Что это? — прошептала Алина.

— Портал, — сказал Арсений. — Или дверь. Или то, что мы искали.

Из провала не шёл свет. Не шёл звук. Не шёл запах. Только холод — абсолютный, как в межзвёздном пространстве.

— Назад, — сказал Арсений. — Быстро.

Они побежали. Но снег не пускал. Он становился плотным, вязким, как цемент. Ноги увязали. Алина упала. Арсений подхватил её, потащил.

Позади провал рос. Расширялся. Чернота поглощала деревья, снег, воздух.

— Беги, — крикнул Арсений. — Не оборачивайся!

Она бежала. Он бежал. Позади — темнота, которая хочет их съесть.

Они вырвались. Вертолёт. Пилот уже запускал двигатели. Арсений втолкнул Алину внутрь, залез сам.

— Взлетай!

Вертолёт поднялся в воздух. Внизу, под ними, чёрное пятно расширялось, пожирая лес.

Через пять минут оно исчезло. Как не было.

— Что это было? — спросила Алина, трясясь от холода и страха.

— Стерхи, — ответил Арсений. — Или кто-то похуже.

Он не знал, что этот день станет началом конца. Или началом нового начала.

31 декабря 2188 года. Москва готовилась встречать 2189-й.

Красная площадь сияла. Ёлка — настоящая, 30 метров, — переливалась тысячами лампочек. Люди танцевали, пели, пили шампанское (настоящее, французское, привезённое на квантовых генераторах — быстро, дёшево, без углеродного следа). Дети запускали фейерверки. Старики плакали от счастья.

Арсений стоял у Кремлёвской стены, в толпе, затерянный среди тысяч лиц. Алина была рядом. Глеб и Лека тоже пришли — на время оставив свои отделы.

— С наступающим, — сказал Глеб, поднимая бокал.

— С наступающим, — ответили хором.

Бой курантов. Двенадцать ударов. Новый год.

Арсений поднял голову к небу. Звёзды были видны — чистое небо, без голографических помех. Где-то там, за 4 световых года, таились Стерхи. А где-то ещё дальше — те, кто создал Стерхов. Или те, кого создали Стерхи.

Загадок было больше, чем ответов.

Отец говорил: «Не бойся вопросов. Бойся ответов, которые успокаивают. Покой — это смерть».

Арсений не боялся. Он не умел бояться. Только чувствовал ответственность.

— За будущее, — сказал он, поднимая бокал.

— За будущее, — ответили друзья.

Они выпили. Закусили синте-оливье. Засмеялись чему-то несмешному.

А потом — продолжали жить.

«Год заканчивается. Хороший год? Тяжёлый. Мы победили Голема. Раскрыли заговор. Создали генератор. Сделали энергию бесплатной. Каплан ушёл в деревню. Глеб вернулся в команду. Алина... Алина стала моим вторым “я”. Лека наконец-то может бегать.

Но я знаю: это только начало. Сигналы в Сибири, портал, исчезновение людей — всё это звенья одной цепи. Кто-то или что-то проверяет нас на прочность. Мы выдержали два раза. Выдержим и третий? Не знаю.

Отец учил не загадывать. Жить днём. Решать задачи по мере поступления. Завтра будет завтра. А сегодня — праздник.

С Новым годом, папа. Где бы ты ни был».

Глава 1. Начало службы в ГСК.

За окнами здания ГСК — бывшей штаб-квартиры «Гипермеханики» — медленно светало. Декабрьское солнце, низкое и бледное, едва пробивалось сквозь облака, подсвечивая голографические шпили «Москва-Сити» на горизонте. Снег, выпавший за ночь, лежал на крышах машин, на ветках деревьев, на плечах редких прохожих, которые спешили по своим делам. Город жил. Город не знал, что на девятнадцатом этаже этого здания только что включилась тревога.

Арсений Соболев стоял у входа, подняв голову, и рассматривал фасад.

Здание было монументальным. Семь этажей над землёй, двенадцать под землёй — бывшее сердце корпорации, которая чуть не уничтожила Россию. Стекло и бетон, строгие линии, никаких излишеств. Вход — три вращающиеся двери с датчиками биометрии. Над входом — скромная вывеска: «Государственная служба кибербезопасности». Без герба, без лозунгов, без пафоса.

— Внушаешь? — раздался голос за спиной.

Арсений обернулся. Алина стояла, засунув руки в карманы длинного серого пальто, и улыбалась. Улыбалась она редко — не потому, что была некрасивой, а потому что за последние два года поводов для улыбок почти не было. Но сегодня был особенный день. Первый день на службе. Первый день новой жизни.