Владимир Комарьков – Хроники Арли. Книга 4. Я мудрец (страница 6)

В следующий момент от саней послышались вопли ужаса. Оглянувшись, я оторопел: по-видимому, первому зверю надоела игра в «кошки-мышки» и вроде бы загнанная в угол тварь просто перемахнула через несколько рядов загонщиков. Приземлившись за их спинами, она вносила чудовищное опустошение в ряды людей. Они разбегались, как тараканы, но не могли укрыться от ужасных когтей. Зверь ревел от ярости и торжества, кидался в разные стороны, пытаясь достать как можно больше врагов, нанесших ему множество мелких ран, и теперь вымещал на них свою ярость. Снег сразу окрасился багряным. Эхо от стонов, криков и хрипов смертельно раненых с безумным хохотом металось среди скал. Единственное укрытие – жидкая полоска саней – оказалась для многих недосягаемой: теперь уже люди проклинали глубокий снег, вставший на пути к их спасению. Копья, казавшиеся единственно действенным оружием против бронированного противника, враз сделались бесполезными. С ними не так-то просто развернуться на месте, да и что делать с копьем, если враг от тебя не дальше вытянутой руки?

Аридил предостерегающе крикнул, когда наши противники, воодушевленные успехами собрата, наконец, тоже ринулись в бой. Один из них, видимо, решил повторить трюк, взвившись в гигантском прыжке, чтобы оказаться у нас за спиной, второй же кинулся прямо на эльфа. Тот не сплоховал: короткий скрежет и последовавший за ним визг показали, что выпад достиг цели – эльфийский клинок, хоть и с трудом, но прорубил шкуру. Удар эльфа, помноженный на его вес и силу, заставил животное в очередной раз отступить. На снег брызнули обильные оранжевые брызги густой, дымящей субстанции.

Но все это я «зацепил» краем глаза. Все мое внимание целиком и полностью занимала тварь пролетавшая над головой. Достать ее у меня не было никакой возможности, зато не осталась в долгу волшебница – она не забыла мой наказ, бить только наверняка, и дождалась своего часа. На этот раз огненный шар впечатался ровно в брюхо изогнувшегося в прыжке зверя – раздался громкий хлопок, резко запахло палеными шерстью и мясом, а затем нас накрыл дикий визг. Как и у многих имеющих природную броню тварей подбрюшье нашего врага оказалось нежно-розового цвета и было полностью беззащитно. Не ожидавшая такого коварства кошка, завершила полет совсем не так, как рассчитывала. Она неуклюже рухнула среди нас и, оглашая все вокруг жалобным воем, отчаянно забила лапами.

К такому повороту никто не был готов. Оррик, среагировавший одним из первых, но не успевший ничего предпринять, получил корпусом по касательной и улетел куда-то в сугроб. Валену в самый последний момент оттолкнул Гаттон, но сам уйти из-под удара не успел, и его, как метлой, смело чудовищной лапой. Бывшего лейтенанта бросило прямо на выступ скалы, что с самого начала прикрывала нас справа. Зверь же катался по земле, визжал, не переставая, и вспарывал когтями воздух и снег.

Ума не приложу, как я сам не попал под раздачу, но в конечном счете все получилось даже хуже: оскаленная пасть зверя замерла в считанных сантиметрах от моего лица. На меня уставились полыхавшие безумной болью и ненавистью глаза. Клацнули чудовищные челюсти. Я, словно завороженный, смотрел на медвежий капкан с торчащими во все стороны гнутыми зубьями, и только чудом смог увернуться. Звук стукнувших друг об друга зубов выстрелом отдался в ушах. Он неминуемо должен был закончиться хрустом, но твари не хватило каких-то сантиметров, чтобы завершить дело.

Передо мной вспыхнули глаза. Руку протяни – вот она морда.

«Ну хоть не мучиться», – мелькнула мысль.

Я уже приготовился умирать (что вообще можно сделать, сидя на пятой точке по горло в снегу?), но тут откуда-то сбоку возник Оррик с раззявленным в беззвучном крике ртом (или это я оглох от непрестанного воя). Он с размаху всадил в незащищённый живот зверя меч, и обо мне тут же забыли. Чудовище издало дикий то ли крик, то ли визг, и инквизитор с такой же скоростью улетел обратно, получив задними лапами в грудь.

Если бы не снег, то мне уже давно пришлось бы проститься с жизнью. Сейчас же мы все барахтались в красной каше, подчас не понимая, где низ, а где верх. Рев в лицо на таком расстоянии чудом не лишил меня сознания. Я оглох и почти ослеп. Рядом со мной неистовствовала буря, готов поклясться, что всем существом ощущал, как чудовищные когти твари крошили промерзшую под толщей снега землю. Чувства пропали – я даже не был уверен, цел ли я. Картинки мелькали с убийственной скоростью. Вот передо мной снова разверстая до невозможных пределов пасть с кучей острейших клыков, вот – полыхающие нечеловеческой злобой глаза. Мы встретились взглядами и на мгновение все замерло.

В эту секунду что-то шершавое и теплое ткнулось мне в руку, и, чтобы хоть как-то защититься от этих страшных глаз, я судорожно ткнул рукой в этот чудовищно огромный зрачок. У меня даже не было сил удивиться, когда на месте глазницы животного вдруг возникла рукоять эльфийского кинжала, который с едва слышным, но от того не менее омерзительным скрежетом цеплялся за кости черепа.

В следующее мгновение ее выдрало из руки, едва не оторвав кисть. Послышался трубный вздох, по всему телу существа прошла череда конвульсивных сокращений, и его дыхание, перешедшее в свист, оборвалось. Враг затих. Меня залила густая, горячая кровь. Голова существа придавила ноги – ни пошевелиться, ни самостоятельно выбраться. Зверь оказался невероятно тяжёлым. Если бы сейчас тут появился кто-то из его сородичей, конец получился бы быстрым. Но вокруг почему-то стояла тишина, нарушаемая только стонами и голосами людей, приглушёнными расстоянием. Впрочем, снег мешал мне разглядеть, что-либо поблизости, так что оставалось лишь смотреть в затянутое тучами небо.

Во всем теле чувствовалась безумная слабость. Словно из него повынимали все кости. Мысли, вялые и неповоротливые, крутились в основном вокруг «не дай бог мне что-нибудь оторвали» и «сдохни, с-сука, тварь полосатая». Второе, впрочем, уже стало свершившемся фактом, а проверить первое я был не в состоянии – до нижней части тела дотянуться не мог при всем желании. Даже радость от спасения воспринималась чересчур отстраненно, как будто мне не удалось в очередной раз «отскочить», а, скажем, я отстоял в очереди за колбасой. Часов двадцать. Наверное, я и испугаться-то, как следует, не успел, уж слишком быстро все закрутилось. Ну, или это у меня такой «отходняк».

Какая-то часть моего сознания при этом подметила, что прилива сил, как в случае с убийством эльфа, не ощущалось. Это приводило к одному не слишком оптимистичному выводу: для очередного «апгрейда» мне требуется не абы что, а жизнь разумного существа – никакие суррогаты не подойдут. И как бороться с искушением набраться побольше сил за чужой счет мне еще только предстояло понять.

Глава 2

Нет, все-таки выражение: «Как с гуся вода», – не про меня. Постепенно я приходил в себя. Начинало все сильнее потряхивать – осознание того, насколько близко ко мне подобралась костлявая в этот раз, гвоздем скреблось на подкорке, – поди теперь от него избавься. Мысли о смерти я гнал подальше, но воображение оказалось запущено на всю катушку.

Чтобы хоть как-то переключиться, я стал гадать, что там, наверху. «Наверху» было совершенно не видно, потому что с трёх сторон мир сократился до величины снежной ямы, и на коленях примостилась голова мертвого хищника, который, казалось, довольно скалился мне в лицо всеми своими сорока пятью (или сколько там у него?) зубищами. В ушах все еще ощутимо звенело, и я так и не мог понять, то ли это все еще звучат человеческие голоса или со мной играет стонущий ветер.

Выжил ли кто-то еще?

На момент атаки, бойня на санях была в самом разгаре, а потом у меня резко пропала возможность следить за делами соседей. Я покосился на бездыханного монстра. Теперь стала понятнее поговорка про медведя, которого нужно было вытащить из кустов. Да еще и видок «медведя» пробирал до костей: клыки существа, как в дешёвом фильме ужасов, торчали во все стороны. Ни фига себе прикус! Достань он меня этим хозяйством… Но как, черт подери, эта тварь ела?! Впрочем, нет, не желаю знать!

Ради очистки совести я еще разок попытался приподнять голову животного, – куда там, туша даже не шелохнулась, – видимо, Темному Властелину снова придётся звать на помощь своих верных слуг (кстати, где они, демон их раздери?!) Зато у меня вполне получилось измазаться в липкой крови чудовища, которая почему-то пахла клубникой. Принюхавшись ещё раз, я даже в замешательстве потер нос – ну, точно – клубника! Знакомый аромат навевал ассоциации с детством, вот только весь остальной антураж резко контрастировал с воспоминаниями.

Стараясь не слишком концентрироваться на зубастой морде, я весь обратился в слух. Не получится ли так, что, избавившись от одного зверя, попаду в желудок другого? Я покосился на кинжал, торчащий из глазницы, но и с ним вышел казус: оружие засело намертво – ни туда, ни сюда. Оставалось лишь ждать и надеяться, что у судьбы пока что закончились неприятности по мою душу.

Мои усилия не пропали даром. Там, вне поля зрения, точно кто-то разговаривал. И вроде бы относительно спокойно. Когда я понял, что звуки голосов мне действительно не почудились, с трудом сдержал вопль радости, но вот с радостной ухмылкой ничего поделать не смог. Конечно, разобрать, о чем именно говорят, не получалось – мешали расстояние и снег. Впрочем, одно то, что в голосах не слышалось паники и надрыва, а звучала в основном усталость, позволяло надеяться на лучшее. Наши победили? Ну, или хотя бы не совсем проиграли…