Владимир Комарьков – Хроники Арли. Книга 4. Я мудрец (страница 20)

– Олаш, – позвал я отвлекшегося на свои ногти гиганта. – А ты, часом, не знаешь, куда поселили тех людей, с которыми я пришёл?

Тот догрыз ноготь, поплевался и виновато пожал плечами.

– Мы люди маленькие, – из уст человека с косой саженью в плечах слова звучали тонкой насмешкой, но похоже, мой собеседник не вкладывал в них какой-то тайный смысл. – Вот Илехорд, тот все-все знает.

Я вздохнул. Похоже, выбора у меня нет. Придётся идти, да и желудок начал недвусмысленно намекать, что гуляш точно не помешает.

Рядом со мной лежали все мои вещи, видимо, кто-то удосужился их сохранить и принести. Ага, в штаны-то я уже влез, но и куртка, и оружие – все находилось здесь же, в целости. Потратив несколько минут, я дооблачился и почувствовал себя почти человеком. Все это время здоровяк наблюдал за мной с искренней доброжелательностью. Даже вид горба, который уж никак нельзя было не заметить, никак не сказался на его чувствах, и хоть цвет облачка над его головой оставался почти что неразличимым, я ощутил, что пружина внутри меня начинает постепенно ослабевать.

– Веди к твоему Илехорду, – сказал я, кряхтя поднимаясь на ноги, – что-то прежнюю бодрость как корова языком слизала – простое одевание изрядно меня утомило. – Если велели есть гуляш, значит, будем есть.

Здоровяк расцвел.

– Знамо дело, – кивнул он и зашагал из зала.

Не могу причислить себя к специалистам военного дела, но кое-какой накопленный опыт у меня имелся. Мой новый знакомый, хоть и не блистал красноречием, двигался так, что даже мне стало понятно: передо мной тот самый профи, о которых я вспоминал десять минут назад. Несмотря на более чем внушительную комплекцию, шаги Олаша скрадывал полумрак. Я топал в несколько раз громче, а мое пыхтение вообще было слышно задолго до появления из-за угла. «Вот тебе и человек-гора», – думал я, взбираясь на очередную лестницу. Олашу, похоже, не требовалось оглядываться, он и так знал, плетусь я за ним или нет.

К счастью, на этот раз далеко идти не пришлось. Мы еще несколько раз свернули, и я оказался на пороге большого зала столов на сорок. На стенах полыхали факелы, но света хватало только на то, чтобы не сесть мимо лавки (я уже понял, что девиз Крепости – экономия превыше всего).

Ароматы, боже, какие тут царствовали ароматы! Желудок прям зарычал от радости. Быка бы съел! Вон того, что на вертеле обжаривается у дальней стены. Или это у меня от долгого сидения в одиночке такая реакция? Как будто сто лет по-человечески не питался.

Я обвел комнату глазами. Похоже, передо мной вариант местной столовой. Не аншлаг, но людей хватает. Как минимум треть лавок занято. Присутствующие разделились на две примерно равные группы по обе стороны от входа. Между собой не разговаривают, но и особой враждебности не ощущалось. Выглядит так, что люди просто стараются друг друга не замечать. Прямо гвардейцы кардинала и мушкетеры короля только местной закваски.

Почему-то вспомнилось, как бесило в детстве, что все важные события в фильмах происходят во тьме. И вот сам угодил в точно такую же ситуацию. Факелы лишь подчеркивали недостаток освещения, и про умения видеть эмоции опять придется забыть. Какой уж тут цвет облачков над головами, когда даже эти самые головы не разглядеть.

Наше появление не осталось незамеченным. Моему провожатому замахали руками, и Олаш, не раздумывая, направился к группе, что сидела за столом в правом углу. Не самая большая по численности компания – человек десять. Они обедали, ужинали или завтракали (вот бы знать, какое сейчас время суток). Я, прихрамывая, поплелся за здоровяком – всё-таки силы у ослабевшего, полузамерзшего организма оказались не бесконечны. Я подумал: «А не послать ли мне командора по известному адресу? Ну, посижу еще разок в карцере».

Олаша встретили легкими кивками и похлопываниями по плечам. Ему протянули кружку, за которую тот немедленно ухватился своими лапищами, удовлетворенно крякнув. Кто-то и вовсе не отреагировал, а один из сидящих с краю махнул рукой на табурет.

– Падай сюда.

Место было одно, мой провожатый немедленно воспользовался советом. Мне же оставалось бестолково торчать у стола – присесть больше не предлагали (да и некуда). Бородатые мужики продолжали невозмутимо двигать челюстями, перебрасываясь ничего не значащими фразами. На меня при этом обращали внимания не больше, чем собака на таракана под раковиной.

Отличное начало знакомства! Стою столбом, и язык словно приклеился к нёбу. Начнешь первым – сто процентов сочтут за слабость, и доказывай потом, что не верблюд. А может, это такая шутка?! Так сказать, проверка на вшивость. Вот только играть в эти игры мне не хотелось. Надоело! Да и устал…

Поворачиваюсь, чтобы найти свободное место, и тут один из воинов из этой компании со стуком опустил деревянную кружку на стол.

– Говорят, это ты прикончил каркута, – с ленцой бросил он.

В общем-то деликатность моя вся тут же куда-то пропала. Мне даже поворачиваться в голову не пришло.

– Ну, раз говорят, наверное, так и есть, – произнес я, пожимая плечами, и двинулся к выходу, где свободных мест было на порядок больше.

– Эй, ты куда это собрался?! – в голосе говорившего сквозило такое изумление, что я про себя ухмыльнулся.

Впрочем, дойти спокойно до намеченной цели мне не дали. Послышался звук отодвигаемой скамьи, и в спину прилетело:

– Я с тобой говорю, сопляк!

Теперь не осталось сомнений, что происходящее не просто попахивает подставой, это и есть подстава. Проверка на «вшивость». Сначала, ко мне подослали этого простака Олаша, возможно, даже не вводя в курс дела. Зачем? Так он справится с ролью гораздо более достоверно – у него на лице написано, что хитрость не его конек. А уже тут, на месте, со мной позабавились бы по полной. Что тут выдумывать – это удел всех новичков.

Впрочем, повторюсь, не на того напали! Еще полгода назад я бы, наверное, прижал ушки к голове и не стал обострять, но время лечит не только раны.

– А ну стой!

«Ага, разбежался!»

Смысл сглаживать углы, если рано или поздно до меня все равно кто-нибудь докопается? Лучше сразу расставить точки над «i». Всерьёз, судя по реакции, меня не воспринимают, поэтому шансы весьма неплохие. Желательно, конечно, чтобы опять не закончилось карцером. Хотя, с другой стороны, тогда уж точно этого «похода» не будет. Одни плюсы, как я погляжу.

Как там учил Оррик? Вывести противника из себя? Не обращая внимания на окрики, я добрался до выбранной скамьи, и в этот момент случилось, наконец, то, на что я рассчитывал – на мое плечо опустилась чья-то лапища. «Че так долго?!» – подумал я, чувствуя, как сердце заходится в ураганной дроби.

– Ах ты ж, гаденыш! Когда я говорю, такие, как ты, должны… – владелец хриплого голоса рванул меня за плечо, разворачивая лицом к себе, и резко замер, не договорив, – под самый подбородок ему уперся отточенный до бритвенной остроты кончик кинжала.

– Внимательно вас слушаю, уважаемый, – с расстановкой произнес я, прикидывая, что будет, если вдруг дрогнет рука. Эльфийскую сталь даже со скальпелем не сравнить – человеческая кожа для нее не прочнее папиросной бумаги. – Что же вы замолчали, товарищ Илехорд?

Заставник (видя, с каким выражением на него пялятся остальные, я сделал вывод, что это именно он) отчаянно косил взглядом на клинок, но лёгкий нажим на рукоять заставлял его все выше задирать голову. В зале, наконец, повисла мертвая тишина – заметили! Все даже жевать перестали. То, что надо!

Чем больше свидетелей, тем нагляднее урок. Главное, не запороть такую изумительную возможность правильно поставить себя в местном обществе.

Я бросил быстрый взгляд по сторонам и убедился, что все идет так, как и предполагалось. Вон и до его людей, наконец, дошло, что шутка не удалась. Сейчас им оставалось одно – поставить на место зарвавшегося щенка. Правильно, спусти они ситуацию на тормозах, и можно попрощаться с репутацией и отряда, и командира.

Ожидаемо загремели отодвигаемые лавки, люди Илехорда с мрачной решимостью выбирались из-за стола. Нас разделяло в лучшем случае метров десять – для умелого бойца расстояние плевое.

– А ну спокойно! Вернулись на место и сели! Сели, я сказал! – рявкнул я, а затем добавил для убедительности: – Или я ему мозги прочищу прямо через горло!

Ужас! Что я творю?! Это же, как пить дать, карцер! Или чего похуже.

Сам от себя такой прыти не ожидал. Адреналина в кровь выплеснулось – на чайник хватит. Сердце прыгало в груди, и мне только чудом удавалось удерживать кинжал так, чтобы ненароком не исполнить угрозу. Вот будет потеха! В данный момент мне и самому непонятно, блефую я или говорю правду. Глубоко внутри пульсировала мысль, которую никак не удавалось выбросить из головы: «Если я его убью, возможно, избавлюсь от чертова горба». Заманчиво, ох как заманчиво! Вот она, халявная энергия – только ткни! И как такому сопротивляться? С другой стороны, убийство мне не простят. И плевать, кто кому угрожал.

О! А вот и мой бесхитростный друг!

– Ты чего, паря? – Олаш по-детски распахнул глаза и пялился на меня, словно увидел в первый раз.

Мальчуган за два метра ростом, с секирой за плечами и габаритами гризли.

– Да заколебали всякие идиоты, понимаешь? – с веселой злостью произнес я, обводя взглядом замерших в нерешительности людей. – Понимаешь?!