Владимир Комарьков – Хроники Арли. Книга 4. Я мудрец (страница 16)

– Так и есть, – Оррик вздохнул. – Только времена эти давно прошли. Даже деньгами уже не заманишь. Да и у королевств всегда найдутся более неотложные дела, где требуется их золото. А ручеёк из инквизиции все тоньше.

«Хорошо там, где нас нет, а там, куда мы пришли, уже не так хорошо, как хотелось бы», – подумал я, а вслух сказал:

– Будем надеяться, что жить мы будем при плюсовой температуре.

Оррик посмотрел на меня с укоризной.

– Опять ты со своей тарабарщиной.

– Я говорю: про факелы можешь не говорить, – вздохнул я. – И так понятно, что и тут с бюджетами не ахти.

Да, «здесь» и «там, снаружи» отличалось пока что только отсутствием снега и ветра. С одной стороны, конечно, немало. Но ожидал я действительно чего-то другого. Впрочем, мне доводилось читать, что в средние века зимой в замке царят сквозняки и холодрыга, но не настолько же!

Оррик подошел к девушке и принялся массировать ей руки, не снимая рукавиц.

– Как-то раз мы вернулись из дозора, а у меня на столе замерзла вода в кувшине, – поведал он историю из своей богатой на приключения жизни.

– Брр, – Валена вздрогнула и поправила парку.

Я бросил взгляд ниже, где мех топорщился, образуя большую складку.

– Как он?

– Не двигается, – она ответила ровным голосом, но в нем прозвучали нотки отчаяния.

– Пробовала увеличить поток?

Она кивнула.

– И?

– Ничего! Не реагирует.

– А сама что-то чувствуешь?

– Не уверена, но мне кажется, что он становится холоднее.

Оррик бросил на меня раздражённый взгляд, а я покачал головой и погладил ее по плечу.

– Я в тебя верю – у тебя все получится! – девушку следовало поддержать, потому что без поддержки сотворить чудо почти невозможно. – Да, у него была связь, но то между матерью и детем. Тебе будет тяжело подобрать ключик, но, я уверен, ты сможешь.

Волшебница благодарно кивнула и осторожно поправила что-то под шубой.

Я посмотрел на Аридила, сгружавшего в углу комнаты свой арсенал, и обхватил себя руками.

– Да где все-то? Не удалось заморозить на улице, решили по-тихому придушить здесь? Сундук золота отдал бы за конвектор.

Меня не поняли, но все уже давно привыкли к странностям и просто пропустили незнакомые слова между ушами.

– У тебя нет сундука с золотом, – опустил меня на землю Оррик, с грохотом пододвинул лавку к стене и с тяжелым вздохом на нее опустился. – Жрать охота. С вашими «поди туда, не знаю куда», можно с голоду сдохнуть.

Ну, да, сказку Филатова я как-то за ужином рассказал своим, ну, все, что помнил. Фурора не произвел, но кое-что мои все же на ус намотали.

– Тебе бы все пожрать, – фыркнула Валя, поежившись.

– А что?! – Оррик смущённо пожал плечами. – Сил-то сколько потратили? Вона и ушастый не прочь. Чай железом все намахались и по сугробам наползались. Таки дни за год идут.

Эльф невозмутимо кивнул, и Оррик обрадованно ткнул в него пальцем:

– Во! Не веришь мне, послушай, что говорит ушастый.

– Он ничего не говорит, – усмехнулся я, и Оррик в ответ лишь отмахнулся.

– Ну и почему, по-твоему, нас до сих пор держат в этом морозильнике? – чтобы хоть как-то согреться, пришлось начать делать приседания. Друзья посмотрели на меня с удивлением.

– Да кто их знает, – Оррик повел плечами.

– Я бы предположил, что нас хотят проучить, – вдруг подал голос Аридил. – По словам инквизитора, Крепость тянется на четыре с лишним версты. Неужели тут не нашлось чего-нибудь более подходящее для отдыха уставших с дороги путников?

– Чудо вообще, что пустили, – буркнул Оррик, поднимаясь, чтобы помочь Валене.

Аридил лишь кивнул, соглашаясь. Пройдясь вдоль стены, он наклонился и спустя секунду помахал в воздухе чем-то.

– Здесь есть дрова.

– А вы неплохо устроились, – раздался знакомый голос, и мне пришлось чуть ли не силой продирать глаза. Тепло, идущее от полыхающего очага, добралось, наконец, до меня, и по телу потекла дурманящая разум нега.

В проеме двери (самого полотна, кстати, не было и в помине) стоял заставник Брислав. По виду он ничуть не отличался от своего походного варианта, кроме, пожалуй, оружия – сегодня за спиной у него торчал меч, а не топор. «Кощей» разглядывал нас с лёгкой усмешкой – это выражение явственно подсвечивал тот самый единственный факел у входа. Смотрелось оно страшновастенько.

Больше ничего на лице заставника прочитать было нельзя. А «не на лице» отлично скрывал полумрак, так что над головой после некоторых усилий различался только темнеющий силуэт. Цвета в свете одного-единственного факела при всем моем желании не распознавались. Конкретно насчет меня мыслей у заставника не имелось, а общий фон я ощущать не умел. Если так и дальше пойдет, мои суперспособности в Крепости превратятся в «пшик».

– Я не буду спрашивать, как вам удалось попасть в крепость ночью, – произнёс заставник все с той же кривой усмешкой.

Мне пришло в голову, что другой улыбки с таким лицом просто не может быть.

– А я думал, что эти недоноски не умеют держать язык за зубами, – хмыкнул Оррик.

– Кое-кто умеет, – Брислав одарил инквизитора выразительным взглядом. – Впрочем, у некоторых все читается на лице.

О! Достаточно прозрачный намёк. По роже караульного, которую отрихтовал Оррик, даже слепой разберёт все, до последней запятой. А если учесть, что пострадавший являлся начальником смены, то ему не позавидуешь. Как-никак тот стоял на посту.

Впрочем, заставник развивать тему не пожелал. Он обвел нас хмурым взглядом и проронил:

– Надеюсь, вам придётся по душе наше гостеприимство, – не дождавшись нашей реакции, воин злобно зыркнул по сторонам и буквально выплюнул: – Вас требует к себе командор!

Я оглянулся на Валену и Аридила, и от заставника этот взгляд не укрылся.

– Всех, – «высверлив» во мне дырку, добавил он.

Привести себя в порядок нам не дали. Тем же голосом Брислав сообщил, что вещи можно оставить – нам они вряд ли понадобятся. Звучало, как угроза, да то и была угроза. Вопрос в том, что они могут нам сделать.

Ответ на него Оррик озвучил, когда Васлав вышел:

– Да что угодно! Командор здесь бог, и его слово…

– … закон, – договорил я за него.

– Ну, да, – Оррик с тоской посмотрел на весело потрескивающий очаг. – Я ж говорил, что добром не кончится.

– Валя, ну как он? Отогрелся? – я кивнул на ее живот, где парка оттопыривалась сильнее всего.

Девушка в ответ только покачала головой. Плохо, я надеялся, что наша вылазка будет иметь хоть какой-то смысл. Сейчас выходило, что мы испортили отношение с командованием крепости просто так.

Звук шагов, не прерываемый ни завыванием ветра, ни волнами колючего снега, норовящего добраться до щек и глаз, одновременно успокаивал и бередил воспоминания. Такого количества переходов, лестниц, арок и галерей мне не доводилось встречать нигде – ни на Арли, ни уж тем более на Земле. Даже королевский дворец Алаты, и тот казался крошечным школьным предбанником по сравнению с тем кусочком Крепости, где мы очутились. Вот тут лабиринт, а там так – баловство одно. Мы поднимались, спускались и поворачивали назад такое количество раз, что я понял: вещи нам и впрямь не нужны. Заблудиться здесь – это приговор. Мертвецам же смена одежды и котелок без надобности.

– Мы давно под землёй, – заметил Оррик, когда наш провожатый в очередной раз свернул за угол, затем еще покрутил головой и сделал вывод: – Уже недалеко.

Я подумал, что, как по мне, так уже раз сорок мы могли быть на месте.

Изнутри сооружение в целом производило гнетущее впечатление. Не Мордор, конечно, но и не сверкающие самоцветами хоромы гномов, о которых мне Валена прожужжала все уши (так говорится в сказках). Длинные, темные переходы, бесконечные лестницы, мрачные неосвящённые залы. На всем печать заброшенности. Нельзя сказать, что нога человека здесь не ступала, но цепочки следов, едва различимые в свете факела, тянулись только вдоль основного коридора, не приближаясь ни к каким ответвлениям. Похоже, этой частью Крепости пользовались только для несения караула, а все остальные помещения давно не имели хозяев.

По мере удаления от точки входа, чуть потеплело, но ни сырость, ни холод никуда не делись. И кстати, с отсутствием ветра я тоже поторопился – сквозняки по коридорам гуляли, так что пламя от факела Брислава с хлопаньем металось из стороны в сторону. По словам Оррика, когда гарнизон крепости был полностью укомплектован, тут, внизу, царила оживленная суета. Я ему верил. Десять тысяч человек – не шутка, это ведь целый город. Но как уже говорилось, те времена давно канули в лету. Даже в годы его юности тут находилось уже не больше четырех тысяч.

Сейчас гарнизон насчитывал две тысячи шестьсот человек, половина из которых вообще не имела никакого отношения к церкви. Здесь служили наемники, мечи которых оплачивались близлежащими королевствами, особенно теми, кто не горел желанием посылать на смерть своих собственных подданных. Наемники носили ту же одежду, питались той же пищей, молились тем же богам, но находились на стенах не по зову сердца или для того, чтобы впоследствии получить сан, а за золото, причем платили им щедро. А как иначе заставить человека тащиться на край света, чтобы рисковать жизнью?

– Еще лет пятнадцать назад любителей золота тут не жаловали, – Оррик вздохнул.

– Пятнадцать лет назад тут не творилось то, что происходит сейчас, – не оборачиваясь, произнес Брислав. – К тому же церкви все сложнее заманить в свои ряды наивных любителей приключений.