Владимир Комарьков – Хроники Арли. Книга 4. Я мудрец (страница 12)

Бешеный взгляд воина метнулся за мои плечи, и спустя мгновение его брови полезли на лоб.

– Оррик?! Оррик-Арсенал?! – кожа на его лице натянулась так сильно, что я испугался, что она сейчас треснет. – Да не может быть! Лопни мои глаза!

От неожиданности я едва не разинул рот. А Оррик-то тоже, оказывается, не лыком шит! Я даже оглянулся, склонив голову набок, и принялся во все глаза разглядывать инквизитора. Он, кстати, так и не раскололся тогда, откуда у него это прозвище. Мрачно хмурясь, друг буравил взглядом моего собеседника. Мне даже подумалось, что его надбровными дугами в этот момент можно колоть орехи.

– Я, демон тебя загрызи, – уголки губ инквизитора вдруг поползли в стороны, и он с громовым рыком попер вперед, широко расставив руки в стороны. Я едва не сел в снег, поспешно убираясь с его пути.

Несколько минут мы с братом Лийомом с разной степенью удивления наблюдали, как мужики колотят друг друга по бокам и по спинам, взревывая, как взбесившиеся носороги. Слов при этом было сказано немало, но я лишний раз убедился, что у братьев по оружию радость от встречи принято подчеркивать лишь очень яркими выражениями. Если попытаться передать их общий смысл, а ничего другого мне и не остается, то люди просто сетовали, что судьба слишком редко сводит их друг с другом, и они уже успели позабыть, кто как выглядит.

– Возмужал! – отойдя на пару шагов, поцокал языком тот, кого Оррик назвал «Бриславом».

– Лучше скажи, раздобрел, – ухмыльнулся инквизитор, похлопывая себя по тому месту, где у нормальных людей живот, но в долгу решил не оставаться: – Тебя-то вообще не узнать! Куда второй топор подевал?!

Пришла очередь Брислава смущенно пожимать плечами.

– Да тварь одна утащила.

– Да на кой ей твой топор?! Сам, поди, и отдал, а?!

– Отдашь тут, – буркнул тот. – В башке своей, гадина, уволокла. Я и глазом моргнуть не успел!

– Ну, брат Брислав, придётся тебе теперь прозвище поменять, – Оррик хохотнул и повернулся ко мне. – Вот было у человека прозвище «Два топора», а теперь, выходит, один будет.

Оррик счастливо заржал, его знакомый вежливо позубоскалил в ответ, а я решил воздержаться от какой-либо реакции – себе дороже. Обменявшись ещё парой шуток, которые никто, кроме них, не понял, старые вояки вспомнили, наконец о делах сегодняшних.

– Ну и за каким демоном ты притащился в эту ледяную клоаку да ещё и зимой?! – проскрипел Брислав, провожая взглядом своих людей, снующих по лагерю. – Помню, как ты тогда дни считал до окончания срока, лишь бы побыстрее отсюда убраться. Даже предложением того сморчка не побрезговал, как бишь его?

– Епископ Тук.

– Вот-вот, епископ. Гнилой сморчок. Скольким он тогда крови выпил, пока здесь куковал.

Оррик состроил гримасу: «Мол, и не говори!» – и бросил быстрый взгляд на меня, я же мысленно поморщился.

– Так с чего объявился в наших краях? – Брислав повертел головой. – Жить надоело?

– Вот из-за него в основном, – сказал инквизитор и, чтобы ни у кого не возникло сомнений, о ком речь, ткнул в меня рукавицей. Во взгляде Брислава выплеснулось столько недоверия, что Оррик даже усмехнулся. – Да-да, не сомневайся – бедовая голова! Ни минуты покоя старику не дает.

На этот раз Брислав оглядел меня совсем по-другому. Внимательнее что ли, без ехидства и снисходительности – как воин смотрит на воина. Ну, ладно, как старый, опытный солдат, разглядывает молодого, но уже понюхавшего пороху.

– Что-то маловат он для сержанта, – покачал головой Брислав. – Ты ведь знаешь, что тут иной раз творится. Не хочу тебя расстраивать, но сейчас на стенах самому Аиду нелегко бы пришлось, а этот…

Ну, с богами спорить мне пока рановато, конечно, но то, что за эти три месяца мой организм наконец-то показал себя с наилучшей стороны – это факт. Не скажу, что мне теперь любое море по колено, но дожди, а потом и морозы я переносил, даже не чихнув. И это в то время, когда Валена ни дня не сидела без дела: то жар у одного уберет, то – насморк, а то и чего покруче случается. Нет, без теплых вещей я рисковать по снегу гулять бы не стал – обморожение заработать даже Темному Властелину не улыбалось, и от переохлаждения я бы кони двинул не хуже любого другого, но в остальном некие плюшки положения стали вдруг проявляться. Вот сил богатырских пока в руках не чувствовалось, но жил уже поприбавилось.

– Ты не смотри, что он такой хлипкий с виду, – подтвердил мои мысли Оррик. – На самом деле он о-го-го!

Ну, о-го-го, не о-го-го, а даже с виду я уже ничего. Горб, конечно, никуда не делся, но то, что у меня теперь совершенно одинаковая длина ног, и я не хромаю, вселяло определенную надежду на последующую модификацию. Хреново, что для этого потребуется забрать чью-то жизнь, и придумать что-то другое не выйдет. Мне только кровавым маньяком до кучи стать не хватало. И ведь соблазн-то какой: раз – и ты уже сверхчеловек.

Будь на моём месте кто-то другой, не исключаю, что тут же бы отправился на сделку с совестью. Ну что в конце концов такое для Арли парочка человеческих жизней?! Признаться, и мне такая мысль уже в голову приходила. Но понимания не нашла. Пока не нашла. И это пугало – вот это вот «пока». Потому что раньше даже сама мысль показалась бы мне абсурдом.

Давнишний приятель моего друга уже начал проявлять признаки нетерпения, поэтому все свои размышления следовало отложить до лучших времён.

– Брат Брислав, теперь мы можем поговорить, не бряцая оружием и не меряясь остротой клинка? – произнес я, с ожиданием уставившись ему в переносицу.

Воин несколько долгих мгновений буравил меня взглядом, а затем растянул губы в хитрой улыбке и хлопнул Оррика по плечу.

– Вот теперь верю! – заявил он. – По крайней мере языком твой парнишка шуровать умеет.

– Он еще и не то умеет, – буркнул инквизитор. – Успеешь убедиться.

Брислав кивнул, принимая сказанное к сведению, и повернулся ко мне, но я решил взять инициативу в свои руки.

– Первым пусть брат Лийом говорит. Он тут главный, ему и слово держать, – сказал я и заметил, с каким недоверием смотрит на меня вышеупомянутый. Как будто подозревает, что я рыбьих костей в сапоги подкинул. Впрочем, пусть думает, что ему угодно, это его дело, а мы будем делать свое.

Как ни странно, мое предположение оказалось верным: сержант еще ничего не успел рассказать нашему гостю, хотя мы подошли и не сразу.

– Ну, раз так, рассказывай, брат, что у вас тут приключилось, – обратился Брислав к Лийому.

Сержант, словно того и ждал, оттеснил нас с Орриком и достаточно живописно приступил к описанию утреннего происшествия. Или лучше сказать трагедии? Пострадало-то почти все пополнение, которое он вез в крепость. Кто теперь будет скидывать с крыши снег и чистить двор для бывалых воинов?

Брислав случал внимательно, не перебивая, цепко окидывая взглядом нашу стоянку. Уверен, не укрылись от него ни пятна крови, слегка припорошенные снегом, ни цепочки следов, уходящие к скалам. Он все видел и все слышал, а заодно уже, по-моему, догадался, о ком именно идет речь. Бьюсь об заклад и с противником нашим он уже пересекался – вон как блеснули глаза, когда Лийом описывал непробиваемую оружием шкуру.

– Каркут, – уверенно произнёс тот наконец. – Это были каркуты, будь они неладны. Кто-то их ещё «каменными котами» кличет. Не забирались они раньше так далеко, вот ведь какое дело. Видать, придётся и сюда дозоры слать.

– Что-то новенькое? – спросил Оррик, прислушиваясь к беседе. – При мне таких тварей не было.

– При тебе много чего не было, – Брислав вздохнул. – Сколько?

Воин, видимо, имел в виду, со сколькими нам пришлось биться.

– Три твари, – сказал Лийом, угадав вопрос. – Одна здоровенная и две поменьше.

– Ого! Самец и две самки. Не тёмные твари, но и светлыми их назвать язык не поворачивается. Появились тут недавно, причем с этой стороны стены. Откуда взялись – никто не знает. До сего дня не слышал, чтобы нападали на караваны. Они особо на глаза не показываются, – Брислав недоверчиво покачал головой. – Вообще-то у вас не было ни единого шанса. Со стаей ребята ещё не сталкивались, но даже на одну зверюгу ходили чуть ли не в четыре десятка. Многих они подрали?

– Тринадцать насмерть, – Лийом скрипнул зубами. – И еще пятеро так плохи, что будет чудо, если дотянут до крепости.

– Шестеро, – добавил я, враз помрачнев. – Гаттон тоже без сознания.

– Тринадцать? – изумленно покачал головой Брислав и осмотрел всех нас по очереди. – Да вы богам должны в ножки кланяться, что землю до сих пор топчете.

Мы втроём переглянулись.

– Да говорю ж вам, – с нажимом произнес Брислав, – на них даже бывалые рубаки с опаской ходят, а тут сброд не пойми какой. Радуйтесь, что живы, дурачье!

В свете услышанного результаты боя уже не казались катастрофическими. Хотя, я когда наш трофей осматривал, тоже к таким выводам-то пришел. Везенье это. Чистой воды.

– Как вообще вы их отогнали?! – спросил воин из крепости.

Оррик уже хотел было ответить, но по моему знаку захлопнул рот, проглотив заготовленные слова.

– Прошу прощения, брат Брислав, но так вышло, что нам не только удалось обратить их в бегство, но одну тварь мы смогли убить, – сказал я.

– Чего-чего? – он резко повернулся ко мне, явно приметив мой жест. – Брешешь!

Похоже, мне он ни на йоту не поверил.

– Ну, пойдемте, сами увидите, – я махнул рукой в направлении нашего кострища и, не дожидаясь никого, зашагал обратно. – Здесь недалеко.