Владимир Комарьков – Хроники Арли. Книга 1. Где я? (Переиздание 2025) (страница 5)

Несмотря на полное отсутствие практики дальних переходов у прежнего хозяина тела, я чувствовал себя сносно. Пара-тройка часов бодрым шагом, вопреки моим опасениям, не заставила валиться с ног от усталости, а лишь добавила «утиных» вихляний в походку, и все больше хотелось пить.

– Иан! – окрик заставил меня притормозить. Мой конвоир задумчиво разглядывал что-то у меня за спиной.

Я радостно обернулся. Может, все-таки, привал, костер и еда? Мне даже показалось, как запахло жаркое. Но оказалось, что моему конвоиру «приспичило». Он, ничуть меня не стесняясь, отвязал какие-то завязки и подошел к обочине.

Неожиданная остановка, наконец, позволила его рассмотреть. Почти под два метра, не коренастый, а, скорее, ширококостный и жилистый человек лет тридцати. Крупное лицо, на котором природа небрежно раскидала рот, нос и глаза. Складывалось ощущение, что все это собрано от разных людей, настолько оно не сочеталось вместе.

Одежда только в темноте могла свидетельствовать о его «состоятельности». При дневном свете оказалось, что она несла на себе следы носки, а в некоторых местах так и вовсе зияла прорехами. Рубаха светилась свежими «штопками», штаны – протерты, сапоги – стоптаны. Причем половина вещей даже издалека казались не по размеру.

«Не король», – подумал я с некоторым сожалением.

Зачем я ему? Оставалась надежда, что не на органы. Скорее всего наш мудрый вождь спихнул меня ему за долги. На ум приходили слова: «Никчема к никчеме».

Заметив, что я за ним наблюдаю, он что-то произнес, но я не расслышал ни одного знакомого слова из того куцего словаря, что удалось почерпнуть за месяц. Я отрицательно мотнул головой, показывая, что не понимаю, Тот, не скрывая досады, поморщился. Так, чего доброго, у моего нового хозяина может возникнуть ощущение, что ему подсунули известное животное в мешке, и он решит вернуться с претензией к моему прежнему «нанимателю». Возвращаться же назад было нельзя.

Почему-то в книгах про таких горемык, как я, главный герой словно по мановению волшебной палочки обретал знание языка. Насколько же проще оказалось мое существование, если бы я с самого начала понимал и говорил на местном наречии.

Зайдя по этой «дорожке» достаточно далеко, я решил, что ждать у моря погоды не вариант. Ну, как-то же раньше учили иностранные языки? Ну-ка, попробуем дедовский способ!

Я развернулся к своему спутнику и бухнул себя кулаком в грудь.

– Иан! – бодро заявил я и ткнул пальцем в Кожаного.

Мой хозяин оказался не из смекалистых. Мне пришлось несколько раз повторить действия, пока до него ни дошел смысл.

– Храст, – конвоир хмыкнул и тоже постучал кулаком себя в грудь, затем произнёс что-то еще. Ну, конечно, он явно решил, что я умею говорить, но капризничаю.

Я покачал головой, на что опять получил тычок и гневный окрик продолжать путь.

Не повезло. Учитель из Храста вышел не то, что надо. Сказывался то ли недостаток терпения, то ли отсутствовало желание тратить не меня время. С другой стороны, мне теперь хотя бы известно имя.

Глава 4

Все-таки и моей выносливости есть предел. Мой шаг все больше напоминал перетаптывание пингвина, дыхание сбилось, руки-ноги налились свинцом и потяжелели. Скакать от радости уже не то, что не хотелось, скорее я боялся где-нибудь завалиться. Окружающий мир сузился до одной колеи, поросшей узкой, шершавой травой, которая последние полчаса принялась ловить меня за ноги. Чтобы не остановиться от усталости, я считал шаги. Но мне уже раз двадцать приходилось начинать заново, иначе длина слова даже мысленно превышала время моего шага.

По пути нам так и не попалось ни одного человека, ни на машине, ни без. Обошлось и без рыцарей с самолетами, хотя ни наверх, ни вперёд я уже не смотрел – не было сил. Дорога все время была пуста, лишь пернатые озорники сопровождали нашу компанию веселым криком. Храст оказался полностью невосприимчив к намекам, хотя несколько раз я обнаглел настолько, что ткнул пальцем в живот и изобразил у рта ложку.

Наконец, бледно-желтая петля дороги скрылась за соседним холмом, а оттуда темно-зеленой косой выглянул лес. Храст указал на него рукой, добавив одно слово вслух.

– Лес? – повторил я, полагая, что речь шла именно о нем. Храст кивнул и дальше пошёл впереди меня. Я в который уж раз подметил, что в нем больше не чувствовалось враждебности. Читались лишь ожидание и облегчение, это даже придало мне сил.

По моим прикидкам, до первых деревьев оставался ещё километр. Мелочь по сравнению с тем, что мы уже отмахали, и невообразимо много для того, кому не приходилось в день преодолевать и десятой части этого расстояния.

Впрочем, оказалось, я плохо знал свой организм. Мы дошли. Темно-зеленая стена выросла на глазах. Когда же наши ноги коснулись тени от самых высоких крон, я услышал не только свой облегченный вздох.

Лесная прохлада вдохнула жизнь в мое тело, несмотря на не слишком приятные воспоминания. Последний лесной поход в десятом классе закончился грустно, как для учеников, так и для учителей. Вместо обещанного костра, печеной картошки и сочных шашлыков мы получили проливной дождь, оголодавших комаров и воспаление легких у троих особенно удачливых путешественников. Школа ещё долго мусолила наше приключение во всех подробностях.

Воспоминания выдавили у меня улыбку – надеюсь, сегодня повезет больше.

Я заметил, что Храст совсем сбавил темп, так что, несмотря на усталость, мне без труда удавалось за ним поспевать. Дорога жила своей жизнью, петляя из стороны в сторону, прячась за раскидистыми кустами и стволами деревьев. Кое-где плотно утоптанная земля совсем заросла травой. Видно, дорогой в этой ее части почти не пользовались. Ветви деревьев нависали настолько низко, что даже мне не нужно было поднимать руку, чтобы до них дотянуться. Иногда нам даже приходилось идти согнувшись.

Я успевал разглядывать листву, снова пытаясь понять, есть ли отличия от земных. Мне не везло. Сколько бы я ни старался, сколько ни напрягал память, смотреть было особо не на что: меня окружали обычные клены, дубы и березы – опять ни малейшего намека на другую планету. Если бы не чуть зеленоватое солнце, признаков перемещения в пространстве нет. Нигде не видно ползающих лиан или плотоядных корней. В душе снова заворочался червячок: а вдруг – Земля?! Меня до того захватили рассуждения, что не заметил, как в руке моего спутника возник нож.

Если бы у меня были тормоза, они бы сейчас пронзительно завизжали. Мне стало не по себе при виде оружия. Храст перехватил мой опасливый взгляд, брошенный на руку с ножом, но не обратил на него внимания. Он что-то пристально высматривал в чаще.

С легким стуком у моих ног в землю вонзилась стрела. Несколько долгих секунд я не сводил глаз с оперенья, стараясь понять, что это означает. В груди молотом застучало сердце. Оно сорвалось в галоп, и я затравленно заозирался вокруг. Какая, к черту, Земля?! Стрела – это средневековье, средневековье – это разбойники, а эти ребята, по слухам, с одинокими путниками не церемонились.

Мой затравленный взгляд можно было принять за желание подороже продать свою жизнь, но, на дороге по-прежнему никого, кроме нас, не было. Мысли неслись вскачь. Бежать, пока не поздно?! Я бросил взгляд на спутника. Вдруг от меня ускользнул его знак, и сейчас он кинется наутек?!

Впрочем, на свой счёт я особо не обольщался. Храст, возможно, и убежит, мне же с моей подвижностью подобный вариант не грозит. Но тот неожиданно успокоился, стоял ровно, и усмешка гуляла по его жестким губам.

– Храст? – прозвучало откуда-то сверху. Так высоко поднять голову мне нечего было и думать. Увидеть говорившего я смог бы только в том случае, если бы лег на землю. Поэтому я остался стоять в той же позе, в которой застал вопрос. Про себя я вздохнул, в очередной раз пожелав неизвестному Васе, сломать шею, когда ему бы снова вздумалось поиграться с чужой судьбой.

Мой спутник тем временем кому-то махнул рукой. Я услышал ещё одну фразу, и на дорогу высыпало пять человек. Они тоже все щеголяли в коже, но смотрелись гораздо опрятнее. У двоих в руках были луки с натянутой тетивой. Ещё двое радостно похлопали по спине Храста, и я обратил внимание на рукояти ножей, торчавших из-за голенищ. Один из пятерых, одетый еще солиднее, держался поодаль, и с его пояса свисал меч.

Я наблюдал за ними, распахнув рот. Человек с мечом недоуменно на меня посмотрел, затем перевел взгляд на Храста – в его глазах явно сквозил вопрос. Мой спутник поначалу напрягся, но, заметив мою реакцию, заржал, и мне стало неловко, – судя по реакции, тут все свои. На меня ещё пару минут косились криво, а затем забыли.

А уже через четверть часа на дороге никого не осталось. За маленьким отрядом сомкнулись ветви, и мы растворились среди деревьев. Мне же ничего не оставалось, кроме как последовать за очередным вывертом капризной судьбы. Тащить на костер меня пока что не собирались, а остальное я готов был перетерпеть.

Люди впереди шли уверенно. Первым – дядька с мечом, негромко переговариваясь с моим провожатым, Храст вполголоса ему отвечал. Иногда я слышал смех то одного, то другого. Еще трое из отряда бесшумными тенями скользили следом. Я пыхтел предпоследним, и сразу становилось понятно, что в лесу в нынешнем обличии мне делать нечего. Даже идти за грибами. Иан, если и видел лес раньше, то только издалека. Обо мне и говорить нечего – я зверь из бетонных джунглей.