Владимир Колесов – Концептология (страница 50)

Грёзы — свойство детства и юности (Стану слушать те детские грёзы, Для которых — всё блеск впереди; Каждый раз благодатные слёзы У меня закипают в груди. Фет. Только станет смеркаться немножко...; О грезах юности томим воспоминаньем, С отрадой тайною и тайным содроганьем, Прекрасное дитя, я на тебя смотрю... Лермонтов. Ребенку), к ним проявляют обычно негативное отношение (Во тьме глухих ночей, глотая молча слезы (А слез, как счастия, я ждал!), Проклятьями корил я девственные грезы И понапрасну проклинал... Апухтин. Сегодня мне исполнилось 17 лет...; На родине моей не светит просвещенье Лучами мирными нигде, Коснеют, мучатся и гибнут поколенья В бессмысленной вражде; Все грезы юности, водя сурово бровью, Поносит старый сибарит, А сын на труд отца, добытый часто кровью, С насмешкою глядит. Апухтин. Из поэмы «Село Колотовка»),

Первоначально мышление не отличало ощущения от чувств и мыслей. Мотивирующий признак ‘смешение’ наблюдается в развившихся у грёзы категориальных признаках ‘мысль’ — этот признак оценивается амбивалентно (Но вновь в уме моем стеснились мрачны грезы, Я слабою рукой искал тебя во мгле... Пушкин. Выздоровление; Клоками сбиты волоса, Чело высокое в морщинах, Но ясных грез его краса Горит в продуманных картинах. Есенин. Поэт; И проходишь ты в думах и грезах, Как царица блаженных времен, С головой, утопающей в розах, Погруженная в сказочный сон. Блок. Кармен), ‘замысел’ (А сколько родилось в тебе чудных замыслов, поэтических грез, сколько перечувствовалось дивных впечатлений!.. Гоголь. Мертвые души), ‘ощущение’ (Все эти давние, необыкновенные происшествия заменились спокойною и уединенною жизнию, теми дремлющими и вместе какими-то гармоническими грезами, которые ощущаете вы, сидя на деревенском балконе, обращенном в сад... Гоголь. Мертвые души), ‘чувство’ (Но и друг наш Чичиков чувствовал в это время не вовсе прозаические грезы. Гоголь. Мертвые души).

Понятийный признак ‘мечта, создание воображения’ по метонимическому переносу переходит в категориальный ‘занятие/ времяпрепровождение’ (Когда исполнюсь красотою, Когда наскучу лаской роз, Когда запросится к покою Душа, усталая от грез. Гумилев. Credo; Теперь же, когда вместе со смертью пришла свобода от уз, — с горькой и пламенной страстностью отдался он грезам, в самой безнадежности любви черпая для нее нужное и последнее оправдание. Андреев. Сашка Жегулёв; Там он ложился на песок и целыми часами любовался на бег волн, отдаваясь своим грезам. Брюсов. Под старым мостом; Почти не имела образа Женя Эгмонт: никогда в грезах непрестанных не видел ее лица, ни улыбки, ни даже глаз... Андреев. Сашка Жегулёв; Что томиться грезой неземной? Брюсов. Детские упования).

Как видно из приведенной выше таблицы, образные признаки возникли, с одной стороны, за счет метонимического переноса: «способов ... развития образа известно множество, но средневековое сознание предпочитало метонимию, т. е. перенесение признака с одного предмета на другой по принципу смежности, функции (часть = целое)» (Колесов, 2000: 12). С другой стороны, образные признаки появлялись вследствие особого способа видения мира и соответствующей его категоризации — единства природы и человека, их общих признаков. Для современного сознания существовавшая ранее метонимическая связь уже утрачена, требуется логическое объяснение этой связи, и соответствующие признаки воспринимаются как метафорические.

Современный человек с трудом осознает то, какими языковыми ресурсами он используется в повседневности. Особенно это заметно при анализе признаков концептов. Так, в выражениях выстрелить из пушки и стрелять глазами наш современник с трудом заметит метафору стрелы: выстрелить букв. «выпустить стрелу»; глагол пестовать в значении «воспитывать» пришел из кулинарии, буквальное значение этого глагола «готовить в ступке при помощи песта»; в глаголе воспитывать мы уже не видим метафору питания: воспитывать букв. «вскармливать (для роста)». Такие же трудности будут в прочтении метафоры глубины в выражении углубиться в лес, метафор наказания громовержцем в сочетаниях молния поразила, удар молнии. И это указывает на то, что за период существования этноса изменилась концептуальная картина мира, при помощи которой носитель языка осознает действительность.

Ментальность представляет всё разнообразие духовной — интеллектуальной и эмоциональной — жизни человека в языковых категориях. Языковое мышление связано с концептуальным делением мира, многоаспектность такого деления соотносится со способами его осмысления, учитывающими различные планы существования мира, уровни его представления, разного рода измерения, отношения между фрагментами мира или человеком и участком мира. Огромная роль в концептуальном делении мира принадлежит культуре народа, в которой нашли свое отражение историческое развитие нации, нравы, традиции, обычаи, мифология и религия народа. Таким образом, ментальность как интеллектуальная деятельность обнаруживает связь с процессом познания, спецификой осмысления мира и его фрагментов, с одной стороны, с другой — с языком и материальной и духовной культурой народа.

Задание:

Рассмотрите структуру концепта мечта и сравните ее со структурой концепта грёза.

Познавательные концепты противопоставлены художественным концептам. В художественном концепте заключены понятия, представления, чувства, волевые акты, приписываемые автором своим персонажам или увиденные читателем текста. Как пишет Л. Ю. Буянова, «каждый художественный текст/ дискурс можно интерпретировать как личность, завершившую речевой акт, но не перестающую мыслить. Множество интерпретаций, множество воспринимающих, множество ассоциаций, связанных с перцепцией каждого конкретного текста, характеризуются неопределённостью и непредсказуемостью реакции. Художественный концепт является как бы заместителем образа, в силу чего природа художественного освоения мира отличается эмоционально-экспрессивной маркированностью, особым словесным рисунком, в котором красками выступают эксплицируемые вербальными знаками образы и ассоциативно-символьные констелляции» (Буянова, 2002: 2).

Исследование культуры отдельного народа и отдельного писателя возможно в рамках такого явления, как самопознание: «Для того, чтобы способствовать индивидуальному самопознанию, культура должна воплощать в себе те элементы психологии, которые являются общими для всех или для большинства личностей, причастных к данной культуре, т.е. совокупность элементов национальной психологии. При этом воплощать такие элементы культура должна ярко, выпукло, ибо чем ярче они будут воплощены, тем легче каждому индивидууму познать их через культуру в самом себе» (Трубецкой, 1995: 119). Язык — составная часть культуры. Язык народа есть не только инструмент общения и воздействия, но и средство усвоения культуры, получения, хранения и передачи культурно-значимой информации.

Концептуальная система — это основа языковой картины мира, в том числе авторской. Концепты — составные части концептуальной системы —объективируются в виде слов или сочетаний слов, в которых «прочитываются» признаки фрагментов языковой картины мира.

Признаки концептов, представляющие национальную картину мира, консервативны. И в то же время картина мира народов меняется, структура признаков концептов расширяется за счёт продолжающего познания мира. Развитие науки, культурные процессы дополняют сведения о мире, в том числе о мире внутреннем. В языке отражены знания о человеке: человек описывается как сложное образование, что лишь отчасти можно объяснить существующими и существовавшими ранее мифологическими и религиозными представлениями. Анализ концептов приводит к выявлению архаичных знаний о мире. Эти знания не относятся к разряду научных, это народные, обыденные представления, на них накладывают отпечаток меняющиеся религиозные и научные воззрения социума. Любой автор пользуется фондом языка при описании своих чувств, переживаний, мыслей. При этом он воссоздает признаки концептов, которые уже существуют в языковой картине мира, но иногда он изобретает новые признаки. Авторские признаки, не входящие в структуру национального концепта, именуются окказиональными.

Каждая культура имеет свою модель — картину мира. Содержание культуры представлено различными областями: это нравы и обычаи, язык и письменность, одежда, поселения, работа (труд), воспитание, экономика, армия, общественно-политическое устройство, закон, наука, техника, искусство, религия, проявления духовного развития народа. Все эти области в языке реализуются в виде системы кодов культуры. «Язык — уникальный архив исторической памяти народа, отражение его образа жизни, верований, психологии, морали, норм поведения» (Кошарная, 2002: 26). Код культуры — это макросистема характеристик объектов картины мира, объединенных общим категориальным свойством; это некая понятийная сетка, используя которую носитель языка категоризует, структурирует и оценивает окружающий его и свой внутренний миры. При переносе в языке характеристик из одного кода в другой возникает метафора или метонимия. Код культуры — это таксономия элементов картины мира, в которой объединены природные и созданные руками человека объекты (биофакты и артефакты), объекты внешнего и внутреннего миров (физические и психические явления). Коды культуры проявляются в процессах категоризации мира.