Владимир Казаков – Валерьянка для кота Шрёдингера (страница 3)

Я, конечно, в курсе, что основной признак демократии – это выборность власти. Но как выразился мой знакомый, современные выборы, это как покупка товара в китайском интернет-магазине. Там есть красивая картинка и описание на сайте, мощная реклама, купленные отзывы. А покупатель оплачивает и получает низкокачественную бесполезную вещь, которая не выполняет свои функции. Потом рад бы выкинуть, но уже оплатил, а продавец смылся.

Кстати, в эту модель очень хорошо попадает возмущение оппозиции, что выбирают не их, а тех, кто уже во власти. Просто, как и с интернет-магазином, покупатель предпочитает уже проверенный товар. Путь не очень качественный и устаревший, но уже привычный и выполняющий свои функции, нежели новый, но с неизвестным качеством и, возможно, вообще неработоспособный. Никто не хочет интернет-магазин менять на казино, все хорошо представляют вероятность выигрыша.

Демократия работала и работает только с малым количеством людей. В Америке в маленьком городке выбирают шерифа и мэра. В России в деревне выбирают главу сельсовета. Это работало когда-то даже в колхозе. Это же работало в Древней Греции, в средневековых городах-государствах, и на заре Римской Империи. Народу мало, и каждый лично знал того, кого выбирал.

В той же Римской Империи патриции сначала вместе служили в каком-то легионе, потом, выйдя на гражданку, вместе ходили в баню и пьянствовали на симпозиумах. И чего бы не выдвинуть своего кореша в Сенат? Или в европейских городах-государствах в Ратушу выбирали представителей от Цехов. Естественно, цеховики своих соседей знали как облупленных.

А потом демократия кончилась. Людей стало больше, появилась элита, которая постаралась оградить себя от посторонних. Хотите зрелищ – получите. Дебаты, предвыборная кампания кандидата, обещания и красивые лозунги. Единственное достоинство кандидата – ораторское искусство. Попросту – подвешенный язык. Но все взрослые люди хорошо знают, что человек, умеющий хорошо говорить, обычно очень плохо умеет что-либо делать. Выборы превратились в фикцию.

На публике кандидаты делают вид, что дерутся в кровь! А потом пойдут вместе пьянствовать по случаю победы одного из них. Они уже заранее договорились, как распределят власть. А вы голосуйте! Но выбирать вы будете только из них.

А дальше стало еще веселее. Или грустнее. К 20-му веку кандидат стал клоуном на зарплате. Его выборы оплачивает и организует спонсор. Потом, когда тот победит, спонсор получает дивиденды, напрямую руководя своим протеже. Что-то интересное получается, если такой артист сможет «кинуть» своих хозяев и перехватить власть, но чаще он просто тянет лямку.

Нет, конечно, вы можете и своего кандидата предложить. Ага. Если у вас есть деньги, а у него все в порядке с подвешенным языком. И при этом, если он сможет договориться с другими представителями властной элиты, что честно поделится после победы.

Может даже и спонсоры найдутся. Почему бы и нет? Лишь бы электорат был доволен. Точно-точно! Демократия же! Но только кандидат будет уже не ваш, а их.

Такие выдвиженцы – хороший способ удержать электорат от силовых методов смены власти. На новых персонажах легче заработать, так что всегда пожалуйста.

Игра в выборы – это не более чем способ разных группировок в элите получить чуть больше власти или конвертировать власть в деньги и наоборот. Но они всегда между собой договорятся, а вы продолжайте бегать с транспарантами: «За Ельцина!» «За Зюганова!» «За Немцова!» «За Жириновского!» «Голосуй сердцем!»

Скептики меня спросят, мол, раз ты такой умный, предложи что-то лучше? Не предложу. Естественных способов при таком количестве народонаселения просто нет. Ну разве что власть выбирать по тому же принципу, что и присяжных на суде. По жребию. Сарказм.

Ненавижу политиков! Особенно на фоне того, что я о них знаю. У них основная цель – удовлетворение Эго. Только и всего. (У некоторых, правда, способ заработать. Поскольку к реальной работе они не приспособлены.) Страдают всегда те, кто ниже. Не они.

На дворе как раз 18-й год, когда меня сделали на 5 лет «моложе». Для меня, как и многих моих сверстников – это смертный приговор. Отсроченный. Особенно на фоне менталитета наших бизнесменов, которые этот приговор приведут в исполнение. И как я должен относиться к своим палачам и судьям? Я бы много отдал, чтобы поквитаться.

Когда мы выехали из дворов на проспект, там уже стояла обычная для пяти часов пробка. Так что можно было неспешно побеседовать.

– Что вас сюда принесло-то? Говорили же, что этот Мир мусорный и нафиг никому не нужен. «Вымирайте, типа, спокойно. Мешать не будем.»

– Ну вот тебя повидать хотели. Орден вручить опять же. Легенда института как-никак. Своеобразная ипостась кота Шредингера. Тебя так профессор Петров обозвал, кстати, в своей монографии. В учебниках упомянут.

Ну да, человек-маяк в «мусорном» Мире, который еще и недоступен для контакта – это действительно кот Шредингера. Может жив, а может нет.

– Орден посмертно. – я скривился. – Не паясничай. Я серьезно.

– Тебе с какого места рассказывать?

– По порядку или с самого важного. Без разницы.

– Во-первых, война назревает. Во-вторых, нашли еще один мир, но нужна транзитная база.

Ну, как всегда, как у всех, чьи-то шкурные интересы или спасение чужой задницы. У них там тысяча лет прошла без малого, а ничего не изменилось. Все так же нужны те, кто примет первый удар наступающего врага. И все для того, чтобы большая империя могла быть в относительной безопасности за чьими то спинами. Ничего не меняется в подлунном мире!

– Как понимаю, война у вас. Наша война Союзу до лампочки.

– Что стоит война у вас, даже мировая, по сравнению с тем, что начнется, если сцепятся Союз и Предтечи. – Вика изобразила возмущение.

– Ну, для кого как?! Предтечи нас всего лишь тихо распылят на атомы, а при ядерной войне смерть будет более мучительной. – я тоже сделал вид, что возмущаюсь. – Опять же, какой от нас толк в вашей войне-то? Ресурсы? Люди? Так, по-моему, у Союза сейчас с этим проблем нет. Да и не очень представляю где можно использовать все это. Особенно из моего мира, где всё уже загажено или израсходовано.

Я пропустил отъезжающий от остановки автобус.

– А что, Предтечи как-то себя обозначили? Раньше просто находили мертвые миры, и все. И я до сих пор в сомнениях, чьих рук дело, эти мертвые миры. Их или Союза?

– Ранее найденные нами мертвые миры стали заселяться. Самое интересное, что людьми. Самыми обыкновенными людьми. Откуда они, тоже непонятно.

– И что из себя представляют эти люди?

– По большей части оборванные одичавшие, по виду монголоиды в основном.

– Наблюдателя там, конечно, нет.

– При любой нашей активности миры блокируются.

Ну да, уже вспомнил. Переход в параллельный мир можно заблокировать, только не помню как.

Тем временем мы доехали до перекрестка, за которым было посвободней. Машины начали рассасываться на перекрестке по разным направлениям, развозя офисную братию из центра по окраинам. Вечерняя суета обычного города. Солнце давно село, и холодный свет фонарей добавлял мрачности этой суете. Или я ее так воспринимаю? Ведь все же вроде нормально. Вон, студенты, вполне себе весёлые. Веселая вывеска турфирмы. Но мне невесело.

– А Предтечи на контакт так и не вышли? И ультиматума тоже нет?

– Вышли. Но своеобразно. В одном из промежуточных миров недалеко от базы на скале текст нашли: «Вы слишком быстро расширяетесь. Не делайте так.» Текст на русском. Сделан микропортальной гравировкой. Перед этим был всплеск поля.

Вот это уже хуже. О нас, выходит, хорошо знают, и вовсю контролируют. А значит, в любой момент могут нагрянуть. Еще бы знать, кто это такие?

– Вообще-то, похоже именно на перевод с китайского. «Последнее китайское предупреждение». Это не китайцы случайно? – блеснул я интуицией. – Кто вообще оппонентов назвал Предтечами?

– Это еще когда наше НИИ только начало организовывать контакты между мирами, года за три до тебя и меня, наткнулись на мертвый мир. Самый первый мертвый мир, который нашли. Выпотрошенный до камня. Радиация слабая, чахлые растения и ядовитая атмосфера, почти без кислорода. Огромные котлованы на месте месторождений ископаемых. Остатки строений. Остовы зданий. При этом никаких следов войны. Как будто кто-то все выпотрошил и бросил. Вот кто-то из ученых и высказался, что до нас здесь уже побывали предтечи грабежа параллельных миров.

Совершенно верно, противника можно обозвать как угодно. Но обычно используют первое пришедшее в голову слово, хоть с чем-то связанное. Чем ярче воображение, тем витиеватее и звучнее название. И наоборот. А в данном случае, врага вообще никто никогда не видел. Вот и название получилось нейтральное.

– Как я понимаю, изначальная задумка была тоже пограбить. И да, Союз, типа, никого не грабит?

–Да наверное все изобретения делаются для того, чтобы получить какую-то выгоду. Экскаватор, например, чтобы откопать золото и уголь. Но у нас давно выяснили, что ресурсы можно и без потрошения параллельных миров получить. И главная ценность, вообще-то, это не металлы, воздух или вода. – по интонации Вики было понятно, что ее уже начинает раздражать такой разговор. – Ты много ограбленных видел? После изобретения репликаторов – это вообще не актуально. Ну, есть куча пустых миров, откуда можно и воздух и все остальное качать. Опять же, космос. Там, разве что, сложно найти свободный кислород и тяжелые углеводороды. Остального завались.