Владимир Кашин – Вся надежда – на Сталина! Уроки вождя (страница 15)

– Ну, знаешь, здесь у него были разумные идеи. Кукурузой, к примеру, еще Ильич предлагал заниматься. Конечно, в подходящем климате.

И вот насчет совнархозов у него – тоже здравая идея. Правда – недоведенная и недостаточно продуманная. Во-первых, не вместо отраслевых министерств, а вместе – с такими министерствами. Но, конечно, число таких министерств должно быть строго ограничено – только для тех отраслей, управление которыми должно оставаться централизованным по технологически причинам. Например, авиастроение, атомная промышленность, железные дороги, единая энергосистема.

А во-вторых, совнархозы должны были стать базовыми планово-управленческими структурами, обеспечивающими их самостоятельное развитие. В рамках, конечно, единого общегосударственного планирования. К примеру – совнархоз Дальнего Востока, совнархоз Средней Азии. А все эти национальные образования (республики, края, области, и т.д.) надо было перевести в режим культурных автономий. К ним же надо было бы и «привязать» партийные структуры – при давно задуманном нами ограничении функций партии вопросами идеологии и пропаганды.

– Припоминаю – был у меня как-то такой разговор с Хрущевым. Он, в общем, тоже склонялся к такому варианту. Но потом, после нас – быстро переиграл. Понял, что выйти на первое место без сохранения первой должности в партии у него не получается. От «оборонки» он был далек, а лучшие кадры у нас был именно в этих отраслях. И Малышев, и Ванников, и Устинов в этом плане были на голову его выше.

– Да и твоих дел, Лаврентий, он совсем не знал.

– Королев его «купил» этим своим спутником. А когда ему из нашего посольства в Вашингтоне сообщили о страшной панике, разразившейся в США, он решил, что «ухватил Бога за бороду».

– Может быть. В любом случае, зря он Эйзенхауэра прилюдно унизил. У нас с ним хороший контакт был во время войны, с генералом можно было и по германскому урегулированию сотрудничать. Тогда труменовские ставленники его оттерли, но когда он пришел в политику, с ним можно было поддерживать нормальные отношения. Старые воины свое боевое прошлое не забывают.

– Ну, Эйзенхауэр был полный генерал, а у Никиты – только две звезды, вот его и занесло.

– И твоими маршальскими звездами мы его сильно напугали, Лаврентий!

– Кто же знал? Булганину вон тоже дали маршала.

– Булганин никому не был опасен. Кроме, как мне докладывали, балерин из Большого театра.

А сепаратизм у нас возродил как раз Хрущев. Когда его в Политбюро наголову разбили (это – уже после меня), он собрал партбоссов со всей страны, чего-то им много наобещал, они и подержали его против «центристов». А у Молотова такого авторитета, как у вас, конечно, не было. И среди военных он не сумел добиться поддержки. Один Шепилов занял четкую позицию, а боевые маршалы предпочли отмолчаться.

А потом этой же картой Хрущева побил Брежнев. Пообещал местным начальникам «вечную» стабильность, в их уделах. Отменил нашу ротацию – когда мы больше 4—5 лет никому не разрешали сидеть на своем посту – что в областях, что в республиках, вот они все и забурели.

– Но, Лаврентий, у нас же по структуре КГБ – все было жестко централизовано. И маршалы, которые смидели на округах – тоже за местными князьками присматривали!

– Маршалы, товарищ Сталин, притихли – как только Никита с Жуковым разделался. А КГБ подмяли под партийцев. А потом им и вообще запретили брать в разработку партийных боссов.

– Да не может быть! Создали касту «неприкасаемых»?

– Так точно, товарищ Сталин. Вот с тех времен и пошли удельные ханства, да княжества. А когда Горбачев в центре всех умотал своей болтовней, то он за поддержкой бросился к окраинам. Мол, смотрите: Уберут меня – возьмутся за вас! Ведь и у вас, как у меня, нечего предложить народу – одни призывы да обещания. Ну, все на это и купились. Кроме Назарбаева да белорусов. Но Горбачев «со-товарищи» их числом одолел.

– Чем же он их всех так прельстил?

– Да по модели Емельки Пугачева. Бросил им клич: Признаете меня за Петра Третьего – я за вами ваши уделы навечно закреплю. Вообще в ваши дела не буду вмешиваться. И боярам своим запрещу к вам с ревизиями ездить! Кто же от такого откажется? А просит «Дорогой Михаил Сергеевич» всего-то подписать с ним какой-то договор – ладно, подпишем! Жалко, что ли? А стоит ли его выполнять – это мы еще посмотрим!

– А армия, КГБ, прокуратура – эти куда смотрели?

– Да я же вам объясняю – всех подмяли под партию. А в партии – закрепили власть местных боссов. А боссы – подняли свои нацкадры. Мол, нас эти «центристы» совсем одолели, жизни не дают, все ресурсы – в Москву тянут. У себя метро устроили – как в музее, а нам даже трамваев чешских не дают.

Ну, народ и поднялся! Как не дают – чешских трамваев? За что боролись? Да мы и автобусов венгерских у Москвы выпросить не можем! Как? И автобусов – тоже? Да точно так! Выходите на улицы, поддержите нашего Рашидова-Усманова-Ходжаева-Букуридзе – будут вам и трамваи, и автобусы!

– И народ – пошел?

– Пошел, товарищ Сталин. А что делать? Трамваев – не дают, водку не продают, виноградники – вырубают. Куда деваться бедному дехканину?

– А дальше?

– А дальше: народ – пошел, и процесс – тоже пошел. Никто и оглянуться не успел – СССР заменили на СНГ. Разница не велика – не правда ли? Прибалты ввели свои деньги – чтобы их рус-туристы не грабили…

– Как, как? Чтобы туристы их не грабили? Это – что-то новенькое! Возможно, из утерянных глав «Капитала».

– Азиаты закричали: Хватит жировать на нашем хлопке! Наши братья-грузины: Пей свой квас, русак! Не трожь наш натуральный грузинский вин! А армяне, понятно, заблокировали вывоз своего коньяка.

– Черчилль сильно расстроился?

– Да умер он, товарищ Сталин! И потом – армяне запрет наложили только на Москву. А в Лондон или Париж – пожалуйста.

– Да, сильно! В Париже по этому поводу были народные гуляния?

– Нет, они жалобу подали в Европейский суд. Написали, чтобы «коньяком» назывались только их коньяки. А все другие – пусть как-то по-другому. Типа – сливовица…

– Ты что, Лаврентий? Сливовица ведь, похоже, из слив!

– Ну, или – бренди. Или – еще как. Не суть дела. Важно, что все пошли делиться, как только можно. Абхазы, понятно, наших грузин оставили. А осетины умудрились даже два государства себе создать.

– И евреи – тогда три?

– Нет, они как-то Израилем увлеклись. Они даже свою автономную область не смогли до республики поднять.

– А Каганович – им не помог?

– Да умер ваш Каганович! И, потом, Лазарь разве вам не говорил, что он – большевик, а не еврей? Он мне сам об этом рассказывал.

– Может, и говорил. Не помню. Ну а дальше?

– А что – дальше? СССР – развалился. Бывшие союзные республики между собой то ругаются, то – воюют. Украина и Грузия – в НАТО намылились. Прибалты – уже там. Теперь, если у Эстонии псковский мужик козу украдет, то НАТО должно будет бомбить Москву. И украинцы – тоже винты у своих бомберов крутят, руки потирают, боятся упустить момент.

– И наши братья-грузины – тоже?

– Нет, наши братья-грузины с этим не спешат. Мы, говорят, Чингизхана на Москву пропустить можем, а сами – пока погодим. Подождем, когда он вернется – пусть расскажет нам о своих впечатлениях.

– А сейчас на очереди – то же самое ожидается и для России.

– Почему?

– Давайте я вам справочку наших экспертов по этому поводу зачитаю. Вот, сейчас найду это место.

«СССР не распался, его раздробили частные эгоистические интересы местных национальных элит. Это же может случиться и с Россией, в лице нынешней Российской федерации.

И ровно по тем же причинам. Но нужно также отметить, все эти разделы изначально не только противоречили ясно выраженной воле народов (хотя от Горбачева, действительно, в то время хотели избавиться уже и верхи, и низы), но они также были нелегитимны и в чисто правовом отношении.

Фактически ни одна республика, включая и Россию, не вышла из СССР в полном соответствии с действовавшим правовым порядком. Внутренние административные границы в какой-то сомнительной спешке и без всяких объяснений и оснований вдруг превратились в международные границы.

При этом от России – признанной в международно-правом смысле как официальной преемницы СССР – были отделены народы и территории, которые вполне внятно и гласно заявили о своем крайнем нежелании покидать Россию. Это – Абхазия и Аджария, северный Казахстан, Крым и левобережная, по Днепру, Украина. При этом республикам Средней Азии вообще не оставили никакого выбора – их отделило от России Казахстаном. А Белоруссия и Молдавия были просто захвачены врасплох.

Белорусов, правда, успокоили, что они остаются с Россией в самом тесном союзе и даже – в одном союзном государстве. А молдаван заставили выбирать, не «с кем дружить» (хотя прежде они со всеми вполне мирно ладили), а «против кого дружить» – между Россией, Украиной и Румынией.

Не удивительно, что все это вылилось потом в многочисленные конфликты, которые до сих пор омрачают отношения между постсоветскими государствами. Некоторые из них доходили до открытых военных действий – Нагорный Карабах, боестолкновение между Россией и Грузией, война в Приднестровье, постоянные военные конфликты в Средней Азии..

Между тем, ничего не мешало признать действовавшие тогда административные границы временными и установить порядок мирного обсуждения сложившейся ситуации, с учетом интересов всех сторон.