Владимир Ильин – Река Межа. Книга первая. Менгир (страница 19)
– …и пока враг не завладел нашими рубежами… – поддержала его Вероника.
– …мы все трое станем нести караул, – закончил общую мысль Виктор. – Тем более, мне давно хочется увидеть город и окрестности со смотровой площадки башни, но я скромно молчу уже.
И они поднялись наверх по деревянной скрипучей лестнице, что была в простенке за шкафом. Здесь, под открытым небом, прошитая всеми ветрами мира реальность казалась огромным куполом, по которому отрешённо плыли облака, а сбоку, между ними, висела потерявшаяся в солнечном свете, прозрачно-белая, но всё же самая настоящая луна. Вероника тут же подошла к краю, положив руки на перила, которые крепились между каменными зубцами.
– Поглядите, какая красота, отсюда, с такой высотищи, вся земля видна!
И особенно город. Он лежал на западе, куда сейчас стремилось оранжевое солнце убывающего летнего дня, и против его лучей смотрелся тяжеловесно затенённым. А плоские крыши его домов, наоборот, ярко выделялись, как на искусно освещённом макете. Только, в отличие от макета, город был живым. По его улицам разъезжали конные экипажи и ходили люди, над ним летали птичьи стаи – и всё это сразу, как на ладонях неведомого великана-бога. Трое молодых людей на башне невольно умолкли, чувствуя, что и они сейчас тоже открыты внимательному взгляду откуда-то сверху существа настолько огромного, что сознание не улавливало его очертаний.
– Вон он идёт!
Стоящий на другой стороне площадки Роман смотрел в сторону перевала, покрытого зелёными пятнами растительности, оттуда спускалась фигурка очень спешащего часового.
– Спал он там, в кустах, что ли? Проснулся…
Солдата встретили внизу, на первом этаже пограничного поста, и Роман тут же пресёк его попытки к самооправданию.
– Разговорчики! Ставь котелок с ягодой и живо в караул! Сигналкой там займись, я сегодня не проверял.
Слегка пригнувшись, как в бою, часовой ринулся наверх, а Роман осмотрел ягоду, перетряхнув её в котелке с боку на бок.
– Маловато что-то, наверно, сам сожрал больше этого. Кстати, вы есть хотите? Нам каждое утро завозят пищу на сутки.
– Теперь уже дома поужинаем, скоро прибудет наш экипаж, – сказала Вероника.
И действительно, вскоре возле башни остановилась знакомая Роману карета, запряжённая парой лошадей, и из неё высунулся молодой офицер.
– Эй, Роман, где ты там? Давай не задерживай!
Тот помахал рукой из оконного проёма, прокричав в ответ:
– Уже идём! Но нас тут трое.
– Да хоть тридцать, – донеслось снизу, – веселее будет ехать.
Поехали. С одной стороны салона сиденье занимали два офицера, а с другой уместились Роман, Виктор, Вероника посередине. Сидеть пришлось плотно прижавшись друг к другу. Вероника выждала, когда экипаж тронется и, под негласным предлогом того, что надо же как-то держаться, притиснула своё колено к ноге притиснутого к стенке кареты Виктора. Могла бы этого и не делать, держась за одного Романа. Виктор решил, что обратить на это внимание сейчас, значит, обратить на это внимание всех, кто был в карете. Наверное, также решила и Вероника, совершенно уверенная в порядочности Виктора. Виктор отвернулся в окно, выбрав порядочность.
Когда приехали домой, выяснилось, что Виталий Ремович ещё не вернулся из института. Соседка накрыла стол для ужина во дворе.
– Как они сообщались? – спросил Виктор у Романа. – Как башни сообщались между собой? Как-то же они передавали сигналы друг другу, а если нет, зачем было дублировать пост? Смысл только один – в усилении контроля.
Роман положил вилку и отпил глоток вина.
– Ты прав, мой друг, – без улыбки, грустно пошутил Роман, – это было что-то отличающееся от нашего фонаря. Например, средство сигнальной связи, только беспроводное, действующее на большие расстояния.
– Тогда нужно признать, что технически они превосходили нас.
– Ну, не обязательно превосходили. Просто у них были развиты другие стороны технического прогресса. Это логично: что на потребу, то и развивали. У них были другие потребности, вот и всё.
Вероника вздохнула и, перебросившись парой фраз с соседкой, удалилась в дом.
– Честно говоря, Виктор, я не силён в этом вопросе. Спроси лучше Виталия Ремовича, может, у него есть какие-нибудь предположения.
Виктор вспомнил беспокоивший его невыясненный вопрос, и поинтересовался у Романа, что он имел в виду, когда сказал вечером за столом, будто можно двигаться вместе с королевской политикой, всё дальше на восток, в сторону Холодных земель? И Роман ответил, что у Виталия Ремовича, среди прочих очень многих предположений есть интересное предположение о сползании всех вновь появившихся на этой стороне Межи народов с запада на восток.
– Новые люди появляются в истории всегда на западе, – объяснил эту мысль Роман. – Но с течением времени они географически сдвигаются вниз по течению Межи. Это как бы неизбежность эволюции, закон жизни здесь, на Левом берегу.
Он рассмеялся и добавил, чтобы сменить тему разговора на что-нибудь более лёгкое и весёлое:
– Может быть, поэтому нам кажется, будто солнце всегда стремится на запад? Просто мы сами всегда стремимся на восток, хотя и не хотим себе в этом признаться.
Виктор улыбнулся краешками рта, чтобы поддержать Романа.
– А вот и сам, наконец-то! – сказала соседка, первой заметив появившегося во дворе Виталия Ремовича. Она радостно подхватилась из-за стола. – Виталий, мой руки и присаживайся, я тебе принесу горячего гуляша!
Старик остановил её, устало изобразив пальцами в воздухе нечто отрицательное.
– Не нужно, у меня сейчас нет аппетита. Лучше принеси мне… – он подслеповато присмотрелся к уместившейся среди прочей посуды бутылке красного столового вина, – нет, принеси моего любимого, ты знаешь.
Соседка исчезла в доме на минуту, вернувшись с бутылкой белого. Из другого дома вышла Вероника, чтобы встретить отца, они обнялись и поцеловали друг друга в щёку. Виталий Ремович уселся на своём обычном месте за столом, облегчённо вздохнул, а мыть рук он не стал. Вероника расположилась рядом с ним.
– Придётся завтра отправиться в Туф, такие дела. Пробуду там день-другой, не больше… Виктор, сожалею, что не имею возможности исполнить обещанное. Но убедительно прошу вас остаться у меня в гостях до моего приезда. Я покажу вам кое-что из моей коллекции археологических находок. Некоторый, так сказать, артефакт! – Он взглянул на Веронику, и на его лице сложилось лукавое выражение. – А профессиональную экскурсию по кремлю вам устроит моя взрослая дочь. Уверяю вас, у неё это получится ничуть не хуже, а, может быть, даже лучше. Она молода, и видит вещи по-новому, на волне времени, как я уже не умею видеть.
От неожиданной глубокой похвалы отца при всех, за столом Вероника смутилась. Она по-детски неосторожно вскинула глаза на Виктора, поздно поняла свою оплошность и стремительно покраснела. На первых порах знакомства с нею Виктору казалось, что эта властная девушка сама руководит своими эмоциями, а оказалось, что она внутри такая же наивная, ранимая и беззащитная, как все люди. Вероника нахмурилась, вцепившись пальцами в край скамьи, чтобы не опозорить себя малодушным побегом. Уже через несколько мгновений она справилась с ситуацией и вернула себе привычно уверенный и немного насмешливый вид умелой провинциальной красавицы. Звякнул металл – это младший брат Романа столкнул локтем вилку и полез за ней под стол. Роман положил на пустую тарелку скомканную бумажную салфетку.
– За сим откланиваюсь, – сдержанно съёрничал он. – Вероничка, если не затруднит, приготовь мне назавтра другой мундир. А я посмотрю, что у вас случилось с водяным насосом.
– Не прошло и полгода, – в тон ему ответила та.
Усталый Виталий Ремович не заметил неловкой заминки, он откупорил бутылку, плеснул в бокал чуть-чуть и пригубил вино.
– Виталий, осторожней там, – предупредил его сосед. – В Туфе напряжённая политическая обстановка. Два дня тому назад рабочие завода летательных аппаратов начали длительную забастовку.
Виталий Ремович отмахнулся с небрежением.
– Известная история. Ты не задумывался, почему требования о повышении жизненного уровня во все времена устраивали рабочие самых богатых и благоустроенных предприятий? Потому что эти выступления были организованы не рабочими. Авиаторов больше, чем рабочих на других заводах, они дисциплинированнее других и имеют высокий авторитет в обществе. Если уж провоцировать народные волнения, то начинать с них, это же ясно. Ну и пусть себе, я в политику не лезу, у меня своих дел по горло.
Сосед покачал головой, но ничего не сказал. Виктор тоже не стал поддерживать разговор. Неожиданная просьба Виталия Ремовича привела его в некоторое замешательство. Он и так уже понял, что по каким-то смутным обстоятельствам задерживается в Карине дольше, чем нужно. И придётся выждать ещё не менее недели! В Туфе народные волнения. А он во взвешенной неопределённости, чёрт-те где, на его куличках. И отказать старику нельзя. Здесь, в странном городе без возраста, как на перекрёстке неустойчивых, двигающихся, и всё же не зарастающих дорог, зарыта собака всех причин Побережья. Придётся потерпеть, чтобы не упустить из рук тонкую нить Ариадны. Милая Анна, подожди ещё…
На другой день Виктор и Вероника шли пешком вдоль казавшейся бесконечной стены высотой в три человеческих роста, венчавшейся вертикальными выступами с узкими промежутками, как наверху Сторожевой башни, только значительно выше.