Владимир Горожанкин – Хроники Эшвуда: Книга 1. Новый мир (страница 6)

– Сколько нас здесь, в Эшвуде? – спросил я, обращаясь к девушкам. – Среди студентов, преподавателей? И как давно эта псина тут ошивается?

– Среди студентов, включая нас троих, теперь уже, – Мия выразительно посмотрела на меня, – четыре с лишним сотни. Плюс три десятка из преподавательского состава. Этот конкретный оборотень объявился около месяца назад. Сначала были слухи, пропавшие домашние животные, потом… пропал первый студент.

– Маркус чуть было не стал следующим, – мрачно добавила Оливия.

Маркус побледнел еще сильнее, но в его глазах, помимо страха, появилось что-то новое – какая-то решимость.

– Я… я хочу помочь, – выпалил он. – Если… если есть хоть что-то, что я могу сделать. Вы спасли меня.

Мия фыркнула, но в ее глазах не было злости, скорее удивление.

– Ого, наш пугливый кролик решил отрастить клыки? Ну, похвально.

– Нам всегда нужны свежие силы, – я ободряюще улыбнулся Маркусу. – Даже если эти силы пока больше похожи на группу поддержки. Добро пожаловать в самый странный клуб Эшвуда, Маркус. Абонемент бесплатный, но риски включены.

Оливия встала.

– Раз уж мы все тут такие сознательные и отважные, у меня есть новости. Мы вычислили логово этого оборотня. Похоже, он стаскивал туда пропавших студентов. Для какого-то ритуала, не иначе.

– И когда мы выдвигаемся? – спросил я, пытаясь сесть ровнее, но рука снова напомнила о себе.

– Мы с Мией и Маркусом выдвигаемся сейчас, – отрезала Оливия. – Остальные наши на патрулировании в другой части города, их не выдернуть. Маркус побудет на подхвате, будет следить за периметром, никуда не лезть. А ты, Лоу, остаешься здесь. Ты ранен. Серьезно ранен.

– Но… – начал я.

– Никаких «но», Себастьян, – жестко сказала Мия, уперев руки в бока. – Ты и так уже нагеройствовал на сегодня. Еще одна такая стычка, и я буду собирать тебя по кусочкам. И не факт, что удачно. Тебе нужен покой и антибиотики.

Я вздохнул, изображая вселенскую скорбь и смирение.

– Ладно, ладно. Убедили. Видимо, сегодня моя роль – моральная поддержка из тыла. Маркус, – я похлопал его по плечу здоровой рукой, незаметно прилепив крошечный радиомаячок к воротнику его куртки (еще одна полезная мелочь из отцовского арсенала), – будь там осторожен, парень. Слушайся девочек, они знают, что делают. И не геройствуй. Это моя прерогатива.

Маркус решительно кивнул, хотя в глазах все еще плескался страх.

– Я постараюсь, Себ.

Оливия кивнула мне, во взгляде ее промелькнуло что-то похожее на одобрение, смешанное с беспокойством.

– Отдыхай, Лоу. Мы скоро вернемся. Надеюсь, с хорошими новостями.

Они ушли. Как только шаги затихли в коридоре, я с трудом поднялся. Голова кружилась, но решимость была сильнее. Я нашел в своей дорожной аптечке сильное обезболивающее, которое всегда возил с собой на случай… ну, вот таких случаев. Запив пару таблеток водой, я подождал несколько минут, пока лекарство начнет действовать, приглушая боль до терпимого уровня.

«Отдыхай, Лоу», – передразнил я Оливию мысленно, натягивая темную толстовку поверх повязки. – «Как же. Самое интересное только начинается».

Я достал небольшой приемник, настроенный на частоту маячка. Сигнал был четким. Отлично.

Пора немного размяться. В конце концов, кто сказал, что раненые львы не могут охотиться? Они просто делают это немного… хитрее.

Обезболивающее, конечно, штука хорошая, но оно не делает тебя неуязвимым. Просто откладывает неприятные ощущения на потом. Идти было не так уж и больно, если не считать, что каждый шаг отдавался в раненой руке тупым эхом, а голова периодически пыталась устроить мне свидание с асфальтом. Но адреналин и упрямство – мои давние и верные спутники – делали свое дело. Я шел, держась на приличном расстоянии, чтобы не спугнуть мою маленькую экспедицию, и сверяясь с писком приемника.

Сигнал привел меня к окраине города, к заброшенному району старых шахт, которые когда-то были гордостью Эшвуда, а теперь представляли собой живописные руины, идеально подходящие для съемок фильмов ужасов или, как в нашем случае, для логова сверхъестественной нечисти. Воздух здесь был тяжелым, пахло сыростью, ржавым металлом и чем-то еще, едва уловимым, но отвратительно-сладковатым. Запах беды.

Одна из шахт, самая крупная, зияла черным провалом в склоне холма. Ржавые рельсы уходили в темноту, а покосившиеся деревянные опоры выглядели так, будто готовы рухнуть от чиха. Именно оттуда доносился слабый, но устойчивый сигнал моего жучка. «Ну что ж, Маркус, парень, надеюсь, ты не уронил свой воротник», – подумал я, осторожно пробираясь к входу.

Заглянув внутрь, я сначала ничего не увидел – лишь мрак и тишина. Но потом мои глаза привыкли, и я различил тусклый свет в глубине тоннеля. И голоса. Приглушенные, но достаточно отчетливые. Я двинулся вперед, стараясь ступать как можно тише, хотя мои лакированные туфли (которые я предусмотрительно не стал менять, ведь стиль – это все) явно не были предназначены для таких прогулок.

Картина, открывшаяся мне, когда я завернул за выступ скалы, заставила кровь застыть в жилах, а затем яростно ударить в виски. Оливия, Мия и Маркус. Связанные, как рождественские гуси, они стояли на коленях в центре небольшого зала, освещенного несколькими масляными лампами. Вокруг них суетилось около дюжины фигур в темных балахонах с капюшонами, скрывающими лица. Культисты. Классика жанра. Один из них, видимо, главный, держал в руке длинный, мерзко поблескивающий нож и что-то говорил Оливии, которая, даже связанная, умудрялась смотреть на него с нескрываемым презрением. Маркус дрожал всем телом, а Мия, хоть и старалась держаться, выглядела напуганной. На импровизированном алтаре из камней дымились какие-то благовония, а рядом лежал набор инструментов, от одного взгляда на который становилось дурно. Пытки. Они собирались их пытать.

– Какая трогательная сцена, – произнес я достаточно громко, чтобы меня услышали. – Прямо иллюстрация к пособию «Как не надо проводить выходные». Неужели нельзя было выбрать что-нибудь поприличнее? Боулинг, например?

Все головы резко повернулись в мою сторону. На лицах культистов, насколько их можно было разглядеть под капюшонами, отразилось удивление. Оливия и Мия посмотрели на меня так, будто увидели привидение. Маркус, кажется, готов был разреветься от облегчения.

– Лоу! – выдохнула Оливия, и в ее голосе смешались ярость и… да, кажется, облегчение. – Какого черта ты здесь?!

– Себ! – пискнул Маркус.

– Я же говорила, он неисправим, – пробормотала Мия, но в ее глазах мелькнула искра надежды.

– Спасаю ваши очаровательные задницы, разумеется, – я облокотился на стену, стараясь выглядеть максимально расслабленно, хотя раненая рука начинала напоминать о себе все настойчивее. – А вы, ребята в простынях, не слишком гостеприимны. Связывать дам и юношей, не предложив даже чашечки чая… Моветон.

Главный культист, высокий и тощий, как жердь, шагнул ко мне.

– Еще один… Хранитель? – прошипел он. – Тем лучше. Больше материала для ритуала. Взять его!

Десяток фигур в балахонах, вооруженных кто ножами, кто дубинками, кто просто тяжелыми кусками арматуры, двинулись на меня. Ну что ж, придется немного попотеть. Жаль, пиджак остался в комнате, он бы добавил драматизма.

– Джентльмены, – я увернулся от первого удара дубиной, от которого посыпались камни со стены, – вы же понимаете, что это нечестно? Десять на одного, да еще и раненого? Где ваша спортивная этика?

Схватка завязалась мгновенно. Они лезли со всех сторон, как тараканы. Я двигался, используя каждый дюйм пространства, каждый выступ, каждую тень. Мой стилет, который я успел подобрать перед тем, как потерять сознание у Айви-холла, снова оказался в руке. Он мелькал, отражая тусклый свет ламп, находя уязвимые места в обороне противников. Я не стремился убивать – обездвижить, вывести из строя. Удар рукоятью стилета в висок одному, подсечка другому, который тут же растянулся на каменистом полу. Третий получил локтем в солнечное сплетение и согнулся пополам, хватая ртом воздух. Моя раненая рука, конечно, мешала, но я старался беречь ее, работая в основном правой и ногами.

– Эй, ты, в особо мрачном балахоне! – крикнул я, уклоняясь от замаха ножом. – У тебя капюшон съехал, выглядишь как испуганный гоблин! Стилист из меня, конечно, так себе, но даже я вижу, что это не твое!

Несколько культистов замешкались, пытаясь поправить свои одеяния, и я воспользовался этим, чтобы проредить их ряды еще на пару человек. Это было похоже на безумный, опасный танец. Я парировал, атаковал, уворачивался. Адреналин снова заглушил боль, превратив ее в далекий фон. Оливия и Мия кричали что-то ободряющее, смешанное с ругательствами в адрес культистов. Маркус просто сидел с широко открытыми глазами, не в силах издать ни звука.

Минут через пять активных телодвижений десяток нападавших валялись на полу, стеная и держась за ушибленные места. Оставшиеся двое, включая главного, поняв, что дело пахнет жареным, а точнее, их собственными подгоревшими задницами, бросились наутек, спотыкаясь и толкая друг друга в узком проходе. Я не стал их преследовать. Сил на это уже не было, да и главная задача была выполнена.

Тяжело дыша, я подошел к друзьям и быстро разрезал веревки стилетом.

– Ну что, экскурсия по местным достопримечательностям прошла успешно? – спросил я, пытаясь отдышаться. – Сервис, конечно, так себе. Никаких сувениров на выходе.